Турецкий недопереворот: взгляд из России

Реакция российских интернет-пользователей и кремлевских «троллей» на попытку переворота в Турции

Автор: Ольга Ирисова

Провалившаяся попытка государственного переворота в Турции вызвала широкий общественный резонанс в российских онлайн медиа и социальных сетях, оттеснив на второстепенные позиции обсуждения произошедшего в Ницце теракта. При этом пользователи рунета ожидаемо разделились в своих предпочтениях на два лагеря – почитатели президента Путина оказались более склонны симпатизировать Эрдогану, а критически настроенная общественность, напротив, – участникам неудавшегося переворота. В связи с этим интересно проанализировать доминирующие в этих условных группах месседжи и причины, обусловившие их появление.

Реакция онлайн «большинства»

Под «большинством» условимся понимать часть интернет-пользователей с ярко выраженной прокремлевской позицией, включая и так называемых «троллей». В целом в этой группе доминировали конспирологические рассуждения о том, кто же стоит за попыткой захвата власти. Учитывая создаваемые и раздуваемые прокремлевскими медиа антиамериканские настроения, едва ли кого-то удивит, что популярной стала теория об американских корнях турецких событий.

К этому выводу россиян подталкивали многочисленные публикации с тщательно подобранными цитатами экспертов. Приведем лишь несколько примеров. Газете «Взгляд» о причастности США к попытке переворота сообщил политолог и член Общественной палаты Сергей Марков. Об этом же Федеральному агентству новостей рассказал член Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества Максим Шевченко, а также эксперт Фонда развития институтов гражданского общества «Народная дипломатия» Владимир Киреев. По мнению последнего, операция «была проведена местными военными при активной поддержке американцев, которые оказали оппозиционным силам поддержку различными способами, в частности консультациями и указаниями на то, что в случае удачного переворота турецкие военные получат поддержку и легитимацию со стороны США». Цитируемый РИА Новости президент Академии геополитических проблем Константин Сивков усмотрел в турецких событиях доказательство готовности «США применять технологии гибридных войн не только к своим противникам за пределами блока НАТО, но и в странах альянса». А в «Вечерней Москве» вышло интервью с политологом Уильямом Энгдалем под заголовком «Неуклюжая попытка госпереворота в Анкаре – отчаянная попытка ЦРУ сохранить влияние на Ближнем Востоке», в котором проводится идея о том, что США хотели установить в Турции режим «сродни режиму Порошенко». В этой же парадигме рассуждает и ряд появившихся после событий 2014 года «патриотических» СМИ.

Внедрение идеи «американского следа» происходило и через разветвленную сеть проплаченных комментаторов («троллей»), которым на время пришлось снять с себя привычные маски обличителей украинских «фашистов» и превратиться в тюркологов и знатоков американской политики в регионе. Отличить посты «троллей» от комментариев обычных пользователей, попавших под влияние кремлевской пропаганды, можно по ряду признаков – изначальный пост с минимальными изменениями можно найти и на других сайтах; в одной ветке обсуждений «тролль» не оставляет более 3-5 комментариев; ссылается на малоизвестные «патриотические» новостные ресурсы и т.д.

Беглый анализ постов предполагаемых троллей показывает, что в качестве «доказательной» базы американской вовлеченности в попытку переворота были задействованы в первую очередь те нарративы, которые укладываются в пропагандистскую повестку последних лет. Во-первых, тролли акцентировали внимание на том, что ЦРУ якобы поддерживает Фетхуллаха Гюлена, а большинство турецких «путчистов» получили образование в структурах, связанных с США или НАТО. Тем самым четко транслировался применимый к России месседж о невозможности существования активной внутренней оппозиции, не имеющей внешних «спонсоров» и «заказчиков». Во-вторых, был задействован тезис о желании США «насолить» России. Переворот, якобы, планировался в качестве ответа на примирение Анкары и России. В-третьих, пропагандисты использовали прием обращения к эмоциям читателей, подчеркивая, что в перевороте участвовал сбивший российский Су-24 пилот. Из этого делался вывод, что не только сам переворот организован США, но и наш самолет турецкие военные сбили специально по американскому заказу и без ведома Эрдогана. Цель тут очевидна – демонизация Вашингтона и попытка обеления турецкого президента, репутацию которого те же «тролли» так усердно дискредитировали в период охлаждения турецко-российских отношений (задача вполне логичная, т.к. российско-турецкие отношения сейчас возвращаются в привычное русло) И, наконец, четвертый продвигаемый месседж – «американские СМИ – послушное орудие Белого Дома». Этот тезис работники «фабрик троллей» подкрепляли дезинформацией о том, что Эрдоган никуда сбежать не пытался, а информация о его ночных метаниях – не более чем слух, запущенный американскими СМИ.

