«Серая зона»: как работают крымские моряки после аннексии

«Серая зона»: как работают крымские моряки после аннексии

Российская аннексия сделала Крым «серой территорией» для международного морского права. Документы от подконтрольных Кремлю властей порой вызывают сомнения даже в России, а заходы судов в порты полуострова теперь чреваты дальнейшим арестом судна-нарушителя. Как в такой ситуации поступать крымским морякам, для которых доступ к их работе неожиданно усложнился? Об этом говорим с моряком Юрием Ляшенко, первым заместителем председателя Российского профессионального союза моряков Игорем Ковальчуком и юристом, бывшим исполнительным секретарем Украинского независимого морского профсоюза Борисом Бабиным.

Выпускники Керченского морского технического колледжа не могут найти работу – их российские дипломы не признают даже в портах Российской Федерации. Аналитик Центра гражданского просвещения «Альменда» Олег Охредько проблему трудоустройства крымских специалистов связывает с санкциями. Большинство судов выполняют международные рейсы, и наличие на борту человека с дипломом, выданным на попавшей под ограничения территории, нежелательно. Проблемы есть и у моряков с крымской пропиской, которые работают давно, – они не могут получить SWIFT-переводы.

– С нами связи моряк Юрий Ляшенко, ранее живший в Керчи, а теперь проживающий в Черноморске Одесской области. Юрий прошел путь от старшего матроса до капитана и работает уже много лет. Юрий, есть ли у вас трудности с оформлением рабочих документов?

Ляшенко: Проблемы крымских моряков можно разделить на три группы. Первая – условия жизни, вторая – инфраструктура, третья – образование. Сейчас главная проблема – получение заработной платы, потому что ни один крымский банк не осуществляет переводов и транзакций, связанных с иновалютой, кроме российского рубля. И крымские моряки либо открывают счет на территории Украины в украинских банках, либо едут в Краснодар или Новороссийск и открывают счет там. Еще один момент – моряку каждые 5 лет нужно обновлять свои морские документы международного образца. Крымские документы никому на нормальном флоте не нужны. Все мои знакомые приезжают в Одессу или Измаил и получают документы здесь. Несколько моих коллег решили вопрос кардинально и переехали в Турцию, а делать документы приезжают на материковую Украину – украинский пакет документов, к слову, стоит дешевле.

– Могут ли возникнуть проблемы у крымских моряков, делающих выбор в пользу российских документов?

Ляшенко: Крымским морякам надо определяться с регистрацией. Чтобы найти нормальную работу, надо быть либо континентальным украинцем, либо континентальным россиянином. То есть надо выехать на материк и оформиться как человеку, якобы живущему либо в Украине, либо в России. Если ты моряк с крымской регистрацией, вариант один: работать на российском флоте, а он далеко не лучший.

– Есть ли особое отношение к крымским морякам в международных командах?

Ляшенко: Все зависит от компании. Я знаю случаи конфликтов на политической почве в смешанных украино-российских экипажах. Когда в 2014 году прошел псевдореферендум в Крыму, корабль проходил через Керченский пролив, идя из Мариуполя в Италию. Капитан был из Новороссийска. Он вышел на мостик, поднял руку и сказал: «Я первый на получение украинского гражданства». Когда к нам поднялся лоцман и стал с воодушевлением рассказывать про Керченский мост, капитан просто молчал. Потому что сказать нечего. Всякое возможно, и хорошо, если у членов экипажа хватает мудрости обходить проблемную тему и сглаживать острые углы. Но, конечно, конфликты бывают.

– С нами на связи первый заместитель председателя Российского профессионального союза моряков Игорь Ковальчук. Игорь, есть ли у вас члены профсоюза, живущие в Крыму, за период с 2014 по сегодняшний день?

Ковальчук: Да, конечно. К событиям 2014 года можно относиться по-разному. Наша организация профессионально занимается защитой прав моряков. С украинскими моряками работали и до 2014-го, ведь экипажи зачастую смешанные. После 2014 года мы создали представительство в Крыму. В Севастополе действует первичная организация, вероятно, появятся филиалы и в других городах.

– Появились ли после 2014 года проблемы с документами у моряков?

Ковальчук: Особых проблем с оформлением документов я не вижу. Действующие украинские документы можно спокойно поменять без экзаменов, по определенной процедуре. Кроме того, часть моряков предпочитает работать по украинским документам. Однако из-за санкций есть проблемы с денежными переводами. Судовладельцы часто не могут перевести морякам деньги в банки в Крыму, потому что в основном это валюта, идущая понятно через какой банк и робот просто останавливает эти переводы. Санкции, конечно, направлены не против моряков, но они оказываются без вины виноватыми. Приходится открывать счета на материковой Украине или России. Еще надо понимать, что квалифицированные крымские моряки работали, в основном, на иностранных работодателей. Однако частично из-за санкций последние сворачивают свою деятельность в Крыму.

– С точки зрения международного права, Крым – непризнанная территория, куда опасаются заходить порой и правозащитные организации. Нет ли опасений у вас?

Ковальчук: Мы не занимаемся политикой, наша деятельность направлена на помощь морякам и их родным. Мы открыты для всех, в том числе украинских организаций, для совместной работы.

– Возможна ли координация между российскими и украинскими профсоюзами, если смешанный экипаж попадает в затруднительную ситуацию?

Ковальчук: Безусловно. Мы продолжаем сотрудничество, когда оно необходимо.

– С нами на связи юрист, бывший исполнительный секретарь Украинского независимого морского профсоюза Борис Бабин. Борис, как бы вы оценили ситуацию, в которой оказались крымские моряки?

Бабин: Все крупные иностранные компании сейчас очень осторожно относятся к морякам из этого региона. Они не просто не принимают выданные там документы, а еще мониторят место жительства и место рождения. Если это Крым, Одесса или Новороссийск, то очень часто моряка не берут на борт, дабы даже теоретически избежать проблем. Даже если документ валидный. Потому что никому не нужен потенциальный конфликт на борту на политической почве.

– Борис, что делать учащимся профильных заведений, у которых будут проблемы с признанием диплома?

Бабин: Видите ли, у россиян хватило мозгов не просто подчинить себе ВУЗы, а еще их переименовать. С точки зрения международной юрисдикции, их дипломы никому не нужны. В этом году благодаря настойчивости общественности на украинском материке появились квоты не только по переводу студентов – уже можно поступать в ВУЗы по упрощенной процедуре. Например, это Херсонская национальная морская академия – там есть специальная процедура для крымчан.

– А что делать выпускникам с сомнительными дипломами?

Бабин: Получать второй диплом либо сертификаты на материке. Например, в Новороссийске или Ростове. Но это еще 1-2 года и дополнительные средства.

– Возможна ли координация действий российских и украинских профсоюзов для помощи морякам?

Бабин: У нас есть крупный профсоюз моряков, изначально занявший пророссийскую позицию, открывший первичную организацию в Крыму и получивший за это неплохие деньги. Конечно, они будут сотрудничать с россиянами. Деньги не пахнут. Но если профсоюз вынужден заниматься судебным производством, например, против России, работать сложно. Потому что там профсоюз один и, увы, достаточно политизированный. Но надо сказать, что Украина уже 6 лет не может ратифицировать Конвенцию о морском судоходстве, а Россия к ней присоединилась в 2013-м. Это проблема некомпетентности нашего руководства. И это проблема.

источник: ru.krymr.com



загрузка...

Читайте також

Коментарі