Абсолютное большинство беженцев, вернувшихся в Украину, едут в родной регион — исследование

Об этом сказано в исследование EBRD, основанное на наблюдении за украинскими беженцами в Европе с 2022 по 2025 год.

Возвращение уже происходит, однако есть условия

По оценке авторов, к концу периода наблюдения в Украину вернулись 11,3% опрошенных. Это не большинство, но и не статистическая погрешность. Также возвращение не выглядит ежеминутным порывом. Среди тех, кто после первого опроса уже вернулся в Украину, только 13% к последующему опросу снова жили за ее пределами. Это означает, что возвращение украинских беженцев — не серия случайных маятниковых перемещений, а достаточно устойчивые решения.

Однако исследователи выделяют важную особенность:

• 83% вернувшихся поехали в свой родной город или громаду,
• только 1,9% — в другое место внутри Украины,
• 6,5% за время наблюдения переместились не в Украину, а в третью страну.

Повышение военных угроз для родного региона ожидаемо снижает веротность возвращения в ближайшее время, однако меншье влияет на долгосрочные планы. В этом прослеживается интересный парадокс, ведь логично было бы ожидать, что чем выше опасность в родном регионе, тем сильнее желание окончательно закрепиться за границей. Но исследование этого не подтверждает - на долю тех, кто твердо решил осесть за пределами Украины, это не влияет. Так что опасность в родном регионе не обязательно разрушает саму привязанность к дому и стране.

Как деоккупация родного региона влияет на планы возвращения

В краткосрочной перспективе освобождение родного района почти не увеличивает количество возвращений. Но в среднесрочной эффект становится сильным: освобождение родного района увеличивает вероятность возвращения домой на 6 процентных пунктов при среднем базовом уровне 7,5%. По словам авторов, это очень заметный прирост.

Временной зазор объясним логикой повседневной жизни. Ведь даже после деоккупации людям нужно время, чтобы понять, можно ли там снова жить: уцелело ли жилье, работает ли базовая инфраструктура, насколько устойчива новая ситуация с безопасностью. Тоесть, освобождение территории само по себе не дает мгновенного эффекта, но в более длинном горизонте резко повышает шанс возвращения домой. Но между военным событием и реальным переездом почти всегда лежит период ожидания и проверки условий жизни.

Половина тех, кто планировал быстро вернуться, уже сделали это

Исследователи зафиксировали высокую связь между намерениями и последующим поведением украинских беженцев относительно планов по возвращению. Среди тех, кто еще в 2022 году говорил, что собирается вернуться «очень скоро», к 2025 году действительно вернулись 42,3%. Среди тех, кто рассчитывал вернуться «позже, когда станет безопасно», вернулись 11,5%. Среди отвечавших «не знаю» — 3,4%. А среди тех, кто сразу говорил, что планирует осесть за пределами Украины, вернулись лишь 1,2%. Разрыв слишком велик, чтобы считать намерения пустой эмоцией или случайным ответом в анкете.

Как отмечают исследовател, для разговора о возвращении украинских беженцев это принципиально. Обычно намерения воспринимают как нечто зыбкое: человек мог сказать одно, а через год сделать другое. Но в этом случае ранние ответы оказались вполне рабочим индикатором будущего поведения. Это важно и для понимания самой миграции во время войны, и для любой практической оценки того, как может выглядеть возврат в ближайшие годы.

После начала 2023 года желающих вернуться стало меньше

Если смотреть на динамику во времени, картина меняется. С лета 2022 года до января 2023 года намерения вернуться оставались в целом стабильными. Но затем начался устойчивый перелом. С января 2023-го по июнь 2025 года доля тех, кто планировал вернуться скоро или после улучшения безопасности, снижалась на 3,5 процентного пункта каждые 100 дней. Одновременно доля уже вернувшихся росла на 1,2 пункта каждые 100 дней, а доля тех, кто собирался обосноваться за пределами Украины, увеличивалась на 1,8 пункта каждые 100 дней — с 11% до 30%.

В волнах опроса, где респондентов спрашивали о наиболее вероятном исходе войны к концу 2024 года, зафиксирован резкий спад оптимизма. Между сентябрем 2022-го и январем 2023 года 71% опрошенных ожидали, что Украина победит и освободит все оккупированные территории к концу 2024-го. К октябрю–ноябрю 2023 года эта доля сократилась до 35%. Произошел массовый переход от сценария полной победы к вариантам затяжной войны, перемирию, территориальных уступок или неопределенности.

Именно здесь меняются долгосрочные планы. Среди тех, кто перестал верить в победу Украины с освобождением всех оккупированных территорий к концу 2024 года, не стали заметно реже возвращаться фактически, планы вернуться снизилась на 12,3 процентного пункта, а вероятность остаться за пределами Украины выросла на 4,7 пункта. По расчетам авторов, ухудшение ожиданий объясняет 21% общего снижения планов вернуться и 27% роста планов осесть за границей.

Это не означает, что ожидания станут реальностью, но показывает, насколько сильно образ будущего влияет на решение о возвращении украинских беженцев.

Иными словами, возвращение продолжалось, но общее настроение постепенно смещалось в более осторожную и более долгосрочную сторону. Авторы отдельно отмечают, что примерно треть снижения намерений вернуться объяснялась тем, что часть людей к этому моменту уже действительно вернулась. Около половины этого снижения пришлись на тех, кто перешел к плану строить жизнь за пределами Украины. Остальное — на рост неопределенности среди тех, кто уже не мог уверенно сказать, где его будущее. Чем дольше тянется война, тем сложнее людям строить долгосрочные планы.

Какие решения принимают люди, возвращаясь в Украину

Возвращение украинских беженцев нельзя понимать как простой выбор между Украиной и заграницей, говооят исследователи. На практике люди принимают как минимум три разных решения.

• Первое — возвращаться ли вообще.

• Второе — возвращаться ли в родной регион.

• Третье — считать ли свое будущее связанным с Украиной на долгую перспективу.

На каждое из этих решений влияют разные факторы. Военные угрозы для родного регина меняют вероятность возврата домой. Освобождение территории может способствовать возвращению, но с задержкой. А общий поворот в настроениях связан с тем, как люди оценивают возможный исход войны.

Даже во время продолжающейся войны люди возвращаются. Но чем дольше она длится, тем меньше работает автоматическая логика «как только станет можно — все поедут домой». Для одних возвращение уже стало реальностью. Для других оно превратилось в отложенный план. Для третьих — в вопрос без ясного ответа.

Ранее Соцпортал писал о новом исследовании по поводу украинских мигрантов, которое показывает, кто именно уехал, как украинцы интегрируются в Европе и что может повлиять на решение людей вернуться домой. А также что для этого может сделать государство и помогают ли стране те, кто стал частью украинской диаспоры за рубежом.

Подписывайтесь на наш Youtube-канал, чтобы не пропустить новые видео на остросоциальную тематику. Все о миграции читайте в разделе Социалка на Соцпортале. Присоединяйтесь к каналу "Що там із соціалкою" Viber в или в Телеграме. Есть конкретный вопрос? Обращайтесь в СоцGPT!