Семьи работников, погибших от российских обстрелов, вынуждены самостоятельно отсуждать компенсации

Однако на практике реализация этого права часто осложняется бюрократией. Пострадавшим приходится доказывать очевидное — что, скажем, танковый завод, электростанция или железная дорога действительно являются объектами критической инфраструктуры. Из-за этого увеличивается количество судебных исков, и суды, как правило, становятся на сторону работников. О том, как пострадавшие или их семьи могут отстоять свои права, — на примере самых показательных судебных дел рассказывает юрист и правозащитник ОО «Соціальний рух» Виталий Дудин.

Регулярные российские удары по критической инфраструктуре открыли множество болезненных историй работников этих объектов. В центре внимания — не только разрушительная жестокость обстрелов, приведших к многочисленным трагедиям, но и более глубокая социальная проблема. Многим, кто обеспечивал работу энергетических, железнодорожных или медицинских учреждений, пришлось не только выживать после атак, но и бороться в судах со своим государством за право на предусмотренную законом денежную помощь.

История применения Закона Украины «О разовой денежной помощи за вред жизни и здоровью, вред работникам объектов критической инфраструктуры (ОКИ), государственным служащим, должностным лицам местного самоуправления в результате вооружённой агрессии Российской Федерации против Украины» от 20.03.2023 №2980-ІХ (Закон №2980) насчитывает менее года. Однако она уже успела обрести скандальные черты.

Почему закон о помощи пострадавшим работникам не работает как надо

• Закон №2980 был принят в марте 2023 года. Он гарантирует разовую денежную помощь работникам критической инфраструктуры, пострадавшим в результате войны.
• Но на практике Пенсионный фонд Украины часто отказывает в выплатах, поскольку объекты, где работали пострадавшие, не внесены в Реестр обьектов критической инфраструктуры.
• Даже важные для государства предприятия не признаются «критическими», если их нет в этом Реестре.
• Из-за этого многие люди не могут получить обещанную компенсацию, несмотря на реальные риски и понесённый ущерб.

Толкуя Закон №2980 в свою пользу, органы Пенсионного фонда Украины (ПФУ) решили не признавать многочисленные пострадавшие предприятия объектами критической инфраструктуры, даже когда речь шла о предприятиях, имеющих большое значение для государства. В практике ПФУ отсутствие объекта в Реестре стало основным основанием для отказа в назначении и выплате разовой денежной помощи.

Что такое ОКИ?

• Объекты критической инфраструктуры (ОКИ) — это предприятия, учреждения или сети, которые имеют решающее значение для функционирования государства. Они обеспечивают энергетику, транспорт, медицину, связь, водоснабжение и другие базовые сферы.
• В чём проблема с Реестром ОКИ? Чтобы получить компенсацию по Закону №2980, предприятие должно быть внесено в Реестр объектов критической инфраструктуры. Однако этот Реестр начал работать только в мае 2023 года, а многие трагедии произошли раньше.
• Кто вносит данные в Реестр? Оператор предприятия (например, «Укренерго» или «Укрзалізниця») передаёт данные в профильное министерство, которое затем обращается в Администрацию Государственной службы специальной связи и защиты информации Украины (Администрация Госспецсвязи), чтобы внести объект в Реестр.

К счастью, в борьбе с бюрократическим абсурдом у пострадавших работников и их семей появились надёжные союзники — украинские суды. На данный момент большинство споров завершилось победой истцов, поскольку судей убедили аргументы о «критичности» предприятий, на которых произошли несчастные случаи. Ответчиком в таких делах выступает территориальный орган Пенсионного фонда Украины, а в качестве третьих лиц могут привлекаться профильные министерства (Министерство энергетики, Министерство развития) или предприятия (например, НЭК «Укренерго», ПАО «Украинская железная дорога»), от которых зависит идентификация объекта как ОКИ.

По данным ОО «Соціальний рух», в Украине было вынесено около 200 решений об отказе в выплатах, и не менее 25 таких отказов были обжалованы в суде. В девяти делах суды удовлетворили иски пострадавших.

Участники судебного процесса

• Истцы — пострадавшие работники ОКИ или родственники погибших.
• Ответчики — территориальные органы Пенсионного фонда.
• Третьи лица — министерства (например, Минэнерго или Минрегион) и предприятия (например, "Укрэнерго" или "Укрзализныця"), отвечающие за внесение подчиненных им объектов в Реестр объектов критической инфраструктуры.

