На наконечниках возрастом 9000 лет нашли загадочные знаки — их смысл никто не понимает

Новая работа добавила сразу 11 таких наконечников из неолитического поселения Тепеджик-Чифтлик в Каппадокии. Вместе с найденным ранее экземпляром теперь там известно 12, а во всей Центральной Анатолии — только 54. Ученые проверили версии о случайных царапинах, знаках владельцев и ритуальном назначении, но ни одна пока не получила убедительного подтверждения.

Детали

Тепеджик-Чифтлик расположен в Центральной Анатолии на территории современной Турции. В неолите здесь существовало земледельческо-скотоводческое поселение, жители которого выращивали зерновые, разводили животных и продолжали охотиться. Основная неолитическая последовательность памятника датируется примерно 6800 –6100 годами до н. э., а один из размеченных наконечников происходит из еще более раннего слоя около 7100 – 7000 годов до н. э.

Обсидиана здесь было много: поселение находилось всего примерно в 5 км от залежей Гёллюдаг и в 20 км от Ненези-Даг. Этот вулканический материал раскалывается с образованием чрезвычайно острых краев, поэтому его широко использовали для изготовления инструментов и оружия.

Археологи зарегистрировали в Тепеджик-Чифтлике 740 наконечников, из которых 730 изготовлены из обсидиана и только 10 — из кремня.

Насечки обнаружены лишь на 12 из 740, то есть примерно на 1,6% коллекции. Даже с поправкой на то, что повреждения и ретушь иногда мешают увидеть линии, практика явно оставалась редкой.

Микроскопический анализ показывает, что многие линии возникли намеренно.

Самый сложный экземпляр несет три похожие на квадраты фигуры, соединенные вертикальной линией. Для создания композиции потребовалось 20 отдельных насечек. Последовательность перекрывающихся линий даже позволила ученым восстановить порядок работы: сначала мастер создал три фигуры и только затем добавил длинную вертикальную линию.

На других наконечниках встречаются крест, шеврон, V-образные фигуры, прямоугольные формы, волнистые и параллельные линии.

Иногда один и тот же надрез проводили два или три раза, вероятно, чтобы сделать его более заметным на темной стекловидной поверхности. При этом часть изображений наносили до окончательной ретуши наконечника, а часть — уже после нее. Значит, единой стадии производства, на которой ставили знак, по-видимому, не существовало.

Чтобы проверить, могли ли царапины возникнуть случайно при изготовлении или использовании стрел, исследователи провели эксперимент.

Попытка поцарапать обсидиан другим куском обсидиана не сработала: материалы имеют одинаковую твердость. Зато кремневая пластина оставляла на поверхности четкие линии, микроскопические следы которых были похожи на обнаруженные на древних артефактах.

Это любопытная деталь, поскольку более 99% каменной индустрии Тепеджик-Чифтлика составлял обсидиан, а кремень и другие материалы встречались реже чем в 1% случаев. Человеку, желавшему нанести четкий рисунок, вероятно, требовался специально выбранный более твердый инструмент.

Авторы при этом не утверждают, что точно установили орудие: эксперимент показывает лишь, что кремень подходит и способен создавать сходные следы.

Но совокупность повторных линий, сложных композиций и последовательности их нанесения подтверждает главное — по крайней мере большинство необычных отметин были сделаны сознательно, а рисунки не повторяются.

Именно здесь начинается загадка.

Если это была система знаков с конкретным общим смыслом, можно было бы ожидать повторения определенных символов. Но в Тепеджик-Чифтлике каждая группа насечек уникальна.

Некоторые напоминают квадраты, кресты или V-образные фигуры, однако ни одну композицию нельзя уверенно определить как изображение человека, животного, растения или другого узнаваемого объекта. Они также не совпадают с известными орнаментами на неолитической керамике и печатях этого поселения.

Исследователи не обнаружили связи между типом знака и качеством наконечника, его формой, источником обсидиана или способом производства.

Даже самый сложный рисунок не нанесен на самый качественно сделанный или наиболее симметричный наконечник.

Получается странная картина: люди больше тысячи лет поддерживали очень редкую традицию, но не использовали очевидно стандартный набор символов.

