Поиск

Система сломалась? За что в Украине критикуют международные организации

За что украинцы критикуют международные организации и есть ли альтернатива
Читати українською

С момента полномасштабного вторжения России в Украину произошел ряд громких скандалов, связанных с деятельностью международных организаций. 

Последний доклад ведущих правозащитников Amnesty International, обвинивших украинских военных в том, что они, обороняя города от российских войск, подвергают опасности мирное население, имел взрывной эффект. Перед этим скандалы несколько раз разгорались вокруг Красного Креста: из-за вывоза украинцев из горячих точек на территорию РФ, а также из-за эвакуации и последующей гибели в Еленовской колонии части украинских военных, которые обороняли завод “Азовсталь” в Мариуполе.

В украинском инфополе видят в этом подыгрывание врагу или, по крайней мере, слабость и бесполезность абсолютного большинства международных институций. А народное творчество породило горькие мемы о “глубокой обеспокоенности”.

Credit: Oleksii Kustovskii (Kusto)

Однако в условиях войны Украина нуждается в международной поддержке. Как военно-политической, так и гуманитарной. Но есть ли другие механизмы для помощи и солидарности?

В чем суть скандала с Amnesty

Amnesty International — ведущая правозащитная организация, основанная в 1961 году в Британии. Она насчитывает около 10 млн сотрудников и волонтеров по всему миру и представлена в 150 странах. В том числе в Украине, где одной из самых заметных была кампания в 2011 году против милицейского насилия. В целом на счету Amnesty много достижений, и она является притягательной для молодых идеалистов по всему миру.

Однако 4 августа 2022 года Amnesty выпустила доклад, в котором заявила, что украинские военные подвергают опасности мирное население, поскольку размещаются на территории школ и больниц. При этом организация признает, что речь идет о частных случаях. И что главная причина всего происходящего —нападение РФ. Но все же обороты и обобщения в отчете позволили российской стороне сразу же со ссылкой на Amnesty заявлять о военных преступлениях Украины.

Реакция Киева стала однозначной — глава МИД Украины Дмитрий Кулеба отметил, что Amnesty создает “фальшивый баланс между жертвой и преступником”, а президент Украины Владимир Зеленский заявил, что организация пытается амнистировать государство-террориста и переложить ответственность с агрессора на жертву.

В свою очередь глава украинского офиса Amnesty Оксана Покальчук подала в отставку, о своем уходе заявил сооснователь шведского отделения Amnesty Пер Вестберг, польский офис отдельным заявлением напомнил о преступлениях российской армии, а главная британская газета The Times безапелляционно назвала отчет Amnesty путинской пропагандой.

Важный нюанс — к подготовке нашумевшего отчета не привлекали украинский офис. Это делается намеренно — чтобы авторы были максимально нейтральными и не заангажированными. И это главная претензия тех критиков, которые не верят, что Amnesty осознано подыгрывают Москве. Вместо этого в европейской прессе и отчасти в Украине правозащитную организацию обвиняют в колониальном подходе: игнорировании контекста, отстранение местных экспертов, натягивании закостенелых рамок на любой кейс и заявлениях о своей полной нейтральности, достигнуть которую в принципе невозможно.

Более того, глава Amnesty Агнес Калламар поначалу заявила, что за волной критики публикации “стоят российские и украинские боты и тролли в соцсетях”, желающие войны. И лишь несколько дней спустя организация принесла извинения за то, что причинила страдания украинцам. Но от своих подходов и в целом от отчета не отказалась. Сейчас в соцсетях набирает обороты кампания за отставку Калламар.

Крест на Красном Кресте?

Международный Коммитет Красного Креста (МККК) — старейшая в мире гуманитарная организация, которая первой в истории стала оказывать помощь всем без исключения пострадавшим от войны. Международное движение Красного Креста и Красного Полумесяца насчитывает до 100 миллионов добровольцев по всему миру и главным образом занимается помощью мирным жителям, эвакуацией, лечением раненых военных и обменом пленными. До начала полномасштабного вторжения РФ офисы Международного Красного Креста в Украине были представлены на Донбассе — как на подконтрольной территории, так и в “ЛДНР”.