В этих делах стали очевидными недостатки нормативно-правовой базы, а судам пришлось побуждать чиновников принимать во внимание базовые конституционные принципы. Рассмотрим, чем руководствуются служители Фемиды при разрешении споров по Закону № 2980, где столкнулись государственные интересы и права отдельных граждан. Как и с какими аргументами – читайте здесь.

Как доказать статус критической инфраструктуры без Реестра

В приведенных кейсах обращает внимание желание судей руководствоваться здравым смыслом, когда они оценивают принадлежность того или иного предприятия к ОКИ. На практике невнесение может произойти по вине разных сторон – как самого предприятия (или оператора критической инфраструктуры), так и определенного министерства (или секторального органа). На основе данных от предприятий министерства представляют документы о внесении объекта в Реестр, обращаясь в Администрацию Государственной службы специальной связи и защиты информации (Администрация Госспецсвязи). Но даже в период военного положения чиновники с этой процедурой могут не торопиться. В результате возник целый ряд судебных дел, где поднимается целесообразность реестра.

По делу по иску пострадавшего электромонтера по эксплуатации распределительных сетей ІІ группы филиала «Ахтырский район электрических сетей» АО«Сумыобленерго» орган ПФУ апеллировал к невнесению указанного объекта в Реестр. Хотя на момент повреждения здоровья (07.04.2022) Реестр еще даже не работал – его только запустили с 02.05.2023. Суд обратил внимание, что частью 4 статьи 6 Закона №2980 установлено, что до завершения формирования реестра ОКИ в соответствии с Законом Украины «О критической инфраструктуре» их перечень определяется постановлением Кабинета Министров Украины №1109 от 09.10.2020 года «Некоторые вопросы объектов критической инфраструктуры» (Постановление №11 По мнению суда, нужно было руководствоваться понятием сектора: если деятельность предприятия подпадает под секторы, например, энергетический, оборонный или здравоохранение, то есть основания признать предприятие ОКИ.

В дальнейшем подобная логика – руководствоваться перечнем секторов, а не Реестром, в котором отдельные объекты просто не смогли своевременно внести – была воспроизведена с определенными отличиями в ряде других дел. Например, по иску травмированного ракетным обстрелом рабочего ЧАО НЭК «Укрэнерго». Такие же доводы использованы и в деле, касающемся статуса Восточного филиала ГП «Региональные электрические сети».

Несколько иной была логика суда по иску вдовы рабочего КП «Черниговводоканал», где суд приравнял данное предприятие к ОКИ, хотя оно не было внесено в Реестр, на основе включения в перечень операторов объектов критической инфраструктуры:

Как усматривается из справки № 04-06/2414 от 26.07.2024, выданной КП «Черниговводоканал», где среди прочего указано, что КП «Черниговводоканал» в соответствии с приказом № 611 от 08.07.2024, включены в Перечень объектов критической инфраструктуры сектора системы жизнеобеспечения, согласно Секторальному перечню объектов.

Этот же суд сформулировал вывод, что несправедливо ставить требование относительно включения объекта в Реестр, если на момент трагедии такого Реестра еще не существовало:

То есть, как усматривается из вышеизложенного, начало функционирования Реестра объектов критической инфраструктуры произошло уже более чем через год со дня наступления страхового случая, который произошел с мужем истицы. Однако, с учетом принципа верховенства права, лицо не может быть лишено в защите нарушенного права по основаниям отсутствия законодательства, регулирующего спорные правоотношения по состоянию на время их возникновения.

В вышеприведенных судебных решениях, как и в относительно недавнем деле по иску родных погибшего работника АО «Харьковоблэнерго», суд принимал во внимание объяснение самого предприятия как оператора критической инфраструктуры. Очень часто такие предприятия вовлекаются в дело в качестве третьего лица без самостоятельных требований. Так, Харьковский окружной административный суд сослался на приказ Министерства энергетики Украины от 07.09.2022 №1-ДСК, по которому АО «Харьковоблэнерго» внесено в Перечень ОКИ топливно-энергетического сектора критической инфраструктуры.

