«Здесь моя семья»: почему миллионы украинок не уехали из страны, несмотря на войну

Среди оставшихся немало женщин, которые балансируют между обязанностями по уходу, угрозами безопасности или экономическими трудностями. И если большинство мужчин призывного возраста ограничены в праве выезда законодательством, то украинские женщины остаются в стране преимущественно по собственному выбору. Что удерживает их дома, невзирая на обстрелы и тревоги? Сколько из них думают об отъезде, и какие условия способны подтолкнуть их покинуть Украину? Соцпортал побывал на презентации исследования «Женщины в войне: мотивации оставаться и причины уезжать», во время которого исследователи и представители властей пытались найти ответы на эти вопросы.

Кто остается: портрет украинок во время войны

В опросе участвовало 2018 женщин в возрасте 18–60 лет со всей подконтрольной территории Украины (дополнительно было опрошено еще около 300 внутренних переселенок и женщин, вернувшихся из-за границы). Фокус на женщинах выбран, поскольку исследователи хотели исключить фактор юридических ограничений, сдерживающих мужчин.

Если спросить мужчину, почему он остается, 80–85% ответят: “У меня есть законный запрет на выезд”, — поясняет Наталья Заика, одна из авторок исследования.

Поэтому социологи сосредоточились на тех, кто свободен в выборе — украинках трудоспособного возраста, проживающих в стране третий год войны.

С начала вторжения 39% опрошенных женщин были вынуждены хотя бы раз покинуть свой дом из-за военных действий. Больше половины из них (53%) уже вернулись обратно. Сейчас 18% респонденток продолжают оставаться внутренне перемещенными лицами (ВПЛ) в других регионах, 12% — вернулись в Украину после жизни за рубежом, а еще 11% раньше были ВПО, но уже вернулись в свой родной город или село. Каждая десятая опрошенная пережила оккупацию, а 90% женщин за эти годы столкнулись с травматическими событиями: ракетные обстрелы (55% опрошенных), разрушения или серьезное повреждение жилья (14%), потеря кого-то из родных (21%). Кроме того, почти у каждой третьей есть близкий человек, который сейчас служит или служил в Силах обороны.

До войны 76% участниц опроса жили в собственном жилье, но теперь среди внутренних переселенок только 16% располагают отдельной квартирой или домом на новом месте.

Остальным приходится арендовать жилье (64% ВПЛ снимают квартиры) или жить у родственников либо в предоставленных государством помещениях. Даже среди тех, кто вернулся из эвакуации за границей, 15% не могут вернуться в свой дом и вынуждены искать другое жилье. Материальные лишения коснулись большинства семей: 74% женщин сообщили, что их доходы снизились по сравнению с довоенным периодом, и лишь у 6% доход вырос. Особенно сильно пострадали регионы, близкие к зоне боевых действий — на востоке, юге и севере страны жители чаще теряли заработок. Среди тех, кто уехал за границу, средний уровень доходов оказался выше. Это согласуется с наблюдениями, что в первые месяцы войны покидали страну в основном люди с большими финансовыми возможностями. Сегодня же в Украине остаются многие малообеспеченные семьи — по данным опроса, около 56% респонденток не имеют средств даже на покупку одежды.

Семья, дом, страна: главные мотивы остаться

Почти 91% опрошенных назвали среди причин остаться близких людей, семью. Почти столько же – 88% – указали чувство принадлежности к родной стране. Материальные факторы тоже важны: 72% отметили наличие собственного жилья, 46% – хорошей работы как стимулы не уезжать.

Социально-демографические особенности влияют на намерения. Например, женщины постарше и обеспеченные чаще не планируют эмиграцию – вероятно, они крепче укоренены и позитивнее оценивают свое будущее на родине. Напротив, те, кто уже успел пожить за границей и вернуться, демонстрируют более слабую мотивацию оставаться дальше. Интересно, что наличие маленьких детей, проживание в сельской местности или статус ВПЛ сами по себе практически не влияют на стремление остаться. Сами участницы опроса часто описывали причины остаться эмоционально. Наталья Заика подчёркивает:

Для многих решение остаться – это не про экономику, не про доходы, не про профессию, а про отношения. Очень часто женщины говорили: “Я не могу уехать, потому что у меня здесь близкие – здесь мой муж; у меня сын воюет; здесь могила моей дочери, я не хочу это оставлять…”. Украина как единая сеть удерживает людей здесь гораздо сильнее, чем выталкивает.

