Поиск

Разговоры о миллионах больных в Украине и тотальной смертности пожилых беспочвенны - врач

Разговоры о коллапсе медсистемы Украины из-за коронавируса беспочвенны - мнение

Предположения о миллионах инфицированных коронавирусом в Украине, неотвратимости коллапсе больниц и тотальной смертности среди пожилых людей беcпочвенны.

Об этом в своей колонке на НВ пишет врач-кардиохирург, руководитель Международной академии миниинвазивной кардиохирургии Александр Бабляк.

Безопасность личная и родных — общепонятный человеческий приоритет. И обеспечение этой безопасности является, с одной стороны, маркером уровня сознания общества, с другой — маркером ответственности государствообразующей элиты перед потребностями государства. И то и другое сейчас проходит серьезное испытание — коронавирусом.

Какие выводы уже можно сделать из этого стресс-теста?

Первое: вирус вернет из иллюзии в реальность тех, кто полагает, что зона их ответственности ограничивается забором вокруг собственного дома. COVID-19 упорно разрушает любые заборы — мнимые и реальные — заставляя думать о том, хватит ли мест в стационарах, можно ли забронировать себе место в больнице, реально купить аппарат для искусственной вентиляции легких, возможно ли организовать для себя персональную больницу дома. Словом, как пережить карантин и не умереть от вирусной пневмонии. Тем более что речь идет, к сожалению, не о двух неделях или дву месяцах: первый случай заражения вирусом произошел в Ухане в начале ноября, но город до сих пор не вернулся к привычной жизни.

Второе: вирус и карантин — это не единственная проблема, гораздо опаснее паника и коллективная истерия. Нет оснований сомневаться в правильности шагов нашего МЗ, сделанных неделю назад для локализации очагов инфекции. Но дальнейшее нагнетание ситуации и разговоры о миллионах носителей коронавируса в Украине, неотвратимый коллапс больниц и ожидаемой тотальной смертности среди пожилых людей являются беспочвенными.

Нам приводят пример Италии как вероятный сценарий развития ситуации. Однако даже не эпидемиологи, а просто врачи по образованию должны понимать, что карантин в Италии был введен в разгар эпидемии после заражения тысяч людей, когда локализовать очаг было уже невозможно. Факты: первый зарегистрированный случай произошел 31 января, карантин — 8 марта. То есть через 40 дней и уже на фоне тысяч подтвержденных тестами случаев, сотен смертей и переполненных больниц. За два дня до карантина итальянские медики уже разработали рекомендации относительно того, кому нужно помогать в первую очередь, если мест в интенсивной терапии всем не хватит.

В Украине эпидемиологические меры были введены в то время, когда речь шла о единичных случаях инфицирования. К тому же, в отличие от Италии, мы ввели карантин одновременно с ближайшими соседями — другими европейскими странами. При этом, если речь идет о коронавирусе, у нас есть значительное преимущество: Украина не являетчся хабом для массовых пассажирских перевозок, поэтому можно говорить о меньшем «потоке» инфекции из-за рубежа.

«Эксперты» запугивают тем, что реальное число зараженных в сотни раз выше озвученного количества, ведь в Украине катастрофически мало тест-систем для определения коронавируса. Тестов действительно мало, и это большая вина Минздрава, который в течение нескольких месяцев оставлся только пассивным наблюдателем за развитием событий в мире. Акценты делались на поведении людей и их моральной ответственности в нераспространении COVID-19, а не на действенных профессиональных шагах. Однако, кроме тестов достаточно дополнительных критериев, с помощью которых косвенно можно принимать решение о распространении вируса в Украине.

Например, смертность. Ее не скрыть. На сегодняшний день, 20 марта, имеем три летальных исхода. При худшем сценарии это соответствует не более чем нескольким сотням инфицированных (если пользоваться для подсчета данными в тех странах, где ситуация с тестами получше).

Далее — зарегистрированные случаи атипичной двусторонней пневмонии, которая плохо поддается лечению обычными антибиотиками. У меня нет доступа к информации из департаментов здравоохранения, но во врачебной среде не распространяется информация о том, что в реанимации больниц по Украине растет процент пациентов с таким диагнозом.

Еще один критерий — так называемый фактор роста эпидемии (Growth factor). Если он между 1 и 0, эпидемия идет на спад. Так вот, в мире (не считая Китай, который уже избавляется от эпидемии) он пребывает сейчас на уровне 1, тогда как еще 5 февраля был 8. Поэтому давайте без истерики, дорогие соотечественники. Берегитесь, но будьте рациональными!

Третий вывод, к которому подводят нас испытания коронавирусом—- обостряются все общественные проблемы. Например, катастрофическая ситуация с распространенностью сердечно-сосудистых заболеваний. Какая тут связь с COVID-19?

Среди непосредственных причин смертей, вызванных коронавирусом, 33% приходится на сердечную недостаточность, 7% — миокардит. То есть 33% людей, смерти которых связаны с COVID-19, умирают из-за того, что их уже больное сердце не выдерживает нагрузки на пике вирусной атаки. 7% — потому что вирус поражает сердце.

Мы не можем спрогнозировать, какими эти проценты будут у нас. Но, учитывая то, что Украина занимает первое место в мире по смертности от сердечно-сосудистых заболеваний и последнее место в Европе по продолжительности жизни населения, обнадеживающего крайне мало. Особенно если речь идет о тех, кому за 60, и тех, кто не имел возможности или упорно не хотел лечиться. Или вообще не знал о наличии скрытой проблемы с сердцем. У нас скорее правилом, чем исключением, является ситуация, когда человек ни разу в течение жизни не проходит стресс-оценку своей сердечно-сосудистой системы (тредмил-тест или его аналог). Хотя после 45 лет это обследование должно проводиться ежегодно.

Возникает вопрос, а что сделало государство все эти годы, в течение которых Украина упорно лидировала по смертности от ССЗ? Конечно, этот текст не о том, чтобы перетащить дырявое одеяло бюджета медицины на кардиологические клиники. Этот текст о том, что коронавирус, как и хирург, раскрывает проблемные места нашего общества. Приходит время, когда хронические проблемы обостряются, и игнорировать их уже невозможно.

В эти дни я не жду от государства ни идей, ни финансирования социальных проектов, которые будут рассказывать о здоровье сердца и о том, как сохранить его на десятилетия. Это прежде всего в зоне нашей с вами ответственности, и каждый может присоединиться к тому, чтобы укрепить здоровье страны. Начать с себя, родных, близких и знакомых. Медики вернутся к этим вопросам и помогут вам после окончания эпидемии, а сейчас пусть тот животный страх, живущий сегодня у большинства людей, которые в панике скупают продукты в супермаркетах или заказывают персональные вентиляторы легких у дистрибьюторов, трансформируется в изменения сознания и чувства ответственности за здоровье страны, в которой мы все живем.

И напоследок. Пандемия выключила опцию «запасных аэродромов». Бежать, лететь, ехать некуда! Не это ли было мечтой большинства наших соотечественников, которые хотели, чтобы все граждане страны, от малообеспеченных до депутатов, лечились в пределах одной страны? Мол, тогда наша медицина станет лучше. Так вот, мечта сбылась. Перефразируя выражение о револьвере Кольта, можно смело утверждать: «Люди имеют разные способности и возможности, но коронавирус (кольт) выровнял шансы на жизнь». Мечта осуществилась, а вопросы к медицине, впрочем, остаются. Все равно кто-то же должен делать нашу медицину лучше. И этим кто-то являемся мы. Надеюсь, коронавирус, как и другие бедствия, в конце концов станет эдаким стимулирующим фактором к позитивным изменениям в обществе, а именно переосмыслению важности собственного здоровья и близких, приоритетов в здравоохранении, а также общей ответственности за здоровье страны.

Читайте также:

Комментарии