Очевидно, что российские пропагандисты используют (и будут использовать) любое крупное внешнеполитическое событие с тем, чтобы в очередной раз «доказать» россиянам два центральных тезиса: 1) США – дестабилизируют обстановку в мире и проводят антироссийскую политику; и 2) За любыми переворотами, революциями, майданами всегда стоят Госдеп, ЦРУ и т.д., и именно они спонсируют и направляют российскую оппозицию.

Реакция активного «меньшинства»

Совершенно иные настроения витали в той среде российских интернет-пользователей, которых условно можно отнести к оппозиции. Общей объединяющей их чертой стал перенос турецких событий на российские реалии.

В зависимости от содержания основного посыла постов в социальных сетях, представителей интернет «меньшинства» условно можно разделить на три группы.

-Значительная часть оппозиционно настроенных пользователей сконцентрировала свое внимание на возможных последствиях турецкого недопереворота для внутренней российской политики. Основным лейтмотивом таких постов стало опасение, что испугавшись повторения щекотливой ситуации, в которой временно оказался Эрдоган, Путин начнет еще сильнее «закручивать гайки». Эти страхи вполне понятны и обусловлены недавно принятыми репрессивными законами, направленными против потенциальных протестующих – «закон Яровой» ужесточает наказание за активное или пассивное участие в акциях протеста, повлекших массовые беспорядки (следует напомнить, что в случае протестов 6 мая 2012 года «беспорядки» были спровоцированы сотрудниками правопорядка), а  Закон «Об основах системы профилактики правонарушений РФ» легитимизирует сбор данных о гражданах РФ, никогда не привлекавшихся к уголовной или административной ответственности, и вводит широко трактуемое понятие «антиобщественного поведения». -Вторая группа отметилась более радикальной позицией и напрямую рассуждала о возможности (или же целесообразности) подобного переворота в России. В твитах Михаила Ходорковского и Евгения Чичваркина, например, вообще при желании можно было увидеть призыв к насильственной смене власти. Что, собственно, и сделали кремлевские пропагандисты, для которых подобные сообщения стали настоящим подарком и поводом в очередной раз дискредитировать российскую оппозицию.На самом же деле подобная  реакция обусловлена в первую очередь тем, что устав от все более репрессивной внутренней российской среды и экономически безграмотной политики Путина, эти люди оказались заложниками психологической «проекции», приписывая турецким военным собственные благие мотивы. Видя, как в России раз за разом уменьшают поле для легальных действий по выходу из сложившегося политического тупика, некоторые представители критиков путинского режима внутренне начинают примирение с идеей насильственной смены власти как потенциально приемлемого способа борьбы. Но чтобы утвердиться в этой мысли большинству нужен свежий успешный пример. Таким примером не может стать Украина т.к. в России нет консолидированного гражданского общества, которое согласилось бы взять на себя ответственность за смену власти. Но на самом деле таким примером не смогла бы стать и Турция даже в случае успеха переворота и последующего возвращения страны к принципам Ататюрка.