Иными словами, внутренняя привязанность перевешивает страх перед опасностями войны. Тяжёлые испытания усилили чувство солидарности и многие прямо говорят: остаются, потому что «это моя страна». Почти половина респонденток абсолютно согласны с этим утверждением, а значительная часть – скорее согласны. Этот же фактор стимулирует и возвращение тех, кто уехал ранее: чувство, что «там не дом», а «дом здесь», заставляет многих рано или поздно вернуться.

Кто хочет уехать и почему

Конечно, решение остаться дается не всем одинаково легко. Анализ данных показал, какие группы женщин более склонны задумываться об отъезде. В числе ключевых факторов — возраст, семейное положение, жилье и доход.

Старшие женщины больше хотят оставаться в Украине, а молодые чаще рассматривают вариант выезда, — отмечает Наталья Заика.

Молодежь тянет за границу в поисках перспектив, тогда как у старшего поколения больше привязанности к дому. Семейные узы играют огромную роль: замужние женщины и те, у кого есть дети или другие близкие рядом, реже планируют миграцию, зато среди незамужних доля желающих уехать значительно выше. Дополнительный фактор — предыдущий опыт эвакуации: те, кто уже выезжал за границу и затем вернулся, нередко остаются неудовлетворены ситуацией и вновь подумывают о переезде. Это подтверждает, что сама по себе репатриация из Европы не гарантирует, что люди закрепятся на родине надолго.

Материальное положение влияет на миграционные настроения двояко. В первые военные месяцы многие состоятельные украинки отправились за рубеж, спасая семьи. Теперь же, по словам исследователей, среди оставшихся наблюдается обратная тенденция.

Данные четко показывают, что чем выше текущий доход, тем сильнее человек хочет оставаться в Украине... Похоже, те, кто остался и имеет высокий достаток, уже не хотят никуда ехать. А люди с низкими доходами чаще рассматривают возможность выезда, — комментирует Заика.

Бедность становится фактором эмиграции: если женщина ощущает, что не может обеспечить себя дома, она все чаще задумывается о жизни за границей. Это усугубляется жилищным вопросом: владельцы собственного жилья более привязаны к Украине, чем те, кто его потерял или никогда не имел.

При этом наличие детей не делает украинок более склонными уехать — среди тех, кто остался, матери не проявляли больших эмиграционных настроений, чем бездетные. Также практически не оказалось разницы между жительницами сел и городов — привязанность к родным местам сильна везде. Более того, жительницы крупных областных центров даже чаще выражали твердое намерение остаться.

В целом, по данным исследования, наибольшие миграционные настроения сейчас наблюдаются среди молодых, малообеспеченных и русскоязычных женщин — особенно проживающих в прифронтовых областях. Это важно учитывать при разработке демографической политики.

Что может заставить украинок уехать

Что могло бы заставить женщин, которые пока остаются, покинуть свой дом в будущем? Чтобы ответить на этот вопрос, авторы провели поведенческий эксперимент дискретного выбора – метод, позволяющий выяснить, какой фактор сильнее всего влияет на решение уехать, когда приходится выбирать между разными рисками. Эксперимент охватил 6 потенциальных факторов, способных повлиять на решение уехать:

• Безопасность: ситуация на фронте (от текущего уровня до резкого обострения боевых действий или угрозы оккупации);

• Жильё: сохранность жилья (от целого дома до полного разрушения);

• Доходы: финансовое положение (от стабильного дохода до потери половины или всех доходов);

• Коммунальные услуги: базовые удобства (например, длительные отключения электричества и отопления);

• Политика и помощь: внутренняя стабильность и внешняя поддержка (политический кризис, прекращение международной помощи);

• Социальное окружение: отъезд близких друзей или родственников.

