Сумерки над Босфором. Превзойдет ли Эрдоган Путина?

Турецкая республика, какой мы ее знали в последние полвека, окончательно умерла в ночь с 15 на 16 июля 2016 года. Последние 10 лет ее целенаправленно убивал режим исламистской «Партии справедливости и развития» Реджепа Тайипа Эрдогана. Портреты Мустафы Кемаля Ататюрка, ликвидатора Османской империи и халифата, основателя светской Турции, будут продолжать красоваться на стенах госучреждений иконой минувшей эпохи. Для лицемерного Запада, который закроет глаза на многое, лишь бы сохранить видимость сотрудничества с Турцией. Все-таки страна-член НАТО, ключевой (хотя и все более проблемный) участник конфликта внутри и вокруг Сирии.

Но сутью наступившей эпохи станет укрепление личной власти Эрдогана и демонтаж остатков демократии в Турции. Для президента провалившийся мятеж стал поводом моментально развернуть широкомасштабную кампанию арестов оппонентов исламистского режима, быстро вылившуюся в сведение личных счетов. Было ли армейское выступление действительно настолько плохо организованным или же его лидеров с самого начала «вели» и провоцировали спецслужбы, на самом деле, не настолько важно. Важно, что турецкий режим ведет дело к строительству режима фасадной демократии, похожего на существующий в России. В нем формально присутствуют все элементы демократического государственного устройства – парламент, суды, масс-медиа – но все они парализованы политическими назначениями на ключевые посты лояльных Эрдогану функционеров, фальсификациями выборов, всевластием спецслужб и, разумеется, безлимитным доступом к государственной кормушке для «своих», включая лояльный бизнес. Турецкий вариант «фасадной демократии» может оказаться похожим на венесуэльский – то есть давать существовать более или менее дееспособной оппозиции и свободным СМИ. Но скорее всего, он все же будет существенно хуже, чем в Венесуэле Чавеса-Мадуро. И даже чем в путинской России.

Во-первых, любой российский президент располагает вторым в мире ядерным арсеналом и наследует почти семидесятилетней традиции ядерной сверхдержавы. Это порождает определенный тип ответственности за страну и мир, который всегда выступает в качестве своего рода аварийного тормоза во внешней и отчасти внутренней политике. Эрдогану такая ответственность неведома.

Реджеп Эрдоган обращается к своим сторонником на фоне портрета Ататюрка. Фото AP/Scanpix

Во-вторых, грядущий турецкий режим будет стремиться к тотальной исламизации всех сторон жизни. Преследования оппонентов будут носить намного более жесткий характер, чем в Венесуэле или России. Политический ислам не терпит полутонов, принцип «Кто не с нами – тот против нас!» для него главный. Заранее отвечу на вопли дежурящих в блогах либерал-атеистов: даже не сравнивайте придуманную вами «клерикализацию России» с тем, что ждет Турцию в ближайшие годы. Так называемое «доминирование РПЦ» в российском общественном пространстве – ничто иное как попытка крайне слабой церкви с небольшим числом активных верующих прибиться к довольно слабому авторитарному режиму для совместного поиска легитимности и опоры в тотально атеистическом, аморфном, пассивном, а от того потенциально нестабильном обществе.

В Турции же – и это в-третьих – мы имеем дело не с метафорическим «Уралвагонзаводом» и бесправными среднеазиатскими дворниками, которых свозят на митинг за пятьсот рублей и отгул, а с миллионами преданных сторонников религиозного авторитаризма. Они готовы вставать грудью на пути танков, скандируя «Аллаху акбар!» Не светские либералы, левые, курды, а сторонники правящего исламистского режима стали главной действующей силой минувших дней. Именно онинанесли поражение организаторам переворота. Именно они сегодня отмечают победусудами Линча над сдающимися в плен мятежниками.

Впрочем, у российской правящей верхушки есть с турецкой нечто общее: и в Анкаре, и в Москве верят в теории заговора и за всем видят «руку Вашингтона». Министры Эрдогана уже обвиняют американцев в организации переворота. Их шеф пока ограничивается требованием выдачи бывшего союзника, а ныне заклятого врага, проживающего в Филадельфии мусульманского общественного деятеля и проповедника Фетхуллы Гюлена.  США Гюлена на неминуемую расправу не выдадут. Это теперь станет поводом для беспрерывной антиамериканской кампании эрдогановского режима в подконтрольных ему СМИ. Кстати, других там скоро останется мало. Президент Турции известен своей ненавистью к журналистам, которых он и до переворота охотно сажал в тюрьму. Коллег теперь ждут еще более опасные времена. Уже блокировавший Твиттер, Эрдоган с удвоенной силой возьмется за социальные сети и приложения-мессенджеры, под предлогом, что их использовали заговорщики. Ирония истории в том, что, по меткому наблюдению российского блогера Олега Козырева, режим Эрдогана спасло то, чего он больше всего боялся – соцсети и народные выступления.

