Грузия отказалась от переговоров по вступлению в ЕС до 2028 года: детали

Премьер-министр Грузии Ираклий Кобахидзе объявил о решении правительства временно отказаться от переговоров с Европейским Союзом о вступлении, а также от любых бюджетных грантов, предоставляемых ЕС. По его словам, обсуждение вопроса интеграции с Евросоюзом начнется не ранее конца 2028 года.

Мы приняли решение не ставить на повестку дня вопрос об открытии переговоров с Евросоюзом до конца 2028 года. Также до этого времени мы отказываемся от любых бюджетных грантов со стороны ЕС, — заявил Кобахидзе.

Премьер подчеркнул, что Грузия не желает рассматривать интеграцию с ЕС как форму "милостыни", а выделяемые европейскими структурами гранты и кредиты, по его словам, используются "как инструмент давления" на страну. Кобахидзе отметил, что к концу 2028 года страна планирует завершить экономическую подготовку для начала переговоров о вступлении в Евросоюз. По его словам, это обеспечит готовность Грузии к вступлению в ЕС до 2030 года.

Напомним, что 26 октября 2024 года в Грузии прошли парламентские выборы, которые сопровождались многочисленными нарушениями, такими как массовые вбросы бюллетеней, выдача нескольких бюллетеней одному избирателю и случаи насилия. По официальным данным, правящая партия "Грузинская мечта" набрала более 54% голосов. Однако президент Грузии Саломе Зурабишвили и оппозиция не признали результаты выборов, заявив о масштабных фальсификациях. В Тбилиси начались массовые протесты. Четыре оппозиционные партии, преодолевшие 5%-ный барьер, отказались входить в парламент.

В свете заявлений грузинского правительства и событий вокруг выборов, Швеция приостановила прямое сотрудничество с властями Грузии. Министр внешней торговли и международного сотрудничества Бенжамин Дуза отметил, что это решение связано с ухудшением демократических процессов в стране и принятием закона об "иноагентах". Дуза подчеркнул, что приостановка сотрудничества, включая взаимодействие налоговых служб, была запланирована еще до выборов, но текущая политическая ситуация лишь укрепила позицию шведского правительства.