Россия и Приднестровье: отдать нельзя поддерживать

Россия и Приднестровье: отдать нельзя поддерживать

Социально-экономическая ситуация в Приднестровье остро ставит вопрос о будущем этого региона 

Приднестровье – одна из главных геополитических инвестиций России на постсоветском пространстве. Но в отличие от Южной Осетии или Абхазии этот регион находится в непосредственной близости от границы с Евросоюзом, под прямым влиянием турбулентных процессов, происходящих в соседних странах – Украине и Молдове. Приднестровье не имеет общей границы с Россией, его сообщение с внешним миром (в отсутствие международного аэропорта или выхода к морю) возможно только через территорию Украины и Молдовы. Кроме этого, приднестровская экономика является экспортоориентированной (основу экономики составляют такие гиганты как Молдавский металлургический завод и Молдавская ГРЭС, продукция которых идет на экспорт). Вследствие незавершенности рыночных реформ аграрное хозяйство в Приднестровье, обладающем плодородными черноземными почвами, находится в упадке, в результате чего обеспечение продовольственной безопасности во многом зависит от импорта – прежде всего из Украины.

На фоне социально-экономической рецессии и политической нестабильности в соседних государствах (в том числе отрицательного экономического роста в России) правительство Приднестровья столкнулось с проблемой остановки крупных производств (в частности, в апреле 2015 года сообщалось об остановке крупнейшей текстильной фабрики «Тиротекс») и падения налоговых поступлений в бюджеты всех уровней. С середины 2000-х годов модель покрытия огромного бюджетного дефицита основывалась на продаже российского газа, который приднестровские власти получали фактически бесплатно, но продавали внутренним потребителям по ценам, все более приближавшимся к рыночным. Так, отпускные цены для основных производителей промышленной продукции составляют в 2016 году не менее 150 долларов США за 1 тыс. куб. м. Доходы от продажи газа аккумулировались на так называемом газовом счете, с которого потом финансировались среди прочего социальные выплаты (пенсии и зарплаты бюджетников). В условиях снижения ВВП (в 2015 году – на 20% по сравнению с предыдущим годом) и промышленного производства (в тот же период почти на 8%) пополнение газового счета начало пробуксовывать, в результате чего в регионе начались задержки с выплатой зарплат и пенсий, недофинансирование расходов на госаппарат и оборону. Власти региона вынуждены брать коммерческие кредиты для покрытия хотя бы части дефицита.

Кроме этого, перечисляемая Россией на постоянной основе финансовая поддержка Приднестровью (идущая в основном на доплаты пенсионерам) в связи с падением курса рубля значительно снизилась в долларовом эквиваленте (с 15 до 9 долларов США на одного пенсионера), т.к. власти непризнанной республики удерживают высокий курс приднестровского рубля к доллару как основной расчетной валюте. В связи со сложившимися обстоятельствами приднестровскиевласти обратились к Москве за дополнительной финансовой помощью, но в итоге получили отказ.

Кроме этого, от введенных в 2014 году повышенных таможенных пошлин на молдавские товары пострадали и приднестровские экспортеры агропромышленной продукции. Вкупе с другими факторами это привело к падению доли России в приднестровском экспорте с 23% (по итогам 2011 года) до нынешних 8%.

Также снижается поддержка Приднестровья на уровне российских экономических агентов. В январе 2015 года холдинг Алишера Усманова «Металлоинвест» передал свой контрольный пакет акций «Молдавского металлургического завода», которым он владел с 2004 года, приднестровским властям, ссылаясь на негативную конъюнктуру на рынке металлопроката.

Для Москвы, испытывающей все большие бюджетные и экономические трудности, становится все сложнее сохранять Приднестровье «на плаву». Знаковым событием стало то, что Москва фактически смирилась с вхождением Приднестровья в Зону свободной торговли Молдовы с ЕС с начала 2016 года (хотя пока непонятно, на каких условиях и будет ли оно вообще реализовано). Отметим, что по итогам 2015 года доля ЕС в экспорте Приднестровья составила около 33%, а Молдовы – около 50%. В связи с этим среди экспертов снова возобновились дискуссии о том, что ЕС может воспользоваться обстоятельствами и через приднестровских экономических агентов оказать давление на Тирасполь с целью реинтеграции в Молдову.

Таким образом, материальные обстоятельства подталкивают российское руководство отказываться от поддержки Приднестровья и стремиться к достижению компромисса по приднестровскому урегулированию с максимальным для себя выигрышем. Однако, как и увеличение поддержки Приднестровья живыми деньгами, эта опция для официальной Москвы неприемлема. Такое решение не будет вписываться во внутренний «патриотический» дискурс российской власти, а в международно-политическом плане выгоды (в нынешних условиях) могут оказаться призрачными. К тому же, консервативные круги российской внешнеполитической элиты имеют достаточно информационных поводов для сохранения статус-кво вокруг молдо-приднестровского урегулирования. Одним из последних таких событий стали военные учения НАТО на территории Молдовы, о чем проинформировали все ведущие российские СМИ.