Ухудшение ситуации с безопасностью – самый сильный триггер миграции. По расчётам, резкое обострение боевых действий или прямая угроза оккупации вдвое повышают вероятность выезда женщины из своего населённого пункта. Особенно критично это для решения уехать за границу – полный захват страны превратил бы эмиграцию в почти безальтернативный шаг. На втором месте – утрата жилья. Даже если на новом месте в пределах Украины предлагают бесплатное жильё, сама потеря родного дома или квартиры резко увеличивает шанс, что женщина сорвётся с места. Значимость этого фактора оценивается примерно в 57% от влияния фактора безопасности.

Полная потеря дохода – третий мощный фактор, почти сопоставимый с потерей жилья по влиянию. Причём и при утрате дома, и при потере доходов женщины чаще склонны сначала переехать внутри Украины, а не сразу эмигрировать за рубеж. Длительные блэкауты и сокращение международной помощи оказались менее значимыми: бытовые неудобства люди готовы терпеть ещё долго, если сохраняются безопасность и крыша над головой. Политическая нестабильность сама по себе не стала решающим стимулом к отъезду – хотя в сочетании с прекращением внешней помощи заметно повышала вероятность эмиграции. А вот социальный фактор («уехали знакомые») практически не влияет на личное решение.

Что может сделать Украина, чтобы люди остались

Первая заместительница министра социальной политики Дарья Марчак отмечает, что Украина столкнулась с серьёзными демографическими вызовами:

Мы понимаем, что выезд продолжается, особенно среди молодёжи. Мы также осознаём, что когда мы дождёмся окончания войны и наступит мир, мы рискуем потерять ещё часть граждан, которые могут предпочесть воссоединиться со своими семьями не в нашей стране, а за границей. Поэтому сейчас чрезвычайно остро стоит вопрос – каким образом нам конкурировать за собственных граждан как внутри Украины, так и за её пределами.

Война обострила и без того негативные демографические тренды. Правительство разрабатывает стратегию, чтобы развернуть эти тенденции вспять. И полученные данные подсказывают, на что должна опираться государственная политика.

Один из выводов – ключевое значение для людей имеет чувство укоренённости, которое даёт свой дом и среда.

Собственное жильё для многих – символ стабильности, своеобразный якорь. На втором месте – уверенность в будущем: понимание, есть ли в будущем смысл оставаться в стране, рожать детей, инвестировать в профессию, строить планы, – отмечает Наталья Заика.

Напротив, тем, кому сложно сводить концы с концами, тяжелее видеть перспективы, и они чаще задумываются об отъезде. По ее словам, чтобы украинцы выбирали жизнь на родине, стране придется исправить множество проблем: дисбалансы на рынке труда, отсутствие безопасности, нехватка достойных доходов, жилья, качественной инфраструктуры. Однако не менее важно понять и поддержать те факторы, которые уже удержали здесь миллионы людей. Любовь к семье и стране, привязанность к дому — мощные преимущества Украины в борьбе за своих граждан.

Остаться – это осознанный и стойкий выбор, – заключают авторы исследования.

Они рекомендуют власти сосредоточиться на двух ключевых направлениях. Первое – материальная поддержка, укрепляющая “якоря”: продолжать программы помощи с жильём (компенсация аренды для ВПЛ, субсидии на ремонт повреждённых домов, поддержка строительства нового жилья). Такие инициативы не только улучшают бытовые условия, но и укрепляют связь человека с местом, повышая намерение остаться. Второе – информационная политика и признание: публично отмечать стойкость тех, кто сознательно решил не уезжать.

Авторы подчеркивают, что для молодёжи и перемещённых лиц особенно важно видеть, что в Украине есть будущее. Государство должно демонстрировать перспективы: тогда доверие растёт, а желание быть частью общего дела крепнет.