Жизнь украинцев за границей: проблемы, опыт и надежды на возвращение

Цифра не окончательная. Война продолжается, и количество беженцев будет расти, — заявил Уполномоченный Верховной Рады Украины по правам человека Дмитрий Лубинец в ходе презентации отчета «Вынужденное перемещение за границу».

Большинство украинцев за рубежом сумели получить легальный статус, базовую поддержку, доступ к медицинской помощи, образованию и рынку труда. Однако жизнь на чужбине сопровождается множеством вызовов и значительная часть людей по-прежнему живет «между двумя мирами». В новосозданном Министерстве национального единства отмечаю, что сейчас всерьез настроены вернуться 30% украинцев, а при правильной политике государства это число увеличится до 70%. Как, по оценкам экспертов, Украина может поддержать своих граждан зарубежем и что должна сделать для их возвращения пишет Соцпортал.

Сумели ли украинцы адаптироваться за границей

Покидая Украину в начале войны, большинство людей в первую очередь думали о безопасности. Однако выбор конкретной страны зависел от ряда факторов. Во многих случаях решающую роль сыграли связи за границей. Тем, у кого были родственники или друзья в Европе, было психологически легче выехать именно туда. Часть украинцев ехала в знакомую среду. Кто-то до войны работал в Польше, Чехии, Италии или других странах – и в трудный момент решил поехать туда же. Также подсказкой могли стать новости о поддержке украинцев в разных странах. К примеру, Германия с самого начала объявила о значительной помощи.

Несмотря на в целом доброжелательное отношение к украинцам и базовую поддержку, лишь немногие беженцы смогли сказать, что полностью интегрировались в принимающее общество. Многие признавались, что психологически живут прошлой жизнью: мыслями и сердцем остаются в Украине. Те, кто надеялся на скорое возвращение, зачастую и не стремились глубоко адаптироваться. Другие, понимая, что задержатся надолго, активно шли на контакт с новым окружением. В ряде стран людям помогали специальные государственные программы интеграции – курсы языка, ориентационные тренинги, помощь в поиске работы. Однако такие программы были не везде и многое зависело от страны и даже конкретного города пребывания. Почти всем украинским переселенцам за рубежом так или иначе пришлось столкнуться с проблемой языка. Даже если в стране широко говорят по-английски, для полноценной жизни – работы, учебы, общения с врачом или соседями – важно знать местный язык.

Украинцы, по словам моих коллег из Европы, очень быстро учат иностранные языки. Тем не менее языковой барьер остается актуальной проблемой, – отмечает Лубинец.

Уровень владение языком серьезно влиял на перспективы поиска работы по специальности. В целом около половины вынужденных переселенцев смогли найти работу в стране пребывания. Однако это было непросто. Самые распространенные препятствия, с которыми столкнулись украинцы на зарубежном рынке труда:

• Им предлагали только низкоквалифицированную работу, не соответствующую их опыту и образованию.
• Вакансии по их специальности практически отсутствовали.
• Трудности из-за незнания языка – этот фактор звучал почти в каждой истории о поиске работы.
• Необходимость проходить длительную местную сертификацию или подтверждение дипломов для высококвалифицированных профессий.
• Отсутствие опыта работы за рубежом и местных рекомендаций.

В итоге картина на рынке труда складывается неоднозначная. С одной стороны, половина переселенцев вышли на работу и тем самым стали обеспечивать себя сами. С другой, значительная доля людей по-прежнему зависит от пособий и живет весьма скромно. Из-за этого материальное положение украинских беженцев в Европе в среднем нельзя назвать благополучным. Особенно уязвимыми оказались те, кто столкнулся с проблемами здоровья: люди с инвалидностью или хроническими заболеваниями, а также их близкие, чаще других сообщали о крайней нехватке денег. Тем, кто устроился на работу, тоже пришлось нелегко – зарплаты новичков невысокие, а высокая арендная плата и стоимость жизни съедают значительную часть доходов переселенцев.

Жилье – это одна из главных проблем. Высокие цены, нехватка жилья. Страны Европы не были готовы к такому количеству беженцев. Также остро стоит проблема трудоустройства. Многие квалифицированные специалисты вынуждены выполнять неквалифицированную работу, несмотря на образование и знание языков, — отмечает Омбудсмен.

