Бабченко рассказал, что стоит за бравадой Путина

Бабченко рассказал, что стоит за бравадой Путина

Если отбросить это ночное надувание щек «задачи выполнены, мы добились, враг повержен, я дал команду на отход» — то, за исключением этого информационного шума, не изменилось ничего. Про это на своей странице в Facebook пишет российский военный журналист Аркадий Бабченко.

Во-первых, никто, конечно же, никого не победил, не освободил, никаких «условий для начала мирного процесса» и «кардинального преломления ситуации в борьбе с международным терроризмом» — как это на ночь глядя было объявлено — не создал и «инициативой практически на всех направлениях» не овладел.

Я вот тут писал недавно: «Вы уже вооружали Царандой в Афгане. Помогло? С чего вы решили, что в этот раз все пойдет гладко и исключительно по вашему сценарию? О’кей, даже если и получится – а дальше что? То, что при необходимости Путин сольёт Асада, не задумываясь, как он слил Новороссию – я даже не сомневаюсь. Но даже и в этом случае – что потом? Почему вы решили, что, как только вы посчитаете свои планы выполненными, а войну законченной – точно так же посчитают и все вокруг?»

Ну, так, собственно, все тот же вопрос — ребят, а с чего вы решили, что этим вашим решением война для вас закончилась?

Попытка выиграть войну сирийским царандоем помогла — как и предполагалось — как мертвому припарки. Отбитые территории незначительны, большая часть страны как Асадом не контролировалась, так и не контролируется, ИГИЛ как был, так и остался.

В Афгане СССР контролировал процентов, наверное, восемьдесят территории страны.
Через три года после вывода наших войск из почти полностью контролируемой страны Наджибулла был свергнут и четыре года прятался в миссии ООН. А через шесть — повешен.

Посмотрите на любую карту Сирии, прикиньте, каков процент территории контролируется Асадом, прибавьте тот факт, что ИГИЛ — не детсадовские талибы, умножьте на разворошенный муравейник и втянутость в эту войну уже всех, кого только можно, как в регионе так и за его пределами — Турции, саудитов, курдов, туркоманов, и практически всего суннитского мира, США, Великобритании, беженцев и пр. и пр. — и посчитайте шансы Асада на «начало мирного процесса» и «кардинальное преломление ситуации».

Да, какие-то промежуточные успехи достигнуты, четыреста деревень отбито, две тысячи наливников сожжено, фронт несколько отодвинут от Латакии и Алеппо, после чего — все, царандой выдохся, наступление закончено, мы уходим. Ну… кто бы мог подумать, правда?

Теперь по поводу этого самого «мы уходим».

«Наши пункты базирования — морской в Тартусе и авиационный на аэродроме Хмеймим — будут функционировать в прежнем режиме. Они должны быть надежно защищены с суши, с моря и с воздуха».

То есть — а никто никуда и не уходит.

Уходить — это хотя бы как с тем же Афганом. Когда после вывода советских войск в стране осталось около восьмисот военных советников и незначительная поддержка оружием. К чему и за какие сроки это привело — см. выше.

Когда в стране остаются две полноценные базы и приказом Верховного главнокомандующего они должны быть надежно защищены и будут функционировать в прежнем режиме…. Ну, это примерно как с «мы не будем участвовать в наземной операции». Не будем — не будем, а потом фигак — двадцать тысяч контингента, оказывается, уже введено, спецназ-бэтээры, журналисты под прикрытием российской брони снимают освобожденные сирийские города.

Так что все это «мы всего добились, мы уходим» — на данный момент сводится к одному: два бэтээра вывезут в Россию, три доставят из России в Хмеймим для охраны и обороны.
Принципиально же ситуация остается ровно той же, что и в самом начале — либо полный вывод, либо неизбежное участие в наземных столкновениях.

В этом смысле не поменялось ничего.

Теперь касательно «в Сирии натренировались, теперь полезут в Донбасс».

Полезут или не полезут, никто не знает. Но можно сказать одно — с выводом или не выводом войск из Сирии активизация или не активизация войны в Донбассе не связана никак. Сирия оттягивала отнюдь не критическое количество войск и ресурсов, чтоб говорить о том, что «Россия не может вести войну на два фронта». Может. По крайней мере, такую. Переброска туда-сюда двадцати самолетов или, скажем, бригады спецназа на одном театре боевых действий на ситуацию на другом театре боевых действий не повлияет никак. Насчет «в Сирии мы можем тренироваться бесконечно долго» — Путин абсолютно прав, это надо признать.

Резюме: с точки зрения расстановки сил ситуация изменилась очень мало.  Власть Асада, на данный момент, безусловно, укреплена. Власть Асада в дальнейшем, безусловно, будет подвергнута попыткам расшатывания. Такая неустойчивая конструкция в состоянии покоя, безусловно, долго находится не сможет. Обострение, безусловно, будет. Выбор перед Россией остается ровно тот же — либо влезание в наземную войну, либо полный уход из региона.

А какие разговоры велись в кулуарах, до чего договорились и где кто на что и кому надавили, нам неведомо.

Что будет дальше — посмотрим. Кто, где, куда и по каким направлениям будет давить — увидим.
Пока же на данный момент никаких значительных изменений не произошло. За исключением того, что один царь сказал своим пейзанам, что он всех победил, он все выполнил, он опять самый великий, он ухожуй.

Все же остальное — информационный шум.

В рамках проекта Журналистика без посредников



загрузка...

Читайте також

Коментарі