Последняя опера Василия Слипака

Этот безумно талантливый певец взял в руки оружие и отправился воевать в Донбасс. Но сложил там голову. Потрет украинского героя.

Пять часов утра. Над полями в Донбассе забрезжили лучи встающего солнца. 41-летний Василий Слипак завершает дежурство и направляется в свою траншею. Внезапно раздаются взрывы. Он хватает пулемет и ползет вперед. Выстрелы учащаются. Он занимает выбранный пост. И поливает огнем позиции противника. Час спустя он падает, получив две пули калибра 12,7 мм. Одна задела бедренную артерию, а вторая попала в живот, пробив бронежилет. Кто-то бросается к нему, чтобы помочь, но тоже падает под пулями. Наконец, до него добирается батальонный врач. Сначала он не замечает рану в животе и пытается обработать ногу. Василий теряет сознание, не произнеся ни слова. И умирает несколько минут спустя, прямо посреди боя. Все это произошло 29 июня на линии фронта на востоке Украины в полусотне километров от Донецка. Российско-украинская война унесла жизни 9 500 человек. В тот день ее жертвой стал и певец Парижской оперы. Владеющий семью языками украинский артист приехал во Францию, когда ему было еще 22 года. А затем решил бросить все это, чтобы присоединиться к другим добровольцам на родине. «Это мой выбор», — сказал он перед камерой за неделю до гибели в траншее с сигаретой в руке. «Мне хотелось порвать его паспорт» «Когда я узнал о его планах, мне захотелось порвать его паспорт», — рассказывает оперный певец Гийом Дюссо, вместе с которым они исполняли главные произведения. Самые запоминающиеся черты Василия — это его голос… и огромный рост в 1,94 метра. «Исключительный диапазон», — отмечает оперный режиссер Ален Мартен. «Лучший из ста моих певцов», — добавляет Жан-Поль Морель, директор ресторанов Bel Canto, где выступают мастера лирического искусства. В каких постановках он участвовал? «Фауст» Гуно, «Волшебная флейта» Моцарта, «Аида» Верди, «Сказки Гофмана» Оффенбаха, «Кармен» Бизе… Центральное положение на сцене. Хард-рок Жизненный путь Василия Слипака начался в его родном Львове на западе Украины. Мать увидела в нем задатки и отправила его в национальный мужской хор «Дударик». Подросток полностью посвятил себя пению. Пусть даже для этого пришлось отодвинуть в сторону учебу. «Его голос был так хорош, что его думали отправить в Лондон», — рассказывает его бывшая учительница Стефания Павлишина. В конечном итоге его приняли в Париже. Благодарить за это нужно старшего брата Ореста, врача по образованию. В середине 1990-х годов он отправился на конгресс кардиологов во Францию. Он захватил с собой кассету с записями Василия и дал ее послушать одному из своих парижских собеседников. Им оказался организатор фестиваля в Клермон-Ферране, который сразу же отправил Василию приглашение. Это положило начало его широкому признанию. Певец собрал множество наград и в скором времени был принят в Парижскую оперу.