Немногим более половины переселенцев сумели снять жилье на коммерческих условиях, около 17% проживали в социальных жилищах или по льготной аренде, остальные остаются во временных центрах размещения беженцев, у благотворителей или знакомых. Люди старались улучшить жилищные условия при первой возможности. Нередко несколько украинских семей объединялись и вместе арендовали дом или квартиру – так выходило и дешевле, и комфортнее, чем жить среди сотен людей. Однако на частном рынке аренды беженцев ждали другие проблемы. Найти квартиру по карману – уже сложно, а тут еще и недоверие арендодателей. Особенно непросто было одиноким матерям – хозяева опасались шумных детей или неплатежеспособности. В итоге поиск жилья мог затянуться на месяцы.

Многие беженцы говорили: если бы было куда вернуться, они бы поехали в Украину. Но возвращаться пока некуда – дом разрушен или остается в опасной зоне. Поэтому люди надеются либо на улучшение условий за границей, либо на государственные программы жилья в Украине, которые позволят начать жизнь заново на родине.

Еще одна важная сфера – медицинская помощь за границей.

Многие украинцы специально приезжают домой на несколько недель, чтобы получить медицинскую помощь, особенно стоматологическую. Оказалось, что украинская медицина в некоторых аспектах лучше и доступнее европейской, — комментирует Омбудсмен.

Оказалось, что с одной стороны, дома и правда можно решить вопрос быстрее, если заплатить – будь то анализы или МРТ. С другой – за границей, хотя приема ждешь дольше, качество лечения зачастую выше, и главное – практически всё бесплатно по страховке для беженцев. Тем не менее психологически людям трудно мириться с долгим ожиданием и чувствовать себя беспомощными в чужой системе. Самая уязвимая категория – те, кому нужна постоянная терапия: онкологические больные, диабетики, люди с инвалидностью. Им приходилось искать специальные программы, врачи часто переводили их на местные аналоги лекарств, что вызывало тревогу. Некоторые семьи в итоге решили вернуться в Украину именно из-за медицинских вопросов – например, когда не смогли за границей быстро предоставить необходимую реабилитацию или операцию. В то же время семьи с детьми с инвалидностью искали за границей то, чего не могли получить дома во время войны – стабильное лечение, специальные образовательные услуги. Потому в целом вопрос медицинской помощи остается неоднозначным.

Отдельная важная тема – психологическое состояние переселенцев. Примерно треть из них ожидает, что после возвращения на родину им понадобится психологическая поддержка.

Образование для детей и их возможное возвращение

Один из самых болезненных вопросов — положение украинских детей за границей. Ключевую роль здесь играет образование. По оценкам ООН, примерно 1,4 миллиона украинских детей нуждаются в обучении, из них 15% 5–11 лет вообще не были охвачены никакой формальной учебой, а среди подростков 12–17 лет таких было около 9%. То есть некоторым детям, особенно младшим, родители решили дать перерыв или обучать неформально, чтобы не перегружать, – это тревожный показатель.

Причиной подобной ситуации разные:

• Языковой барьер у детей – поначалу многим сложно учиться на чужом языке, требуется время на его освоение.
• Различия в программах – украинская и, скажем, немецкая школьные программы отличаются, из-за чего ребёнку либо скучно на каких-то уроках, либо, наоборот, трудно.
• Стресс и адаптация – дети пережили переезд, находятся вдали от дома, им трудно сразу влиться в новый коллектив.
• Буллинг и стереотипы – в отдельных случаях украинские дети сталкивались с предубеждением или насмешками со стороны некоторых местных учеников из-за своей национальности.
• Технические сложности онлайн-обучения – не у всех семей есть достаточное количество гаджетов, быстрый интернет, отдельное место для занятий. К тому же разница во времени: например, уроки по Киеву могут идти поздно вечером по местному времени.