В сложившихся условиях тактика лавирования является действенным механизмом реализации российских внешнеполитических интересов в регионе. Это означает, что в практическом плане Москва будет стремиться обеспечить благоприятные международно-политические и внешнеэкономические условия существования Приднестровья через интенсификацию политического диалога с Молдовой, а также Евросоюзом. При этом каких-либо серьезных уступок со стороны Москвы делаться не будет. При посредничестве председательствующей в ОБСЕ Германии, которая сохраняет со времен Мезебергского меморандума 2010 года устойчивый интерес к приднестровскому урегулированию как пилотному проекту сотрудничества с Россией, уже состоялись переговоры посредников и сторон конфликта с целью возобновления в скором времени переговорного формата 5+2 (ОБСЕ, Россия, Украина и стороны конфликта как участники, а также ЕС и США в качестве наблюдателей). Прошлый активный раунд переговоров в 2011 году привел к значительным подвижкам в решении практических проблем в отношениях двух берегов Днестра, однако с 2012 года переговоры были заморожены.

В дипломатическом поле наметилось и двустороннее сближение России и Молдовы. Глава молдавского МИД Андрей Галбур осуществил визит в Москву в апреле 2016 года, где вместе с Сергеем Лавровым они заявили о готовности к сотрудничеству, в том числе по приднестровской проблематике. Для подготовки этого визита заместитель министра иностранных дел Григорий Карасин осуществил визит в Молдову, где также посетил Тирасполь, подчеркнув тем самым значимость приднестровской проблемы для двустороннего взаимодействия.

Тем не менее, ждать «слива» Приднестровья Россией, о чем любят иногда заявлять политические комментаторы, вряд ли стоит. Речь идет об умелой дипломатии, с помощью которой Кремль в отношениях с Молдовой, скорее всего, просто обнулит взаимные ограничения (Россия ввела торговые ограничения для Молдовы, а Молдова постоянно препятствует доступу российских военнослужащих на свою территорию, вводит те или иные транспортные ограничения для Тирасполя, заводит уголовные дела на приднестровских чиновников и т.д.). Политическая ситуация в Молдове, несмотря на царящий в стране хаос, скорее способствует этому: правительство Филипа, за которым так или иначе стоит олигарх Владимир Плахотнюк, более понятно Кремлю и более прагматично, нежели идеологически настроенные правительства Владимира Филата и Юрия Лянкэ, бывшие у власти до 2013 года. В этом смысле ситуация напоминает Грузию после прихода к власти сил во главе с Бидзиной Иванишвили.

Кстати, элементы тактики лавирования были видны еще в разгар событий вокруг Крыма. Тогда благодаря утечке через российский сайт «Анонимного интернационала» стали известны цели визита Дмитрия Рогозина в Тирасполь в мае 2014 года: сдержать местные «горячие головы», предотвратить распространение конфликта на Приднестровье.

У такой тактики может быть одно слабое место: экономика Приднестровья нуждается не просто в возвращении к статус-кво (которое предполагало относительно устойчивый доступ региона на мировые рынки), а в полной перезагрузке экономического механизма, масштабных внешних инвестициях. Правительство Приднестровья, стремясь пополнить бюджет, резко подняло в последние годы внутренние отпускные цены на газ, чем содействовало остановке многих предприятий. Это стало одной из главных причин конфликта приднестровского Верховного Совета (где доминирует партия «Обновление», связанная с основным приднестровским монополистом – группой «Шериф») с президентом Шевчуком, который уже вылился в публичное пространство и на фоне предстоящих в конце 2016 года выборов перешел в состояние открытой предвыборной борьбы. В частности, вице-спикер Верховного Совета Приднестровья Галина Антюфеева обвинила Евгения Шевчука в выводе в офшоры финансовых средств ключевых государственных предприятий.

Россия пытается сохранить управляемость ситуации, в том числе благодаря поддержке публичного диалога с обеими сторонами. В Приднестровье вряд ли произойдут масштабные социальные волнения (хотя призрак оранжевой революции в Приднестровье витал в 2011-2012), так как социально активное население просто уезжает из региона. Однако сохранить стабильность в условиях невыплат зарплат и пенсий руководству Приднестровья будет крайне сложно. Модель, которая основывалась на финансировании социальных обязательств в отношении лояльного «приднестровской идее» электората за счет внешних источников (продажа российского газа на внутреннем рынке, отдельные транши на макроэкономическую стабилизацию из российского бюджета, которые имели место несколько лет назад, и т.д.), исчерпала себя. Что придет ей на смену, пока непонятно.

источник:  intersectionproject.eu



загрузка...

Читайте також

Коментарі