Иллюзия российской военной мощи

После назначения Владимиром Путиным в ноябре 2012 году Сергея Шойгу на пост министра обороны в официальных сообщениях, исходящих от представителей высшего генералитета и высокопоставленных чиновников оборонного ведомства, российская армия представляется как передовая, реформированная и проходящая модернизацию. Шойгу объявил об отказе от некоторых элементов реформы, предложенных его предшественником на посту министра обороны Анатолием Сердюковым (2007-2012). Однако попытки представить российскую армию как новый всесильный инструмент Кремля является гиперболой. Многочисленные слабости в области оборонного планирования, неудачные попытки реформирования, а также системные вызовы, с которыми сталкивается местная оборонная промышленность, оказались почти незаметными на фоне блестящих сообщений аппарата по связи с общественностью, и кроме того, они были замаскированы в результате проведенной операции в Крыму и действий российских военно-воздушных сил в Сирии (РИА Новости, 20 мая). 20 мая Министерство обороны официально сообщило о комментариях Шойгу, сделанных им на очередном заседании Коллегии военного ведомства. В соответствии с подготовленной повесткой, руководящие сотрудники вооруженных сил, представители органов государственной власти и общественных организаций обсуждали план действий на период с 2013 года по 2016 год, а также определили главные задачи для военных на период до 2020 года. Кроме того, Шойгу представил обзор ситуации в Сирии,  а также российский действий по поддержке сирийских правительственных сил (Mil.ru, Интерфакс, 20 мая).

По мнению Шойгу, с 2013 года российские вооруженные силы добились значительных успехов, в первую очередь речь идет о создании воздушно-космические сил, а также командования Северного флота. Он привел довольно странную статистику — по его словам, «боевой потенциал» вооруженных сил увеличился на «32%», но при этом он не объяснил аудитории, что это не то же самое, что «боевые возможности» или «боеготовность». Общие достижения вооруженных сил с 2013 года способствовали успешному выполнению Россией стратегических задач в Арктике, на Крымском полуострове, в Средиземном море, дальних морских зонах и мировом воздушном пространстве. Он утверждал, что модернизация вооружений и оборудования вооруженных сил проходит по плану и что сегодня доля современных и новых образцов выросла до 47%. Он также отметил увеличение интенсивности боевой подготовки и количества стратегических учений, тогда как, по его словам, обеспеченность современными средствами подготовки возросла в «2,5 раза». В дополнение к приведенным блестящим статистическим данным Шойгу сказал, что боевая подготовка вновь нуждается в изменении, и на этот раз следует принять во внимание «скоротечный» характер современных конфликтов, а также уроки операции в Сирии; он не упомянул о том, что по этой «скоротечной» схеме российские войска вот уже более двух лет участвуют в событиях в юго-восточной Украине и что пока завершение операции в Сирии не просматривается. «Современные военные конфликты носят скоротечный характер, решения на создание и подготовку различных группировок войск принимаются в ограниченные сроки. С учетом этих особенности и опыта, полученного в Сирии, в вооруженных силах внедряются  новые формы и способы боевой подготовки», — подчеркнул Шойгу (Mil.ru, ТАСС, 20 мая).