- Третья группа обнаружила больший скептицизм как в отношении происходящего в Турции, так и в отношении своих российских коллег, которые в каком-то романтическом запале выразили желание «повторить». Ярким представителем здесь оказался Григорий Явлинский. В своей статье, посвященной недоперевороту, Явлинский делает вывод, который как нельзя лучше характеризует посыл этого сегмента российского общества: «В ночные часы мятежа среди российских граждан нашлось немало тех, кто желал успеха турецким военным. Это показательно: военный переворот для некоторых сторонников демократии в России кажется приемлемым средством борьбы с режимом. Но это грубое и непростительное заблуждение. Демократию не устанавливают танками! Тем более российскими. Призывы «повторить в России турецкий военный переворот», звучавшие в российском сегменте соцсетей в первые часы путча, безответственны и опасны, даже глупы. События в Турции — хороший повод ещё раз напомнить, что демократические преобразования в России возможны только мирным путем, только в результате выборов, какие бы уродливые формы они пока не носили».

Беспочвенность сравнений Турции и России

Действительно, между «гибридными» режимами Путина и Эрдогана немало общего – постепенное движение от умеренности к диктатуре; опора на причудливые околоидеологические концепты (смесь национализма и исламизма в Турции; микс из имперского национализма и православия в России); преследование оппозиции и нелояльных СМИ и т.д. Но в отличие от России, в Турции есть условный прошлый идеал, к которому можно обращаться и жизнеспособность которого стоит отстаивать. Светские, секулярные и демократические заветы Ататюрка до сих пор разделяются здесь многими, и именно возвращением к этим корням можно было бы завоевать поддержку довольно значительной части турецкого общества. В российском прошлом такого идеала, к сожалению, нет. 90-е были временем надежд, но так и не принесшим желаемых результатов, поэтому обращаться к ним для легитимации в глазах сограждан – провальная стратегия.

Нет в России и сложившейся группы людей, которая бы считала себя ответственной за ситуацию в стране. Российские военные – одни из главных бенефициаров путинской внешней политики и вливания быстро истощающихся финансовых ресурсов в оборонку. Их лояльность куплена на годы вперед. Это же касается и других силовых структур и ведомств. Вместе с тем, категории, пострадавшие от перераспределения государственных расходов в пользу военных нужд, – медики и работники сферы образования – не обладают нужным мобилизационным потенциалом и повесткой, способной привлечь сочувствие остальных.

Если же брать все общество в целом, то сегодня оно настолько аморфно, пассивно и разобщено, что рассчитывать на внезапное появление в нем настойчивого запроса на изменения не приходится. Этому обществу целенаправленно годами внушали мысль, что от него ничего не зависит, что власти виднее в каком направлении вести страну, что безопаснее не критиковать и сидеть на попе ровно. Это общество не рефлексирует, не требует  и даже уже не ждет – оно просто приспосабливается, подстраиваясь под того, на чьей стороне сегодня фортуна и сила.

Сейчас эта общественная спячка обеспечивает нынешнему режиму пассивную лояльность, но она же могла бы обернуться и против него – ведь в случае, если попытка переворота произошла бы в России (гипотетически), а не в Турции, то созданное Путиным пассивное большинство предпочло бы повиноваться заученным правилам приспособления и наблюдать за происходящим через экран телевизора. Защищать этот режим – и вставать под танки – массово никто бы не вышел.

В конце хочется отметить, что сценарий насильственной смены власти неосуществим сегодня в России по целому ряду причин. И вместо того, чтобы рассматривать его гипотетическую возможность, тому самому активному «меньшинству» стоит серьезно заняться проработкой своего видения будущего России, которое сможет в итоге стать стратегией изменений. Стратегией, способной привлечь тех, кто сейчас находится под очарованием предлагаемых пропагандой простых ответов и решений.

источник: intersectionproject.eu

Рекомендуємо прочитати

Украинский Vogue провел вторую Fashion & Business конференцию

В этому году конференция значительно расширила свою географию, в программе – девять спикеров из шести стран....

Це може бути цікавим

Сучасне кріпацтво. На Полтавщині агрофірма цинічно порушує права вагітних працівниць

Жінкам пропонують або робити аборт, або звільнятись за власним бажанням....

загрузка...

Схожі публікації

Дивіться, що пишуть