Последствиями провалившегося мятежа станут не только репрессии внутри Турции и ухудшение отношений Анкары с Вашингтоном и союзниками по НАТО, но и укрепление связей с Москвой. Для Кремля имеет критическое значение беспрепятственное использование Босфора и Дарданелл для снабжения группировки в Сирии и помощи режиму Башара Асада. При Эрдогане, даже в период конфликта из-за сбитого российского военного самолета, проблем с использованием проливов не возникало. При прозападном военном правительстве, тесно связанном с союзниками по НАТО, они вполне могли бы появиться. Так что, уверен, диалог Анкары и Москвы пойдет более энергично. Всегда сближавший Эрдогана и Путина антиамериканизм поможет укрепить взаимопонимание.

Сторонники Эрдогана поздравляют друг друга с победой, 16 июля 2016 года. Фото AFP/Scanpix

Кремль обязательно воспользуется турецким кризисом в своих целях. Во-первых, государственная пропаганда начнет сейчас раскручивать тему очередного «вашингтонского заговора» против «неугодного режима». Тема же заговорщиков, использовавших современнее средства коммуникации станет поводом для нового законодательства о ещё более жестком контроле над интернетом.

На вопрос «Кто виноват?» лично у меня есть ответ: главную ответственность за турецкую политическую катастрофу несет Европейский союз. Именно его руководство с конца девяностых требовало от турецких политиков покончить с особой ролью военных, как гарантов светскости государства в качестве предварительного условия для переговоров о вступлении в ЕС. Турецкий политический класс сопротивлялся этому требованию демонтажа ключевого элемента наследия Ататюрка. Эрдоган с радостью выполнил его, под ободрительные возгласы из Брюсселя. Он уволил и посадил старших офицеров и генералов, которым не нравилась его политика укрепления личной власти и ползучей исламизации. В европейских столицах надеялись на мифическую «исламскую демократию» в Турции и потому смотрели сквозь пальцы на политизированные судебные процессы с крайне сомнительными доказательствами «заговора военных против демократии». В большинстве своем не служившие в армии, пустившие под нож собственные военные бюджеты, вечно подозрительно относящиеся даже к своим людям в погонах, европейские чиновники и депутаты помогли Эрдогану ликвидировать единственную силу, которая была способна эффективно ему противостоять.

Впрочем, обещание членства в ЕС, даже если кто-то и собирался его выполнять, оказалось фикцией – на него попросту наложила вето Германия. Эрдогана это даже обрадовало: проевропейские светские силы в Турции оказались этим надолго скомпрометированы и ослаблены. Лидерам Европейского союза некого винить, кроме самих себя, за появление на восточных границах союза исламистского авторитарного режима, имеющего под ружьём одну из самых многочисленных и боеспособных армий в мире.

Что будет дальше? Хуже всего дела будут обстоять для не приемлющих режим исламистов турок. Их буду сажать, выгонять с работы, выталкивать из страны. Лояльные полиция и спецслужбы получат еще больше полномочий. Разумеется, Турция не станет второй Саудовской Аравией, но и институты республики будут разрушаться и дальше. Новый авторитаризм стал реальностью. НАТО ждут непростые отношения с капризным и неверным союзником, который будет стремиться разыгрывать российскую и сирийскую карты против альянса, ставить палки в колеса коалиции против запрещенного в России ИГИЛ. Люди Эрдогана еще до попытки переворота заговорили о «нормализации» отношений с Дамаском. Уверен, этот процесс будет очень скоро запущен.

Сегодняшний триумф Эрдогана может казаться долгим. Его оппоненты дезорганизованы и деморализованы. Турцию ждут долгие сумерки. Никому от этого не станет лучше.

источник: spektr.press

Рекомендуємо прочитати

Помер колишній диктатор Панами Мануель Нор'єга

Колишній військовий диктатор Панами Мануель Нор'єга помер у місті Панама у віці 83 років....

Це може бути цікавим

У Києві хочуть підняти вартість парковки

Ініціатори проекту "Чесна парковка" пропонують підвищити ціну за парковку автомобіля....

загрузка...

Схожі публікації

Дивіться, що пишуть

На території столичних дитсадків та шкіл заборонять вигулювати собак

На території столичних дитячих садків та шкіл, а також медичних закладів заборонили вигулювати домашніх улюбленців....