Впрочем, большинство детей все же получает образование, и на практике сложились несколько моделей:

• Местная школа – дети полностью интегрируются в систему образования страны пребывания (ходят в обычные школы в Польше, Германии, Италии и т.д.).
• Двойное обучение – ребенок одновременно посещает местную школу и учится дистанционно в украинской школе онлайн.
• Исключительно онлайн – дети физически находятся за границей, но учатся только по украинской программе (в онлайн-школе или экстернате).

С младшими детьми чаще поступали просто – отдавали в ближайшую школу за границей. В некоторых странах это было требованием закона. Старшие школьники нередко продолжали обучение по украинской программе, чтобы не терять год и быть готовыми к украинским экзаменам. Поэтому вариант двойного обучения – утром местная школа, а после обеда онлайн-уроки из Украины – стал довольно распространенным.

Родители пытаются дать детям двойное образование: местное и украинское онлайн. Но это слишком большая нагрузка. В итоге многие отказываются от украинского образования, – подчеркивает Лубинец.

Особенно тяжело приходилось семьям с особыми обстоятельствами – там, где мама одна воспитывает ребёнка, или есть ребёнок с инвалидностью, или семья вынуждена часто переезжать. Такие родители чаще других сообщали о сложностях с устройством детей в школу и участием в учебном процессе. Финансовый аспект тоже важен: опрос показал, что состоятельные семьи реже сталкивались с проблемами в образовании – при наличии средств проще купить всё необходимое, нанять репетитора, обеспечить стабильный интернет и отдельное пространство для ребёнка.

В целом, большинство украинских детей всё же получили возможность учиться – либо в местных школах, либо дистанционно в Украине. Многие за год-полтора выучили новый язык, нашли друзей среди одноклассников. Родители отмечают, что дети зачастую интегрируются быстрее взрослых: школа и детский коллектив им в этом помогают. Теперь перед такими семьями встанет другой вопрос – как быть, когда придет время возвращаться в Украину? Не потеряют ли дети мотивацию учиться, привыкнув к иной системе? Нужно ли продолжать украинскую программу или перевести результаты? Уже звучат предложения создать программы реинтеграции для детей, своего рода дополнительные курсы при возвращении, чтобы подтянуть украинский язык, историю и мягко влиться обратно в украинскую школу.

Связь с родиной и мысли о возвращении

Оказавшись за границей, украинцы старались сохранить связь с домом – эмоциональную и практическую. Почти все регулярно созваниваются с родственниками, следят за украинскими новостями, переживают за родные города. Многие по возможности наведывались домой. Однако более половины переселенцев (56%) ни разу не были в Украине за последний год. Еще около 30% смогли съездить на родину лишь один раз за год, и всего 4% опрошенных навещали родные места чаще (раз в 2–3 месяца или ежемесячно). Многие боятся ехать из-за угроз ракетных ударов. К тому же логистика затруднена – авиасообщение с Украиной закрыто, путь наземным транспортом занимает двое-трое суток. Не все могут взять отпуск на такое долгое путешествие, а некоторые страны требуют специальных разрешений для выезда беженцев, чтобы не потерять соцподдержку. Наконец, поездка – это расходы, которых у людей может не быть.

Помимо личной связи с семьей, вынужденные переселенцы стремятся не терять контакт с украинским обществом. В Европе украинская диаспора заметно выросла, и новоприбывшие активно участвуют в ее жизни: ходят на совместные праздники, митинги, концерты, водят детей на украинские кружки. Посольства и консульства Украины в свою очередь стали для переселенцев важным пунктом решения бюрократических вопросов. Однако и нагрузка на эти учреждения выросла многократно – люди отмечали сложности с получением консульских услуг: кому-то приходилось ездить в другой город или даже страну, часто требовалось приезжать несколько раз для одного вопроса. Многие признаются, что из-за этого ходят с просроченными документами, откладывая оформление «до возвращения». Сами переселенцы предлагают решения: сделать максимальное количество услуг онлайн через приложение «Дія» или специальные порталы.

Еще одно пожелание, часто звучащее от украинцев за границей – информировать их о планах на будущее. Беженцы хотят знать, какие программы разрабатываются для их возвращения, смогут ли их дети продолжить учебу, дадут ли жилье тем, у кого оно разрушено, будет ли работа. Многие отмечают позитивные примеры: регулярные обращения украинских властей к диаспоре, проекты помощи за рубежом, культурные мероприятия от посольств.

