Насколько опасна российская армия?

И как долго она будет иметь возможность модернизироваться?

Когда российское Министерство финансов недавно призналось, что при нынешних темпах расходования резервного фонда для покрытия бюджетного дефицита деньги в нем могут полностью закончиться к 2017 году, зарубежные обозреватели немедленно ухватились за эту новость. Она быстро стала очередным залпом в дебатах о том, сможет ли Москва и дальше проводить программу модернизации вооруженных сил и продолжать интервенцию на Украине и в Сирии. Она также стала последним примером той проблемы, которую обнаружил Майкл Кофман (Michael Kofman) в американском анализе России за последние два года. Речь идет о склонности американцев «метаться между недооценкой российских вооруженных сил и их переоценкой».

Почему же так трудно составить точную картину возможностей и намерений российской армии? Известно, что Кремль не отличается открытостью в вопросах обороны и национальной безопасности, а предпочитает держать Вашингтон и Североатлантический альянс в неведении и напряжении. Вместе с тем,  возникает такое впечатление, что при оценках России аналитики и обозреватели руководствуются следующим правилом: «Скажи мне, какая угроза со стороны России тебе нужна, и я ее обеспечу». Хотите, чтобы ВМС США наращивали свои силы и средства в восточном Средиземноморье для противодействия крепнущему боевому потенциалу России в Черном море? Тогда зловеще подчеркивайте, что Россия, захватив Крым, демонстрирует свою мощь, а вместе с ней и свою способность господствовать в этом регионе. Предпочитаете, чтобы США направили силы флота на другие театры военных действий? Тогда говорите о том, что новая российская техника и военные объекты в Крыму уязвимы для ударов авиации наземного базирования, и что эти силы и средства легко можно заблокировать и уничтожить.

Возникает такое ощущение, что по целому ряду вопросов эти дебаты призваны либо доказать необходимость увеличения военных расходов США у себя дома и развертывания дополнительных сил и средств в Европе, либо показать, что российские вооруженные силы — это химера, и что необходимо прежними темпами продолжать разворот в сторону Азиатско-Тихоокеанского региона. Соответственно, одни говорят, что российская военная техника — это просто модернизированные и отремонтированные образцы конца советской эпохи, а другие — что в стране налажено стабильное производство оружия пятого поколения. Одни утверждают, что Россия не в состоянии поддерживать западные темпы ведения авиационной кампании в Сирии, так как может потерять свои самолеты, или они выйдут из строя из-за поломок, а другие — что новые реформы, приведшие к созданию целого ряда высококачественных частей и подразделений, стали внутренним убеждением российского военного истэблишмента.

Сообщения и оценки, основанные на тех данных, которые удалось собрать, и не дающие заранее определенный ответ о том «вернулась» Россия, или она продолжает приходить в упадок, создают весьма путаную картину. Военные реформы и модернизация в России продолжаются последние два года, несмотря на резкое падение цен на энергоресурсы (что привело к снижению доходов), западные санкции (которые лишили страну доступа к современным технологиям) и уход украинского военно-промышленного комплекса с российского рынка. Владимир Путин демонстрирует готовность максимально сохранять оборонные расходы от сокращения, на котором настаивает Министерство финансов, а также надеется, что демонстрация новых воздушных, наземных и морских систем вооружений в Сирии будет способствовать росту их продаж на мировом рынке. Это помогает избегать полного отказа от программы модернизации. Если мы представим себе данный вопрос в виде череды уравнений, то это добавит ясности. Итак, при абсолютном сравнении американских и российских вооруженных сил становится предельно ясно, что российская армия по своим боевым возможностям и технике намного отстает от американской. Однако то, что имеется на вооружении у русских, — это гораздо больше, чем в любом другом постсоветском государстве. Эти силы и средства могут бросить вызов даже европейским армиям, если те будут противостоять России в одиночку без американской поддержки. Более старые модели танков советского образца во многом уступают новейшим боевым машинам США, но даже Т-72Б3 и Т-80У сделают свое дело, когда у противника танков меньше или вообще нет. Бомбардировщики Ту-95 можно назвать реликтом холодной войны, однако они прекрасно ведут себя в ходе беспокоящих действий вблизи воздушного пространства НАТО и во время бомбардировок целей, не имеющих противовоздушного прикрытия.

Батарея самоходных артиллерийских установок 2С5 «Гиацинт» во время стрельбы на комплексной тренировке

Россия — также одна из немногих стран, обладающих настоящими экспедиционными возможностями. Опять же, в сравнении с США, которые могут быстро перебросить сотни тысяч военнослужащих на любой театр в любой точке земного шара, а затем держать их там длительное время, у России таких возможностей меньше, и они зачастую носят бессистемный и импровизированный характер (например, она использовала старые турецкие грузовые суда под своим флагом для обеспечения экспедиционных сил в Сирии). Россия может отправить скромное оперативное соединение ВМФ в ту или иную удаленную точку мира, и у нее есть десятки хорошо обученных и оснащенных частей и подразделений, способных действовать смертоносно, быстро и эффективно. Это лишь малая доля того, что имеет в своем распоряжении Пентагон; но по сравнению с другими странами, чьи экспедиционные возможности с опорой на собственные ресурсы (и без поддержки США) невелики, Россия находится в более сильном положении.

Если Россия уже завтра остановит свою программу модернизации, но сумеет сохранить достигнутое, у нее будут вооруженные силы, способные осуществлять несколько интервенций небольшого масштаба, а также обеспечивать воспрещение доступа/блокирование зоны на Балтике, в Черном море и в Арктике, из-за чего свобода действий западных стран там будет серьезно ограничена, а для ее обеспечения они будут вынуждены пойти на большие издержки. Если предположить, что цены на энергоресурсы не вырастут, а решающий перевес в Сирии и на Украине не будет достигнут (из-за чего Россия прекратит свои действия, а западные санкции будут сняты), то Кремлю скоро придется решать, тратить и дальше свои ресурсы на продолжение этих операций или приберечь их для закупок и модернизации. Если возникнут непредвиденные обстоятельства где-то еще, скажем кризис в Центральной Азии в связи со сменой власти, российские силы и средства подвергнутся чрезмерной нагрузке. Но в данный момент Россия не приняла решение о том, что ей делать: прекращать зарубежные операции или отказываться от дальнейшей модернизации вооруженных сил. Николас Гвоздев — пишущий редактор National Interest.  Назначен  заведующим кафедрой экономической географии и национальной безопасности Военно-морского колледжа США. Он также внештатный старший научный сотрудник евразийской программы Института внешнеполитических исследований (Foreign Policy Research Institute). Изложенные в статье взгляды принадлежат автору, и могут не отражать точку зрения редакции.

источник: The National Interest, США,  перевод: ИноСМИ

Рекомендуємо прочитати

СБУ спіймала чотирьох антиукраїнських пропагандистів

Чотирьох антиукраїнських пропагандистів викрила Служба безпеки України у різних регіонах держави....

Це може бути цікавим

Столичне метро порадує киян нововведенням

До кінця року поповнювати баланс своїх проїзних для проїзду в метро можна буде онлайн і за допомогою вуличних платіжних терміналів....

загрузка...

Схожі публікації

Дивіться, що пишуть

Под Киевом состоялся показ Bloody Queen by MILANIA

Линия одежды «Bloody Queen by MILANIA» направлена не только на то, что бы порадовать поклонников прекрасными летними платьями, но и для того, что бы ещё раз привлечь внимание ....