До начала вооруженного конфликта МККК работал исключительно на Донбассе, имея офисы в Мариуполе, Славянске, Северодонецке, Донецке и Луганске. Помощь, которая была на складах в этих местах, была рассчитана на помощь десяткам тысяч людей, проживавших в маленьких селах и поселках вдоль контактной линии протяженностью 450 км. В феврале линия фронта мгновенно увеличилась до 2500— 3000 км, а количество нуждающихся в помощи стало измеряться миллионами. Мы раздали всю помощь, которая была на наших складах на Донбассе, но даже для одного Мариуполя (более 400,000 жителей) этого было мало, — рассказал представитель делегации МККК в Украине Александр Власенко.

Однако в первые апокалиптические недели после 24 февраля Красный Крест, как и многие другие именитые международные организации, переместил менеджмент во Львов.

Международные организации должны быть здесь, рядом с нами. Помогать с эвакуацией мирных жителей с оккупированных территорий и мониторить происходящие “в поле”, а не из европейских офисов, как предусматривает их мандат, — отмечала весной в комментарии для журналистки Соцпортала Александра Матвийчук, глава Центра Гражданских Свобод.

Тогда же ряд украинский гражданский сектор призывал глобальные организации пересмотреть свою политику и начать организовывать помощь непосредственно на месте.

Впрочем, после того, как российские войска покинули север Украины, многие международные организации действительно возобновили полноценную работу в разных регионах.

Мы усилили делегацию в Украине, сюда приехало 140 новых сотрудников, имеющих опыт работы в горячих точках и сложных контекстах, таких как Сомали, Афганистан, Йемен, Конго. Сюда начала прибывать гуманитарная помощь – грузовые автомобили с гуманитарной помощью продолжают уходить из наших складов в Венгрии и Румынии, было организовано уже несколько конвоев, но из-за запрета авиасообщения и большой площади Украины быстро распределить помощь оказывается невозможно, — отметил Власенко.

Однако главные претензии к Красному Кресту в Украине заключаются в их организации эвакуации.

Так, в конце марта несколько десятков тысяч украинских граждан были вывезены через гуманитарные коридоры при поддержке Красного Креста на территорию РФ. Украинская сторона осудила такие действия, назвав их депортацией. Считается, что такие действия могут иметь тяжелые последствия для украинцев. МККК в свою очередь заявил, что никогда не предпринимали принудительную эвакуацию.

Второй кейс касается эвакуации с “Азовстали”. Именно команда Красного Креста совместно с представителями ООН начала 1 мая эвакуацию граждан с территории комбината в Мариуполе.

Тогда из бомбоубежищ завода, который оставался последним бастионом украинской армии в городе, удалось спасти несколько сотен гражданских. Также оттуда вывели живыми украинских военных, 95 из которых в июне вернули в Украину в рамках обмена пленными. Однако через месяц в Еленовской колонии на территории “ДНР”, где держали остальных пленных из “Азовстали”, произошел взрыв. Погибло около 50 человек.

Мы не гарантировали безопасность военнопленных после их попадания в руки неприятеля, поскольку это вне наших возможностей. Мы ясно это сообщили сторонам заранее, — заявил в ответ на упреки МККК, чем вызвал еще большую волну негодования.

Впрочем, одна из украинских волонтерок Красного Креста, которая с начала вторжения РФ в рамках работы с организацией эвакуировала людей, вытягивала пострадавших из-под завалов и оказывала первую помощь, отмечает, что МККК, конечно, имеет все недостатки большой международной организации. Такие как забюрократизированность, неповоротливость и нарочитая нейтральность. Однако, по ее мнению, Россия со своей стороны делает все возможное, чтобы дискредитировать МККК в глазах украинцев и подтолкнуть к разрыву сотрудничества.

Ведь Красный Крест — это, по сути, единственные гаранты Женевской конвенции, — считает волонтерка.

Локальные против глобальных

Впрочем, если не брать во внимание фактор РФ, то главным недостатком крупных игроков стало отсутствие гибкости.

Например, внутренние процедуры таких организаций зачастую не предусматривают “перенацеливание” средств — если глобальная организация выделила локальной инициативе деньги на постройку садика, то в условиях войны эти средства скорее будут заморожены, чем перенаправлены на эвакуацию детей из осажденного города.

А правила безопасности, следуя которым большинство международных организаций выехали из Украины и первые недели и не работали непосредственно в горячих точках, для некоторых сотрудников-украинцев имели обратный эффект. Они продолжили оказывать помощь людям на местах — но уже в качестве волонтеров и без должной защиты.