Несомненно, российские вооруженные силы добиваются успехов и развиваются благодаря возросшему уровню государственных инвестиций в программу модернизации. Шойгу постоянно повторяет это послание во время общественных мероприятий. Российские аналитики и комментаторы менее склонны концентрировать свое внимание на многочисленных слабостях и вызовах, с которым сталкиваются военные и их система в целом;  а послания высшего военного руководства, доходящие до российских средств массовой информации, часто просто автоматически воспроизводятся в западной прессе. Результаты подобного подхода уже можно считать опасными, и при этом действующие американские генералы призывают увеличить расходы на оборону или планируют ответить на «российскую угрозу» без проведения соответствующего стратегического планирования. Один генерал в отставке Организации Североатлантического договора (НАТО) даже предположил, что Альянс и Россия начнут войну друг с другом в 2017 году. Почти повсеместно «российская угроза» демонстрируется на фоне имиджа Москвы, которая командует самыми современными вооруженными силами, оснащенными такими образцами техники и обладающей такими подходами к ведению боевых действий, которые делают соединенные Штаты и НАТО уязвимыми (RT, 18 мая; см. также  Eurasia Daily Monitor (EDM), 28 июля 2015 года; 5 апреля 2016 года; 19 мая 2016 года). Тенденция относительно распространения мифа Шойгу по поводу возможностей российских военных, а также в отношении масштабов вызова, который представляет собой возрождающаяся Россия, широко представлена в основанных на сделанных с привлечением самых современных технологий оценках ведения российской армией радиоэлектронной борьбы (РЭБ), и то же самое можно сказать о недавно принятой концепции управления, контроля, связи, компьютерных систем, сбора информации наблюдения и разведки (command, control, communications, computers, intelligence, surveillance and reconnaissance C4ISR). По мнению этих интерпретаторов, возможности Москвы в области радиоэлектронной борьбы позволяют говорить о наличии у России «супероружия», а некоторые аналитики считают, что НАТО должна переучить своих военнослужащих для того, чтобы они могли противостоять российским вооруженным силам, не рассчитывая на технологическое превосходство. Хотя Россия, несомненно, продемонстрировала прогресс в области модернизации своих систем ведения радиоэлектронной борьбы в сравнении с периодом недофинансирования в 1990-х годах, она, тем не менее, не обладает «супероружием». И, как показал прокол  «воздушного пузыря» в Сирии, силы НАТО не подвергаются опасности столкнуться с ситуацией, когда им будет технологическим способом закрыт доступ на поле боя (EDM, 11 апреля: Военно-промышленный курьер, 30 сентября 2015; 7 октября 2015). Те вызовы, с которыми сталкивается Министерство обороны под руководством Шойгу, являются реальными и неотложными, однако большинство из них следует считать результатом нежелания заниматься основными и глубоко укоренившимися проблемами внутри военной системы. Решение проблемы дефицита жилья для офицеров и предложение жилищных условий более высокого уровня — это одна из такого рода областей, и, кроме того, руководством делаются обещания относительно ипотеки, которой в долгосрочной перспективе смогут воспользоваться военнослужащие. Тем не менее, ежегодный прирост количества желающих принять участие в накопительной ипотечной программе составляет 20 тысяч человек (Независимое военное обозрение, 20 мая). Фундаментальной нерешенной проблемой остается нереформированная, в основном, внутренняя оборонная промышленность, в которой, по данным одного исследования, пока увеличилось лишь количество бухгалтеров, работающих в различных компаниях. Мало прогресса отмечается в области прозрачности ценообразования, а также в том, что касается попыток, направленных на общее снижение цен. И пока нет никаких свидетельств в поддержку идеи относительно того, что «рыночная экономика» проникает в оборонную промышленность, которая все еще сильно зависит от государства как спасательного круга и источника коррумпированных связей (Военно-промышленный курьер, 17 мая). Более того, специалисты оборонной промышленности продолжают идентифицировать сейсмическую слабость внутри системы, особенно в том, что касается попыток интегрировать научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы с работой, направленной на продление жизненного цикла различных вооружений и аппаратных комплексов. Интеграция становится проблемой при попытке скоординировать работу специалистов, инженеров и исследователей оборонной промышленности с деятельностью сотрудников Министерства обороны (Независимое военное обозрение, 20 мая). После замены Сердюкова в 2012 году постоянно предпринимаются попытки установить контроль за движением наличных средств в оборонной промышленности, а также минимизировать потери государственных средств по причине коррупции. Хотя определенный прогресс в области модернизации, несомненно, уже достигнут, существуют еще задержки в принятии на вооружение новых систем (Военно-промышленный курьер, 17 мая). Для стиля управления Шойгу Министерством обороны характерными являются более искусные пиар-кампании, а также восхваление достижений в области модернизации вооруженных сил. Однако российские вооруженные силы полностью не реформированы и не модернизированы, и они весьма далеки от того, чтобы представлять собой ту самую «угрозу», о которой говорят в некоторых кругах.  Западным правительствам следует воздерживаться от излишней реакции на успехи России в военной области и трезво оценивать этот процесс. Эта статья первоначально была опубликована на сайте Jamestown Foundations’ Eurasia Monitor.

источник: The National Interest, США, перевод: ИноСМИ

Рекомендуємо прочитати

Ученые выяснили, почему чили-перец заставляет людей худеть

Открытые два года назад "жиросжигающие" свойства перца чили оказались связаны с тем, как содержащиеся в нем вещества влияют на поведение бактерий в микрофлоре кишечника и источники воспалений в организме человека, говорится в статье, опубликованной в журнале mBio....

Це може бути цікавим

5 причин, чому зменшувати «трудові» штрафи – погано

Роботодавців чекає амністія....

загрузка...

Схожі публікації

Дивіться, що пишуть

Поліцейських будуть судити за жорстоке побиття перехожого

Прокуратурою міста Києва завершено досудове розслідування та скеровано до суду обвинувальний акт стосовно двох працівників поліції за фактом спричинення тілесних ушкоджень громадянину, який намагався зафіксувати на мобільний телефон незаконні, на його думку, дії правоохоронців....