Сначала он пел в хоре, но там ему быстро наскучило. Он мерился силами с партнерами по сцене и обескураживал их мощью своего голоса. Затем он потребовал себе сольные роли. Ему предложили их, но они показались ему слишком незначительными. А данные обещания не торопились исполнять на практике. Он посчитал, что с ним обращаются неподобающим образом и ушел, громко хлопнув дверью, в 2002 году. «Гибкость не относится к числу его сильных сторон», — признают в руководстве оперы. Он ушел со сцены и даже думал забросить ее навсегда. Он общался с бывшими румынскими легионерами и подрабатывал в разных местах. Вышибалой в ночных клубах на Елисейских полях, продавцом мебели в Natuzzi, менеджером в салоне сотовой связи… Он даже работал в группах, задачей которых было зачистить дома от тех, кто самовольно вселился в квартиры. Наконец, он попробовал себя в хард-роке и выступал в готическом образе вместе с парой других украинцев. То было тяжелое время. «Как-то в ночь на Рождество мы спали втроем под елкой на шести квадратных метрах», — рассказывает его молдавская подруга Ирина. «Твой голос — дар божий» Три года спустя украинский художник вернул ему надежду. «Твой голос — дар божий», — сказал он. Василий вернулся к работе. Он вновь занялся пением, чтобы выправить голос. Причем особенно напрягаться ему не пришлось. И контракты снова пошли. «Его способности позволяли ему ограничиться минимумом, — рассказывает певица Перрин Мадеф. — Перед нашими выступлениями я говорила ему: «Мне нужно распеться». А он отвечал: «Пойду покурю». Тогда он выкуривал по две пачки в день и утверждал, что если бросает, у него портится голос. «Он был неуязвим, — вспоминает певец Гийом Дюссо. — Как-то мы пили до 3 часов ночи, а ему на следующий день нужно было выступать в «Реквиеме» Форе. Причем, как выяснилось, он тогда еще даже не открывал партитуру». Василий любил друзей и праздники. Он до блеска вычищал тарелки с македонским салатом и шоколадными тортами в ресторанах. Всегда был душой компании. «Когда я узнавал, что он не придет, то отменял все приглашения», — шутит его друг Евгений Гальперин. На вечеринках он, бывало, переодевался в девушку с косой. Как-то на Новый год он повел друзей в лес Фонтенбло и шел во главе процессии в черном плаще, распевая «Тореадора» из «Кармен». Однажды утром после ночных возлияний он проснулся в квартире на бульваре Сен-Жермен. Он налил себе кофе и вышел в халате на балкон. А затем внезапно начал во весь голос петь «Набукко» Верди. Прохожие замерли, офисные служащие прильнули к окнам… Скоро на него были обращены взгляды сотни людей. Тогда он завершил ноту и… распахнул халат. Он будоражил свадьбы и пел «Калинку», бросая на пол стакан. Влюбленности Василий с его пышной шевелюрой и усиками в стиле д’Артаньяна привлекал к себе взгляды. Особенно женщин, в которых он периодически по уши влюблялся. В конце 1990-х годов он купил факс, чтобы переписываться с одной из них. С течением дня кипа любовных писем росла. Годы спустя он как-то не вылезал из Skype с другой подружкой. «Он был на связи два месяца без перерыва, — рассказывает Евгений. — Он приходил ужинать с компьютером, и мы здоровались с его подругой». Василий отдавал себя полностью. Во всем. Даже когда ему дали на пробу электрический пояс. Рекомендованные два часа показались ему чем-то смешным. Он носил его днем и ночью. Пока лицо не стало морщить в гримасах. Поэтому, когда в феврале 2014 года началась украинская революция, он отдался ей душой и телом. «Он всегда был патриотом, — говорит его близкая подруга Анна Жайяр-Шезановская. — При СССР он делал значки с цветами украинского флага и тайно носил их в школе на изнанке пиджака». Во время первой революции на Майдане в 2004 году он даже носил оранжевые плавки и носки, в цветах революции. В Париже он стал голосом украинской общины. «Нам нравилось, когда он приходил на демонстрации, потому что его было слышно без мегафона», — вспоминает антипутинская российская активистка Мария Титова. Василию не сиделось на месте. Он ходил по блошиным рынкам и покупал походную обувь и камуфляжную форму. Кроме того, он собирал молоко, кофе и сыр. «Каждую неделю мы вместе собирали у меня 100-килограмовую посылку для добровольцев», — вспоминает журналистка Алла Лазарева. Он привозил осиротевших из-за войны детей и устраивал для них во Франции летние лагеря. Накануне отъезда на фронт он покупал для них билеты на поезд на вокзале Сен-Лазар. Он давал концерты, чтобы собрать средства для национальной борьбы и отстаивал ее при любых обстоятельствах. После выступления с «Аидой» в Лионе он вышел к публике, завернувшись в украинский флаг. «Все его сбережения были потрачены, а банковский счет показал дно», — говорит Анна Жайяр-Шезановская. «Хочу быть там, где пишется украинская история» Как бы то ни было, Василий закусил удила. «Хочу быть там, где пишется украинская история», — заявил он. Через год после начала революции его план созрел. В один прекрасный день он обявился на репетиции «Фауста» в камуфляже. Кроме того, на голове у него появился чуб в стиле украинских казаков. «Что это еще за одежда?» — удивилась находившаяся