И в этих условиях куда большую эффективность показали небольшие украинские фонды и НКО, которые лучше знают местную специфику и могут отслеживать боевые действия в режиме реального времени.

Например, эвакуацией из горячих точек занимается локальный благотворительный фонд “Помогаем” — при этом его поддерживает международная организация “Благотворительный фонд СОС Дитячі Містечка Україна” и Консорциум партнерских организаций. В чат фонда под названием “Горячая эвакуация” постоянно сыпались сообщения.

К нам за помощью обратился военнослужащий: "Мои родные в Доброполье Покровского района, у жены сахарный диабет, она после инсульта. Есть еще две дочери и внучка пяти месяцев. В общей сложности четверо несовершеннолетних. Сможете вывезти, пока мы здесь разбираемся с врагом? Как мы помогаем? Операторы собирают группы по городам, договариваются с местной администрацией. Штурманы смотрят на актуальную карту боевых действий, просчитывают маршрут. А затем едут автобусы с надписью "Дети" на лобовом стекле, — рассказали в фонде

Инициатива “Ангелы спасения” — еще один локальный благотворительный фонд, который занимается эвакуацией. При поддержке партнеров – в том числе, организации Восток SOS и частных благотворителей – им удалось в период гарячей фазы первых месяцев войны эвакуировать по 300 человек в неделю. Большинство эвакуированных — раненые и лежачие.

Инициатива Fight for Right поставила перед собой задачу эвакуировать людей с инвалидностью.

Международные организации почти не включают людей с инвалидностью в свои гуманитарные программы. Мы обратились друг к другу за помощью, активисты со всего мира быстро мобилизовались. Сообщество сильно, как никогда, — рассказывают в организации.

Здесь также подчеркивают, что небольшие организации и низовые инициативы лучше учитывают потребности людей. К тому же, людям проще с ними связаться и напрямую попросить о помощи.

Другой пример — организация World Central Kitchen (WCK), которая смогла наладить раздачу горячих обедов в течение нескольких часов после вторжения в Украину. Их точка до сих пор работает на польско-украинской границе.

WCK в Украине это украинцы для украинцев, но финансирование идет от американских доноров, — говорит представительница организации Катерина.

По ее словам, система работает так — на местах координаторы находят рестораны, которые будут готовить горячую еду по нуждам города, перемещенных лиц, госпиталей. WCK финансирует стоимость товаров, работу людей, доставку.

Что касается медицинской помощи, то волонтеры из благотворительного фонда "Корпорация монстров", основанным Екатериной Ножевниковой в Одессе, активно помогают военным и мирным жителям. Особенно тем, кто сегодня находится на грани выживания: матерям матерям и пожилым людям, прикованным к постели, детям с инвалидностью. Фонд снабжает их продуктами питания и детским питанием, подгузниками, лекарствами и предметами гигиены.

Мы не работаем с глобальными организациями, полагаемся на частных доноров. На нашем сайте есть реквизиты и деньги приходят как из Украины, так и со всего мира. Но это — частные пожертвования. Как про нас узнают? Мы давно работаем. Люди рассказывают друг другу про нас как для того, чтобы получить помощь, так и для того, чтобы сделать пожертвование, — рассказали в Фонде.

Такой подход, особенно в отношении медпрепаратов, часто является единственно возможным, говорит консультантка по работе общественных организаций Альмут Рохановски.

Допустим, пожилой женщине нужно лекарство. Местный волонтер может достать его втридорога, но быстро. Глобальная организация может купить тонны такого лекарства с огромной скидкой, но поставить в город, где живет пожилая женщина в течении месяца. Однако, мы все понимаем, что женщина в таком случае может этого лекарства просто не дождаться, — отмечает экспертка.

И все же, по ее словам, наилучший эффект для помощи людям дает сочетание гибкости локальных организаций и ресурсов международных партнеров.

Есть надежда, что после стабилизации фронта и возобновления работы на местах многих международных организаций, усилия глобальных и локальных представителей удалось объединить.

В свою очередь Соцпортал продолжить публикацию серии материалов об украинских правозащитных и гуманитарных организациях, которые работают во время войны. С тем, чтобы об их деятельности и потребностях узнали как можно больше людей.

Сколько Укрзалізниця смогла эвакуировать людей и что потеряла за время войны
Видео

Как Укрзалізниця проводила эвакуацию и какие потери понесла из-за войны

Читайте также: