Найдены новые причины наследственной слепоты

Команда исследователей из Radboud University Medical Center (Нидерланды) и Университета Базеля (Швейцария) обнаружила ранее неизвестные генетические причины пигментного ретинита — одной из самых частых форм наследственной потери зрения. Работа опубликована в Nature Genetics.

Главный сюрприз: в ряде случаев болезнь запускают изменения не в белок-кодирующих генах, а в участках ДНК, которые производят малые РНК и помогают клеткам «правильно монтировать» генетические инструкции.

Что такое пигментный ретинит и почему его сложно “поймать” анализами

Пигментный ретинит (retinitis pigmentosa, RP) встречается примерно у 1 из 5000 людей. Обычно все начинается с ухудшения ночного зрения, затем появляется «туннельное» зрение, а у части пациентов со временем развивается тяжелая потеря зрения.

Хотя науке известно больше сотни генов, связанных с RP, у 30–50% пациентов причину долго не удавалось найти даже после расширенных ДНК-тестов. То есть диагноз есть, а «виновника» — нет.

Как одна семья помогла найти ключ

Исследование стартовало с необычного случая: американская семья, где слепота была у отца и восьми детей. Ученые проверили известные гены RP — безрезультатно. Тогда они пошли шире и стали анализировать весь геном.

Так обнаружили вариант в RNU4-2 — это ген, который не производит белок, а делает РНК, участвующую в процессе сплайсинга (сборки/редактирования РНК перед созданием белков). Мутация оказалась в «критической точке» молекулы и нарушала работу механизма, важного именно для сетчатки.

Проверили 5000 пациентов — и нашли десятки семей по всему миру

После находки ученые вместе с коллегами из разных стран изучили данные 5000 пациентов с RP, у которых генетическая причина оставалась неизвестной.

Результат:

• обнаружены патогенные варианты в RNU4-2 и еще четырех похожих РНК-генах;

• это дало молекулярный диагноз 153 пациентам из 67 семей;

• объяснило около 1,4% всех ранее «неразгаданных» случаев RP.

Почему это важно не только для науки

Это открытие сразу дает практические вещи:

• точнее диагностика: часть пациентов, которым годами не могли назвать причину, теперь могут получить подтвержденную генетическую версию;

• генетическое консультирование: семьи смогут оценивать риски наследования;

• репродуктивные решения: при желании возможны варианты вроде преимплантационной диагностики (чтобы не передавать мутацию детям).

Главный вывод исследования: искать причину наследственных заболеваний нужно не только в “классических” белок-кодирующих генах. Некодирующие участки ДНК и РНК-гены могут быть столь же критичными — и их раньше просто «не видели» стандартные стратегии поиска.