тогда на сцене Перрин Мадеф. «Я уезжаю», — ответил он. «Тогда я не приняла это всерьез», — вспоминает она. Он дважды на месяц отправлялся на фронт, в мае и сентябре 2015 года. Причем находился там в рядах ультранационалистической группы «Правый сектор». «Хорошие люди есть везде, а они — самые дисциплинированные», — отвечал он тем, кто выражал недовольство его близостью к экстремистскому движению. Там он получил прозвище «Миф», сокращение от Мефистофеля, одной из его любимых ролей. Он отправлял своим знакомым фото. «Вот сепаратистские танки!» — писал он. Есть и видео с тем, как он поет «Тореадора» товарищам по оружию. По возвращении он был скуп на комментарии. Ему довелось убивать? «Из-за пулемета мне ничего не видно», — отвечал он. Кроме того, он скрывал полученную при разрыве снаряда рану. «Я обнаружил ее, когда он играл в пинг-понг, раздевшись по пояс», — говорит его друг Евгений Гальперин. Однажды он признался, что ему пришлось допрашивать пленного. «Психологически он был очень крепок», — сказал певец. Приближалась его третья и последняя поездка. На этот раз он решил отложить выступления и поехать на больший срок. Друзья его не узнавали. Он ездил в военной форме в парижском метро и ел одни только бутерброды. На дне рождения он даже не стал выпивать. «Выпьем, когда я вернусь… если я вернусь», — заявил он. «Я впервые ощутила, что он с пессимизмом смотрит на перспективы конфликта, — говорит его подруга Флоранс Ба. — По его словам, что-то удастся решить только спустя поколения». «Мне будут завидовать» 16 июня Василий отправился на автовокзал и сел в автобус до Киева. Он прибыл на место два дня спустя и остановился у брата Ореста в центре города. И пробыл там четыре дня. Опять-таки все вновь было не как всегда. Никаких застолий, встреч с друзьями и виски на террасе. Не было и привычных споров с братом. Василий простил Оресту критику его участия в войне. Затем Василий заказал по интернету бронежилет и написал сообщение Евгению, владельцу его парижского дома: «Мне заплатить за жилье или за бронежилет?» «Что я мог ему ответить?» — говорит Евгений. Василий получил свой жилет. И был им очень горд: «Ребята будут мне завидовать». В день отъезда на фронт он разбудил брата в пять утра. «Он был в военной форме, подготовил свою последнюю роль», — рассказывает Орест. На этот раз братья не стали обниматься, а просто пожали руки. «Держись», — сказал Василий. Вернувшись домой, Орест нашел под газетой компьютер брата. До этого тот никогда с ним не расставался. «Когда возвращаешься?» За полтора дня до атаки Орест переписывался с Василием в Facebook. — Там у тебя безопасно? — Все спокойно, закапываемся и укрепляем позиции. — Что сказать родителям? — Что я помогаю добровольцам. — Когда возвращаешься? — В начале августа. На видео он выглядит безмятежным. И перезаряжает автомат, вставляя в рожок пули, одну за другой. Вдали слышится грохот взрывов, а Василий напевает «Месяц на небе»: «Мисяць на нэби, зироньки сияють, Тихо по морю човен плывэ. В човне дивчина писню спивае, А козак Чуе, серденько мре». «Мои товарищи не могли поднять головы» Некоторое время спустя после его гибели российское телевидение показало некоего Дениса Ефременко, который заявил, что убил Василия с расстояния в 500 метров: «Мои товарищи были прижаты пулеметным огнем, не могли поднять головы, я принял решение уничтожить пулемётный расчет». На Украине новость привела людей в ступор. Во Львове на похороны Василия пришли 15 тысяч человек. Власть тоже отдала ему дань памяти. Президент Петр Порошенко посмертно вручил ему орден «За мужество» и пообещал признать роль добровольцев, потери в рядах которых зачастую вообще не учитываются. Как бы то ни было, бои на востоке страны продолжаются. В парижском пригороде Фретт-сюр-Сен Евгений окидывает взглядом первый этаж дома. Там жил Василий. Три комнаты с низкими потолками, в которых певец казался настоящим великаном. Здесь еще висят его костюмы и черный плащ, в котором он изображал смерть. На полке стоят книги Моцарта, а на батарее лежат кинжал и гильзы от снарядов. На зеркале в ванной висит чека от гранаты с крестом, а на холодильнике надпись «Украина превыше всего». Евгений собирает его вещи и раскладывает их по коробкам. Он натыкается на пару походных ботинок 46 размера и огромные часы размером с ладонь. И вздыхает: «У него все было большим, но талант его погубил».

источник: Le Point, Франция, перевод: ИноСМИ

Рекомендуємо прочитати

Священнослужителі Московського Патріархату вирощували наркотики - фото

На території УПЦ Московського патріархату, що знаходиться на Бульварі Лесі Українки у Коломиї правоохоронці виявили посіви нарковмісних рослин, а саме – маку....

Це може бути цікавим

В центре Киева МАФ закрыл доступ к подземному мусорнику

В центре Киева мобильная кофейня заблокировала доступ к новому мусорнику....

загрузка...

Схожі публікації

Дивіться, що пишуть

Под Киевом состоялся показ Bloody Queen by MILANIA

Линия одежды «Bloody Queen by MILANIA» направлена не только на то, что бы порадовать поклонников прекрасными летними платьями, но и для того, что бы ещё раз привлечь внимание ....