Скандал с журналистами в ДНР: кто в Украине стал новым врагом прессы

Скандал с журналистами в ДНР: кто в Украине стал новым врагом прессы

Скандал с публикацией на сайте «Миротворец» персональных данных журналистов, аккредитованных в так называемой ДНР, набирает обороты. Напомним, активисты «Миротворца» сообщили, что в их руки попала информация о 7901 журналисте, работавших на оккупированных территориях, среди которых были представители украинских, российских и зарубежных СМИ. По мнению активистов, эти журналисты «сотрудничают с боевиками террористической организации». В СБУ сообщили, что такие сведения не могут рассматриваться как основание для открытия уголовного производства, а вот посол ЕС Ян Томбинский потребовал от украинских властей сделать так, чтобы этот контент стал недоступен. Публикация этой базы данных напоминает охоту на ведьм, объявленную с подачи тех украинских чиновников, которые совершенно не понимают сути работы СМИ и того, что происходит на востоке Украины.

В комментариях к опубликованной базе данных «миротворцы» без суда и следствия сразу же вынесли приговор всем ее фигурантам, объявив, что «журналисты сотрудничают с боевиками террористической организации». Некоторые участники списка уже говорят о том, что получают звонки с угрозами. В обществе, настолько поляризованном из-за войны, словесные угрозы вполне могут закончиться настоящей расправой. И тогда всех, кто причастен к публикации, вполне можно считать подстрекателями к совершению преступления.

Вот и посол ЕС в Украине Ян Томбинский заявил, что размещение на сайте «Миротворец» базы данных нарушает международные нормы и украинское законодательство по защите персональных данных и может навредить журналистам. «Я настойчиво призываю украинскую власть обеспечить, чтобы этот контент стал недоступен», — призвал Томбинский.

В своих комментариях к базе «миротворцы» задают риторические вопросы, которые изначально являются манипуляцией. Возьмусь ответить на них. Итак, вопрос номер один: «почему у многих не российских изданий (CNN, BBC, AFP) журналисты с российскими фамилиями и именами». Возможно, потому, что эти люди являются собкорами филиалов крупнейших международных СМИ в Европе. Может, это кого-то удивит, но среди моих коллег в AP, AFP, Reuters и других, которые работают в Украине, немало тех, кто родился здесь и носит славянскую фамилию. Никто из них до сих пор наверняка даже не думал, что этот факт в один прекрасный день с чьей-то легкой руки станет частью обвинительного приговора.

Вопрос номер два: «почему у многих иностранных журналистов для связи указаны телефоны украинских операторов». Исходя из выводов активистов, это якобы является доказательством того, что они «наплевали на украинское законодательство и незаконно пересекли нашу границу на неконтролируемом участке через РФ». Любителям конспирологических теорий не приходило в голову, что местная sim-карточка просто обходится дешевле, если ты находишься в стране длительное время. Более того, миллионы украинских граждан по ту сторону линии разграничения также пользуются sim-картами украинских операторов. Не удивлюсь, если у Захарченко и Плотницкого, а также боевиков, воюющих с Украиной, также есть украинские номера. Делает ли это компании сотовой связи «пособниками террористов»?

Те, кто называют себя патриотами и защитниками Украины, очевидно, не понимают сути работы средств массовой информации, которые должны освещать конфликт с разных сторон. Кстати, в 2014 году условия для СМИ по «ту сторону» выгодно отличались от тех, что могли предложить традиционно закрытые украинские силовые структуры. По словам коллег, у сепаратистов были хорошие консультанты по коммуникациям, которые позволяли журналистам работать, в то время как с украинской стороны на контакт шли разве что добровольческие батальоны. «Батальон Донбасс имел абсолютно другую стратегию (отличную от ВСУ), он был открыт, в нем было легко работать», — рассказал Себастьян Гобер из французской Libération.

Кроме того, по словам журналистов, технические условия для передачи сигнала в Донецке были лучше, чем на территориях, которую контролировала украинская власть. Да и сами сепаратисты были изначально заинтересованы в том, чтобы «локализовать Донецк на карте мира». «Тогда (в 2014 году) было три места, где можно было передавать сигнал через спутник, — Донецк, Славянск и Мариуполь, как правило, на крыше отеля. Для освещения конфликта все эти детали создали сильный дисбаланс — легче было работать в Донецке, а не в Авдеевке, где не было хорошего wi-fi, — рассказал мне как-то Стефан Сьоан из Le Figaro. — Поэтому международные медиа чаще базировались в Донецке. Из Парижа, Лондона, Берлина (журналисты) ехали в Днепропетровск, а потом сразу в Донецк. Я знаю много журналистов, которые ездили по этой траектории и не имели никакого представления о том, что творится со стороны украинских войск. Я в 2014 году тоже очень много времени провел в Донецке, после чего решил — надо работать и на другой стороне, освещать деятельность армии, волонтеров, добровольческих батальонов. В течение 4-5 месяцев я на этом акцентировал свое внимание».

В то же время с «украинской» стороны журналистов не жаловали. Однажды я приехала на новый КПВВ «Курахово» (двумя днями ранее его открытие освещала добрая половина украинских телеканалов), ко мне подошли два бойца, лица которых были спрятаны под масками. Строго поинтересовались, почему я снимаю людей, которые проходят паспортный контроль. Моя пресс-карта для работы в зоне АТО для них ничего не значила, они заявили, что снимать запрещено, ведь на видео может оказаться человек, проверяющий паспорта (сидел за стеклом в вагончике так, что даже силуэта его не было видно). «А вы, ребята, наверное, из СБУ?» — поинтересовалась я и получила утвердительный ответ. «У нас тут много ведомств, с каждым надо съемку согласовывать», — пояснили они. Сама постановка вопроса сотрудниками СБУ показывает уровень коммуникации между представителями прессы и силовыми структурами. Понятно, почему многие коллеги считают, что им в зоне АТО скорее мешают работать, а не помогают.

Вернемся к комментариям «миротворцев». Их последнее утверждение настораживает не меньше, поскольку у активистов явные проблемы с причинно-следственными связями: «беглый анализ списка показал, что некоторые личности, гордо именующие себя журналистами, были замечены с оружием в руках, воюющими против украинской армии. Будем разбираться».

К чему могут привести эти попытки «разобраться»? Работа украинских и иностранных журналистов на той стороне всегда была крайне важной, ведь у нас тут чрезвычайно мало объективной информации о том, что происходит в «республиках», которые Украина все еще считает своими территориями, а людей, которые остались там, — украинскими гражданами. Теперь инициатива некоторых активистов может окончательно пресечь попытки эту информацию собрать. Потому что, выходит, если ты собрался к сепаратистам — значит, ты враг.

Мне на электронную почту пришло письмо от Института массовой информации и Независимого медиа-профсоюза Украины, где было предложено заполнить соответствующую форму и указать, кого, по моему мнению, следует считать врагом прессы в 2015-2016 годах. В свете последних событий в этой номинации однозначно побеждают те, кому пришла в голову идея выложить в публичный доступ на сайте «Миротворца» базу данных журналистов и безапелляционно назвать их «пособниками террористов». Очень похоже на кампанию против «нацпредателей», которая «на ура» пошла в России.



загрузка...

Читайте також

Коментарі