Возможно, это были «подписи» охотников

Одна из наиболее известных версий появилась еще в 1980-х годах после изучения похожих наконечников из другого анатолийского поселения — Джан-Хасан III.

Археолог Kathryn Ataman предположила, что знаки могли обозначать владельца стрелы или самого охотника. Подобные практики этнографически известны: индивидуальная отметка позволяла определить, чья стрела попала в добычу и кто имеет на нее право.

Новые данные эту гипотезу не опровергают. Более того, отсутствие точных повторений потенциально согласуется с индивидуальными знаками.

Но проблем тоже хватает.

Размеченных наконечников слишком мало: если метки действительно были необходимы для идентификации стрел, непонятно, почему абсолютное большинство оружия оставалось без них. Кроме того, исследователи пока не нашли четких серий одинаковых знаков, которые можно было бы связать с одним человеком или группой.

Поэтому «подписи охотников» остаются возможной, но недоказанной версией.

Ритуальная версия тоже не подтверждается

Еще один очевидный вариант — символические или магические знаки.

Но археологический контекст плохо поддерживает простую ритуальную интерпретацию.

В Тепеджик-Чифтлике обнаружено более 100 погребений, включая коллективные захоронения и необычно обработанные человеческие черепа. Однако ни один размеченный наконечник не найден непосредственно в погребении. Аналогичная картина наблюдается и на других памятниках: такие предметы не концентрируются в святилищах или специальных сооружениях, а встречаются среди обычного каменного инвентаря.

Это не доказывает, что знаки не имели символического значения. Предмет вполне мог одновременно оставаться оружием и нести личный, социальный или магический смысл.

Есть даже свидетельство реального применения: один из размеченных наконечников Тепеджик-Чифтлика имеет характерный перелом от попадания, который археологи связывают с использованием в качестве метательного оружия. На другом памятнике известен еще один подобный экземпляр.

Поэтому ученые считают, что эти предметы были частью обычной охоты или вооруженных столкновений, а не исключительно церемониальными объектами.

Странная традиция сохранялась больше тысячи лет

Загадка становится еще интереснее, если посмотреть не только на один памятник.

Сейчас в Центральной Анатолии известно 54 наконечника с насечками. Самая крупная серия — 31 экземпляр — происходит из Джан-Хасан III, еще пять найдены в Чатал-Хююке, 12 теперь известны в Тепеджик-Чифтлике, остальные происходят из нескольких других мест.

Ранние образцы относятся еще к VIII тысячелетию до н. э., а практика продолжается в VII тысячелетии. Авторы делают вывод, что она существовала более тысячи лет, пережив заметные изменения в образе жизни и материальной культуре населения региона.

При этом за пределами Центральной Анатолии именно такая неолитическая традиция пока не известна.

И это особенно странно потому, что каппадокийский обсидиан путешествовал на огромные расстояния — изделия из него доходили до Южного Леванта. Но размеченные таким образом наконечники вместе с материалом не распространились.

Это заставляет исследователей предполагать, что перед нами была локальная культурная практика, а не просто удобный способ украшать обсидиан.

Что означали эти линии, пока неизвестно

Новая серия находок дала ученым гораздо больше материала, но парадоксальным образом не приблизила их к однозначной расшифровке.

Насечки явно могли быть намеренными. Традиция сохранялась долго. Между несколькими памятниками прослеживаются общие принципы, но нет стандартизированного набора знаков. Наконечники не отличаются по качеству, сырью или функциям и не связаны с особыми ритуальными местами.

Авторы поэтому допускают сразу несколько возможностей: личные отметки охотников, знаки группы, декоративное оформление, символическое или магическое значение — либо сочетание нескольких функций.

Но археологические данные пока не позволяют выбрать одну.

Именно это делает 54 редких наконечника настолько необычными: люди Центральной Анатолии на протяжении многих поколений сознательно тратили время на нанесение знаков на небольшую часть своего оружия, но причина этой практики спустя девять тысячелетий остается неизвестной.

Источник

Исследование: “Intentional incisions on Neolithic Obsidian arrowheads from Central Anatolia: A techno-functional and iconographic approach"

Авторы: Alice Vinet, Denis Guilbeau.

Журнал: PLOS ONE, 21(7), e0354715.