Путин объявил экономический бум своей заслугой, а теперь начался крах

Путин объявил экономический бум своей заслугой, а теперь начался крах

Конференц-зал на заводе в Пикалево Ленинградской области сделался «священным местом»: здесь в 2009 году Путин «указал путь, который спасет простых людей от экономических проблем, а также усмирил вспышку недовольства среди рабочих», пишет корреспондент The New York Times Эндрю Хиггинс. Но сегодня экономические проблемы вернулись, причем еще более серьезные, и они сопровождаются намного более заковыристыми сложностями.

«Текущий кризис в России (в основном вызванный рыночными силами, над которыми Кремль не властен, прежде всего падением цен на нефть и газ) загнал Путина в угол. После того как он много лет объявлял собственной заслугой экономический бум (тоже мало связанный с его действиями) и позиционировал себя как лидера типа «будет сделано», способного развязывать самые сложные экономические и политические узлы, над ним навис кризис, обнажающий жесткие пределы его власти и мастерства», — говорится в статье.

По словам автора, Путин не властен, например, над гидросмесью — побочным продуктом, который используется для производства цемента, но теперь в Пикалево пропадает зазря, так как из-за спада спрос на цемент снизился.

Автор отмечает, что у Путина, лидера крупнейшей страны мира и ядерной державы, есть неотложные проблемы поважнее, чем беды этого города. Но Путин позиционирует себя как всеведущий и вездесущий лидер, который интересуется мельчайшими проблемами и способен их устранять.

Так, в 2009 году Путин решил в Пикалево относительно простую проблему: три владельца предприятий не могли договориться о цене продукции.

После путинского выговора они, «боясь потерять активы, быстро урегулировали свою ссору», напоминает Хиггинс. «За кулисами Кремль надавил на «Газпром», чтобы тот снизил тарифы на энергоносители для пикалевских предприятий, а также на государственные банки, чтобы те предоставили дешевые кредиты», — говорится в статье.

А какова ситуация теперь? В Пикалево «в один из недавних дней на цементном заводе работала лишь одна из шести печей», свидетельствует корреспондент. Руководство завода отказалось дать интервью. Со своей стороны, глава местного глиноземного завода Максим Волков «сказал, что цементный завод не может надеяться на возрождение, так как его оборудование устарело, а спрос на продукцию падает».

По мнению автора, это лаконично описывает «нынешний кошмар Кремля»: при низких мировых ценах на энергоносители и западных санкциях экономика России просто не в силах конкурировать с китайской, американской или европейской. «Все легкие и популярные приемы, которые Кремль раньше применял для реанимации экономики (или как минимум для умиротворения народа), себя исчерпали», — говорится в статье.

Однако Хиггинс видит мало признаков того, что россияне выйдут протестовать на улицы или сплотятся под знаменами оппозиции. Например, Светлана Антропова, профсоюзный лидер из Пикалево, считает, что уличные протесты бессмысленны — вместо этого она подает в суд по обвинениям в нарушении Трудового кодекса, говорится в статье.

Источник: The New York Times, перевод: Инопресса



загрузка...

Читайте також

Коментарі