Ученые выяснили, какого гормона не хватает молодым людям

Однако со временем уровень дофамина повышается, сообщает РАР со ссылкой на журнал Nature Communications.

Как показывает новое исследование ученых из Медицинской школы Питтсбургского университета (США), рискованные эксперименты подростков с алкоголем, марихуаной, никотином и другими веществами могут быть компенсаторной реакцией на изначально более низкий уровень дофамина. Дофамин — это химическое вещество, являющееся главным нейромедиатором системы вознаграждения мозга. Эта система отвечает за ощущение удовольствия и мотивацию.

Результаты исследования ставят под сомнение прежние представления о том, что повышенный уровень дофамина связан с большей склонностью к риску, и могут изменить взгляд ученых на развитие мозга в подростковом возрасте. Хотя необходимы дополнительные исследования, новые данные свидетельствуют о том, что неинвазивное измерение уровня дофамина в мозге может помочь определить подростков, которым требуется дополнительная поддержка на этом важном этапе развития.

Наши результаты показывают, что для некоторых подростков рискованное поведение может служить способом "стимулировать систему", когда в начале периода полового созревания уровень дофаминового вознаграждения ниже, — сказала ведущий автор исследования (DOI: 10.1038/s41467-026-73611-1) доктор Эшли Парр. — Это открытие представляет собой важный сдвиг, поскольку многие считают, что более высокая активность дофамина связана с большим употреблением психоактивных веществ.

В группе из более чем 800 подростков Парр и ее коллеги обнаружили, что люди с более низким уровнем дофамина в мозге чаще употребляли психоактивные вещества, чем их сверстники с более высоким уровнем дофамина. Однако по мере взросления подростков и созревания их дофаминовой системы употребление таких веществ, как правило, снижалось.

Большинство подростков, экспериментирующих с психоактивными веществами, не развивают расстройства, связанные с их употреблением, во взрослом возрасте. В целом в исследуемой группе употребление психоактивных веществ уменьшалось после окончания студенческих лет.

В отличие от многих исследований, сосредоточенных на взрослых и измеряющих уровень дофамина после многих лет употребления психоактивных веществ, в данном случае ученые проанализировали данные Национального консорциума по изучению алкоголя и нейроразвития в подростковом и молодом возрасте (NCANDA-A). Эти данные позволили проследить изменения уровня дофамина во времени — до начала употребления веществ, во время формирования привычек и после этого. Такой подход помог выяснить, предшествуют ли различия в дофаминовой системе рискованному поведению или являются лишь следствием длительного воздействия психоактивных веществ.

Чтобы лучше понять биологические основы рискованного поведения, ученые проанализировали более 6000 оценок, проводившихся на протяжении нескольких лет. В них учитывались самооценки участников относительно употребления алкоголя и наркотиков, уровня импульсивности и способности контролировать импульсивные действия. Исследователи также изучили снимки мозга участников, выполнявшиеся ежегодно в течение девяти лет, используя метод измерения содержания железа в мозговой ткани как косвенный показатель уровня дофамина. Этот метод был разработан в лаборатории профессора психиатрии Питтсбургского университета Беатрис Луны бывшим научным сотрудником доктором Бартом Ларсеном, который сейчас работает в Университете Миннесоты.

Не все участники проходили подростковый период одинаково. У некоторых употребление психоактивных веществ было минимальным, у других оно резко возрастало в ранней юности, а затем снижалось примерно к 25 годам. Подростки из второй группы имели значительно более низкий уровень дофамина по сравнению со всеми остальными группами, включая тех, у кого употребление веществ продолжало расти с возрастом, и тех, кто начал употреблять их уже во взрослом возрасте.

По мере взросления участников из группы с «подростковым пиком» уровень дофамина в их мозге стабильно, но быстро увеличивался, что совпадало со снижением употребления психоактивных веществ.

Ключевой вопрос заключается не в том, кто экспериментирует, а в том, кто продолжает и усиливает эти эксперименты во взрослом возрасте, — отметила Парр. — Наблюдая за подростками в течение многих лет, мы смогли выявить ранние мозговые и поведенческие маркеры, которые помогают отличить временные, типичные для развития эксперименты от моделей поведения, сигнализирующих о повышенном долгосрочном риске.

В исследовании не анализировалось использование социальных сетей, хотя ученые отметили, что динамичная цифровая среда с сильным эффектом вознаграждения может задействовать схожие механизмы системы поощрения мозга. Поэтому этот вопрос рассматривается как важное направление будущих исследований. Последние данные показывают, что сегодня меньше молодых людей, чем раньше, употребляют психоактивные вещества, а активность в социальных сетях может служить современным альтернативным способом поиска ощущения вознаграждения.

Рискованное поведение — нормальная часть взросления, и для большинства детей это лишь этап, который достигает пика и затем проходит, — сказала Луна, старший автор исследования. — Родители могут помочь, направляя эту потребность в новых и приятных впечатлениях в позитивное русло — например, через командные виды спорта, чтобы подростки искали "награду" в более здоровых формах деятельности и общения.