Психологи описали нарциссический профиль сексуальных маньяков
Как нарциссизм проявляется у серийных убийц с сексуальной мотивацией
Нарциссизм давно связывают с жестокостью и жаждой власти, но новое исследование Университета Бамберга показывает более сложную картину — особенно у серийных убийц, чьи преступления мотивированы сексуально. Учёные проанализировали не диагнозы, а собственные слова преступников — их признания, допросы и интервью, чтобы понять, как именно нарциссические черты проявляются в их мышлении и самоописаниях.
Кто попал в исследование
Авторы работы, опубликованной в Journal of Police and Criminal Psychology, использовали базу данных серийных убийц Radford FGCU. Из более чем 1 000 фигурирующих там людей отобрали 345 мужчин с признаками сексуальной мотивации (убийства ради контроля, доминирования, сексуального удовлетворения и садистских фантазий).
В финальную выборку вошли 45 серийных убийц, для которых были доступны полные стенограммы признаний или интервью.
Все — мужчины, действовавшие в одиночку.
Преступления совершались в 1960–2021 годах.
Каждый убил от 2 до 22 жертв (в среднем — около 8).
Примерно 71% были белыми, 20% — чёрными, около 9% — латиноамериканцами.
Учёные не ставили вопрос «есть ли у них нарциссическое расстройство личности» — вместо этого они искали отдельные грани нарциссизма и их сочетания.
Две стороны нарциссизма: грандиозный и ранимый
Нарциссизм в современной психологии делят на два крупных типа:
Грандиозный — чувство особости, права на большее, стремление к восхищению, склонность унижать других, демонстративное доминирование.
Уязвимый — ранимость, повышенная чувствительность к критике, ощущение отверженности, тревога, склонность к уходу в себя и обидам.
Авторы использовали две модели:
Narcissistic Admiration and Rivalry
Admiration — самопрезентация, обаяние, желание казаться уникальным и выдающимся.
Rivalry — соперничество, обесценивание других, агрессивная реакция на угрозу статусу.
Vulnerable Isolation and Enmity
Isolation — социальная отгороженность, скрытность, сомнения в себе, ожидание критики.
Enmity — зависть, подозрительность, ощущение несправедливых нападок, скрытая злоба и мстительность.
Исследователи анализировали те фрагменты речи, где преступники описывали:
первые два убийства,
своё детство и жизненный путь.
Фразы кодировались по заранее прописанному руководству: хвастовство особой «ловкостью» и превосходством над полицией относилось к грандиозному нарциссизму, жалобы на «все против меня», «меня всегда унижали» — к уязвимому и т.д.
Что показали слова самих убийц
Нарциссические темы обнаружились в высказываниях большинства из 45 человек. Причём:
Уязвимый нарциссизм выявлен у 89% преступников.
Грандиозный нарциссизм — у 87%.
То есть подавляющее большинство сочетали и хвастливость, и ранимость, а не относились к одному «чистому типу».
Самой распространённой гранью стала уязвимая враждебность (enmity):
признаки зависти, подозрительности, восприятия других как враждебных — у 84% убийц;
на неё приходилось 38% всех закодированных фрагментов текста.
Уязвимая изоляция (isolation) — социальный отход, сомнения, страх критики — встречалась реже:
у 58% преступников и всего в 13% фрагментов.
Грандиозные черты:
Admiration (самовосхищение, демонстрация «особости») — у 76% убийц, 26% фрагментов;
Rivalry (унижение других, агрессия при угрозе статусу) — у 71% убийц, 24% фрагментов.
Статистический анализ показал, что черты распределены неравномерно: уязвимая враждебность сильно «переизбыточна», а изоляция — заметно ниже ожидаемого уровня.
Опасны не отдельные черты, а их комбинации
Особенно важны не «проценты по отдельности», а наборы черт внутри одного человека.
Исследование показывает:
Грандиозные черты часто идут пакетом:
те, кто искали восхищения (admiration), нередко одновременно презирали и обесценивали других (rivalry);
Уязвимые черты тоже тесно связаны:
те, кто чувствовал себя изолированным, почти всегда также демонстрировали враждебность и ощущение «все против меня».
Наиболее сложная картинка — у тех, у кого переплетались грандиозные и уязвимые проявления:
часть убийц одновременно:
хвасталась особой «силой» или «умом» и
рассказывала длинные истории о несправедливости, унижениях, травмах, преследовании и ненависти к окружающим.
Отдельная подгруппа объединяла грандиозную соперничающую позицию (rivalry) с уязвимой враждебностью (enmity) — наружное стремление к доминированию и презрению к другим соседствовало с глубинной подозрительностью, озлобленностью и ощущением враждебного мира.
Авторы отмечают: такие сложные сочетания могут быть более полезны для профилирования преступников, чем поиск «чистого нарцисса» одного типа.
И важное предупреждение
Исследователи подчёркивают:
Нарциссические черты в мягкой форме есть у многих людей и сами по себе не предсказывают насилие.
Чувствительность к критике, склонность к обидам или желание признания не делают человека потенциальным преступником.
Любое применение подобных профилей в следствии должно учитывать поведение, историю, контекст, а не строиться только на психологических ярлыках.
Главный вывод работы — сексуально мотивированные серийные убийцы в этом исследовании не вписываются в простую схему “только грандиозный” или “только уязвимый” нарциссизм. Они одновременно демонстрируют и позёрскую уверенность, и болезненную обидчивость, и жажду восхищения, и глубинное чувство враждебного мира.