Также, когда речь идет о крупных и знаковых предприятиях, суды обращаются к содержанию постановления Кабинета Министров Украины от 04.03.2015 №83 «Об утверждении объектов государственной собственности, имеющих стратегическое значение для экономики и безопасности государства». Апелляция к этому документу стала одним из аргументов при удовлетворении иска травмированного в 2022 году машиниста тепловоза в региональном филиале «Юго-Западная железная дорога» АО «Укрзализныця». К тому же по этому делу Администрация Госспецсвязи уже после отказа органа ПФУ подтвердила в своем письме внесение этого объекта в реестр ОКИ. Очень показательно, что последнее решение оспаривается Главным управлением ПФУ в Житомирской области в апелляционном порядке: похоже, что чиновникам не очевидна принадлежность железной дороги к критической инфраструктуре.

Кто ответственен за ошибку?

Для решения дела судьи в большинстве своем прибегают к оценке реальных обстоятельств, а не формальностей. Они учитывают, кто должен был внести предприятие в Реестр и этого не сделал. Интересно решение по делу по иску травмированной старшей медсестры КНП «Херсонская городская клиническая больница им. Е.Е. Карабелеша» Херсонского городского совета. Возлагая большую ответственность на государство, Одесский окружной админсуд указал, что гражданин не должен страдать из-за хаоса со статусом предприятия.

Риск какой-либо ошибки государственного органа должен полагаться на само государство, а ошибки не могут исправляться за счет лиц, к которым они относятся. Принцип «должного управления», как правило, не должен препятствовать государственным органам исправлять случайные ошибки, даже те, причиной которых является их собственная халатность. Так заявил суд со ссылкой на правовое заключение Большой Палаты Верховного Суда в постановлении от 05.07.2023 года по делу № 912/2797/21.

Практики самого Верховного Суда по применению Закона №2980 пока нет. Однако есть интересные правовые выводы по аналогичным вопросам, на которые следует ссылаться. Скажем, при уяснении статуса ОКИ следует учитывать принцип разумности. В постановлении Верховного Суда от 16.12.2024 по делу № 463/8028/22, которое касалось трудовых отношений, было сказано следующее:

Учитывая указанные нормативные положения, в том числе ограничение публичного доступа информации об объектах критической инфраструктуры, Верховный Суд согласен с выводами судов предыдущих инстанций в соответствии с принципом разумности, что ответчик является объектом критической инфраструктуры в условиях военного положения.

Следовательно, следует проверять не только, внесен ли объект в Реестр, но и задавать вопросы обратного характера: нормально ли то, что важное предприятие существует вне такого Реестра?

Непредсказуемое основание и предполагаемый результат

Весьма оригинальный, но правомерный аргумент использовал Одесский окружной админсуд. Он обратил внимание, что такое основание неосуществления выплаты, как невнесение в Реестр, законом не предусмотрено! Было отмечено, что статьей 4 Закона № 2980 определен исчерпывающий перечень оснований, в случае возникновения которых назначение и выплата единовременного пособия за вред жизни и здоровью не осуществляются. Однако в решение Главного управления Пенсионного фонда Украины в Одесской области не содержалось ссылок ни на одно из этих оснований. Ситуация парадоксальна: подзаконный порядок назначения пособий действительно требует от органа ПФУ выяснить в Администрации Госспецсвязи, включено ли предприятие в Реестр ОКИ, но правовые последствия в случае негативного ответа законом не установлены. Это, кстати, позволяет справедливо подвергнуть сомнению многочисленные решения ПФУ.

В заключение хочется отметить, что в этой истории есть ложка дегтя. Скажем, Харьковский окружной админсуд признал правомерным отказ в выплате вдове погибшего рабочего ведущего танкостроительного бюро. Достаточно для него было то, что предприятие не было внесено в Реестр ни при рассмотрении заявления гражданки, ни при судебном разбирательстве. Это свидетельствует, что судебная процедура хотя и эффективна, но не гарантирует 100% результат. По этому делу женщина все же добилась своего во внесудебном порядке: к счастью, впоследствии Министерство стратегической промышленности Украины внесло предприятие в Реестр.

Вместе с тем очевидно, что такие споры не должны возникать в социальном и правовом государстве. Законодательство требует усовершенствования, чтобы чиновники не могли называть черное белым, разочаровывая многострадальных работников критической инфраструктуры.

Эту тему пострадавшие, профсоюзы и эксперты обсудили во время СОЦФОРУМА «Защита работников критической инфраструктуры в условиях войны».