После Голландии. Как меняется отношение украинцев к евроинтеграции

После Голландии. Как меняется отношение украинцев к евроинтеграции

Результаты голландского референдума в Киеве восприняли как демарш евроскептиков, покушающихся на единство Европы. Между тем согласия по поводу внешнеполитического курса нет и на самой Украине. Сторонников евроинтеграции здесь чуть больше 50%, причем их число сокращается. На фоне политического кризиса готовятся к возвращению в большую политику и украинские евроскептики. Похоже, выдерживать курс на евроинтеграцию Киеву скоро станет намного сложнее.

Ветер с Востока

Традиционным оплотом украинских евроскептиков остается Юго-Восток. Сторонники евроинтеграции составляют здесь заметное, но меньшинство — около 40% в южных и менее 30% в восточных областях (без учета неподконтрольных районов Донбасса). Здешний евроскептицизм связан с традиционной пророссийской ориентацией: несмотря на события последних двух лет, сторонники интеграции с Россией по-прежнему составляют на Юго-Востоке около 30% населения.

Сохранение близких отношений с Россией и другими странами СНГ здесь связывают с надеждами на экономическое возрождение. Кроме того, «дружба с Россией» видится гарантией высокого политического статуса регионов Юго-Востока внутри Украины, на который якобы покушаются «оранжевые». Именно поэтому Евромайдан побудил здешние элиты и значительную часть населения искать заступничества у России и лично Владимира Путина.

Ранее выразителем подобных настроений были Партия регионов и Компартия Украины. После победы Евромайдана этот политический фланг был разгромлен: Партия регионов прекратила свое существование, а КПУ попала под запрет в рамках декоммунизации. Первые попытки экс-регионалов вернуться в большую политику оказались не слишком удачными: на президентских выборах Оппозиционный блок потерпел сокрушительное поражение, а на парламентских получил всего 29 мандатов из 450.

Однако падение рейтингов власти играет восточным евроскептикам на руку. Уже сейчас рейтинг Оппозиционного блока (12,8%) выше, чем у обеих входящих в правящую коалицию партий вместе взятых: Народного фронта Арсения Яценюка (2,9%) и Блока Петра Порошенко (9,7%). Сейчас партия бывших регионалов в опросах занимает третье место, незначительно уступая только «Батькивщине» Тимошенко (14,0%) и «Самопомощи» Садового (15,6%). Кроме того, на местных выборах в октябре 2015 года экс-регионалам удалось получить большинство в ряде местных советов в южных и восточных областях.

Избегая пророссийской риторики, Оппозиционный блок призывает заморозить сближение с Евросоюзом во имя спасения украинской экономики и развивать сотрудничество со странами БРИКС. Впрочем, главный козырь экс-регионалов — это миротворческая риторика и критика экономической политики правительства. Судя по всему, такая стратегия себя оправдала — в случае досрочных парламентских выборов Оппозиционный блок может стать одной из главных сил в Верховной Раде.

Хук справа

В западных и центральных регионах Украины сторонники евроинтеграции составляют уверенное большинство — около 80% и 60% соответственно. Однако собственные традиции евроскептицизма имеются и здесь. В отличие от Юго-Востока настроения евроскептиков здесь выражают украинские националисты, воспроизводящие типичные аргументы западных критиков ЕС.

Националисты пугают засильем мигрантов, исламизацией, легализацией однополых браков и потерей национального суверенитета. Отрицая любые формы сотрудничества с Россией, украинские ультраправые настаивают на поиске третьего пути. Например, партия «Свобода» отстаивает идею Балто-Черноморского союза и возрождения ГУАМ, а «Правый сектор» предлагает широкий альянс восточноевропейских государств от Эстонии до Албании.

Альянс националистов с либеральной оппозицией на Майдане был ситуативным и распался сразу же после свержения Виктора Януковича. Потерпев неудачу на парламентских выборах, ультраправые сосредоточились на войне, однако расформирование добровольческих батальонов побудило их вернуться в политику, припомнив старые лозунги.

Самыми громкими акциями националистов стали разгон съезда ЛГБТ во Львове и антимигрантские волнения в Яготине накануне открытия лагеря для беженцев в рамках сотрудничества с ООН и Европейской комиссией. В обоих случаях националисты выступили с обвинениями в адрес Евросоюза, который якобы хочет спихнуть на Украину сирийских беженцев и навязать ей чуждые ценности.

Несмотря на преобладание сторонников евроинтеграции в центральных и западных регионах страны, националисты идут проторенным путем. В 2012-м подобные лозунги вкупе с антироссийской риторикой привели в парламент «Свободу». После фиаско на парламентских выборах 2014-го партия Олега Тягнибока снова начала наращивать рейтинг и уже почти догнала Блок Петра Порошенко.

Правым евроскептикам есть куда расти – за прошедший год количество противников интеграции и с Евросоюзом, и с Россией выросло с 14 до 23%. При этом число сомневающихся в своем выборе колеблется, по разным данным, от 10 до 25%. Кроме того, разочарование постмайданными властями снова открывает для националистов перспективную электоральную нишу на стыке консервативных обывателей и радикализованной молодежи. Поэтому на ближайших выборах националисты наверняка вернутся в парламент.

Неуверенное большинство

Позиция украинских еврооптимистов становится все более уязвимой. Их ожидания относительно евроинтеграции просты и понятны: повышение уровня жизни, свободное перемещение по Западной Европе, облегченный доступ к европейскому образованию и ускорение реформ на самой Украине. Однако с момента подписания соглашения об ассоциации с ЕС в 2014-м подвижек по этим направлениям крайне мало.

В силу разных обстоятельств уровень жизни в стране резко снизился, баланс доверия к правительству проевропейских реформаторов исчисляется отрицательными величинами, а введение безвизового режима уже в который раз откладывается. При этом перспективы полноправного членства в ЕС отодвигаются все дальше. По крайней мере, президент Еврокомиссии Жан Клод Юнкер называет сроки в 20−25 лет.

Вопреки официальной риторике Киева, национальный консенсус по поводу евроинтеграции становится все более хрупким. Если нынешние тенденции в украинской политике сохранятся, еврооптимисты рискуют потерять абсолютное большинство. И тогда придерживаться западного курса Киеву станет довольно трудно. Кроме того, рано или поздно в политическое пространство Украины вернутся неподконтрольные районы Донбасса, что еще больше усилит лагерь евроскептиков.

Пока что в запасе у властей есть два года до президентских и парламентских выборов. Какой будет конфигурация сил в Киеве после, предугадать трудно. Не исключено, что позиции проевропейских групп окажутся намного слабее, чем после Майдана. Скорее всего, внешнеполитический курс Украины останется прежним, но темпы продвижения могут существенно замедлиться вплоть до полной заморозки.

источник: Carnegie Moscow Center, Россия, публикация: ИноСМИ



загрузка...

Читайте також

Коментарі