Главный вопрос, который волнует и самих переселенцев, и украинское общество: вернутся ли люди домой после войны? Однозначного ответа нет – планы у всех разные. Количество тех, кто твёрдо намерены вернуться, колеблется по разным данным в пределах 25-30%.

Пока люди не почувствуют себя в безопасности, большинство не примет решение о возвращении. При этом 21% еще не определились и именно с ними мы должны работать, — подчеркивает Лубинец.

Самые весомые причины, которые толкают людей вернуться в Украину:

• Тоска по дому и близким – почти треть опрошенных назвали желание вернуться к семье и в родные места ключевым мотивом.
• Патриотизм и чувство долга – люди хотят участвовать в восстановлении страны, быть дома в исторические моменты.
• Неудовлетворенность жизнью за границей – если в стране пребывания не сложилось с работой, жильём или интеграцией, мысль о возвращении приходит чаще.
• Будущее детей – некоторым родителям кажется, что в Украине детям будет лучше: среди своих, без языкового барьера.
• Перемены к лучшему в Украине – окончание войны, восстановление городов, вступление страны в ЕС или НАТО. Примечательно, около 30% беженцев сказали: если Украина войдет в ЕС, они будут более уверенно планировать возвращение.

С другой стороны, есть факторы, которые удерживают людей от возвращения. Главный из них – безопасность. Пока сохраняется риск ракетных ударов, пока на части территории идут боевые действия или есть опасность их возобновления, многие семьи не поедут обратно. Особенно это касается тех, у кого маленькие дети – никто не хочет снова вести ребенка в бомбоубежище вместо школы. Даже после окончания активных боевых действий останутся проблемы разминирования, восстановления инфраструктуры – люди это понимают и выжидают.

Второй сдерживающий фактор – отсутствие жилья или работы на родине. У тысяч семей дома разрушены или находятся на оккупированных территориях. Им банально некуда возвращаться, пока не будет построено новое жильё или освобождены их города. Также за время войны экономика Украины сильно пострадала, найти хорошо оплачиваемую работу будет непросто. Люди опасаются вернуться и оказаться безработными, особенно если за границей они уже нашли стабильное место.

Некоторые опрошенные признаются, что привыкли к стабильности: пусть на чужбине, но есть социальная защита, предсказуемое будущее. Вернуться в неопределённость, где всё нужно начинать заново, – страшно.

Что нужно делать Украине для возвращения людей

И все же подавляющее большинство переселенцев всё равно скучают по Украине и хотели бы жить у себя на родине, если бы там были условия. Поэтому сейчас для властей стоит задача – эти условия создать. Уже рассматриваются различные программы, чтобы по окончании войны стимулировать возвращение граждан:

• Жильё: строительство доступного жилья и компенсации за разрушенные дома, чтобы люди имели куда вернуться.
• Работа: гранты и программы для создания рабочих мест, поддержки бизнеса, чтобы у людей была возможность трудоустройства.
• Образование: инициативы для детей – например, дополнительные занятия для тех, кто учился за границей, чтобы наверстали украинскую программу и без проблем влились в школы.
• Психологическая поддержка: услуги психологов для вернувшихся, чтобы помочь преодолеть стресс и заново адаптироваться дома.

Лубинец отметил важность системного подхода для возвращения граждан, психологической и информационной поддержки украинцев за рубежом. А также резко высказался о некоторых политических высказываниях.

Когда я слышу от народных депутатов, что у украинцев за границей нужно забрать паспорта, это совершенно недопустимо. Это разделяет наше общество. Государство должно обеспечить равное отношение и поддержку всем украинцам, — отметил он.

В целом эксперты подчеркивают, что для украинского правительства возвращение миллионов людей – стратегическая цель. Многие переселенцы также хотят вернуться. Однако в безопасную, развивающуюся страну, где они смогут применить свои новые знания и опыт, полученные за границей. Пока же значительная часть наших соотечественников будет оставаться за рубежом, стараясь пережить тяжёлые времена и сохраняя надежду на скорейшее окончание войны – и возможность снова увидеть родной дом.