Идеальный кабинет: у какого правительства есть шанс вывести Украину на новый уровень

Идеальный кабинет: у какого правительства есть шанс вывести Украину на новый уровень

Кабмин доживает свои последние дни. Ему на смену идут два новых правительства. Одно формируется в подковерных играх парламента, второе, технократическое, борется за власть в открытом противостоянии.

Бунт на корабле. 17 февраля 45 членов правительства — бывших и действующих — в ранге замминистров, советников, директоров госкомпаний и так далее выступили с открытым письмом, суть которого они уложили в одно слово: “Достали”.

Все они в прошлом — успешные бизнесмены или топ-менеджеры крупных компаний с хорошим западным образованием. За эти заслуги они и были призваны на руководящие должности на госслужбу, зачастую на зарплаты в разы ниже их прежних доходов.

И вот что теперь они пишут про свое последнее место работы: “Терпимость к коррупции наблюдается на всех уровнях, безнаказанность и лицемерие — все еще нормальные явления. Невозможно привлекать достаточное количество некоррумпированных профессионалов к работе на госслужбе”.

Накануне публикации письма и вслед за ним ряд высокопоставленных чиновников подали в отставку. Другие замерли перед неизбежностью. “Это попытка заявить о себе,— констатирует замминистра финансов Елена Макеева.— Хотим мы этого или нет, нас будут выбивать. Будут открывать уголовные дела. Система не хочет меняться. Мы понимаем, что будем уволены”.

В Кабмине уже появляются пустоты, заполнить которые нацелились мастера политических интриг из едва живой парламентской коалиции, которая загоняет процесс формирования нового правительства под ковер.

Единственная альтернатива этому повороту истории вспять — набор профессиональной команды в так называемое технократическое правительство.

Достойных кандидатов хватит ни на одно, а на несколько эффективных правительств. Часть из них НВ представило в рейтинге, предваряющем этот материал. За эти кандидатуры проголосовали более 600 экспертов, топ-менеджеров и бизнесменов.

Но украинские реалии — это не тот случай, когда кадры решают все. Значительно больше решает один, максимум два кадра — президент и премьер-министр. “Должен быть решительный премьер-министр,— советует Георгий Вашадзе, член команды Одесский пакет реформ.— Сейчас Украине нужны радикальные бескомпромиссные реформы, чтобы страна вышла из экономического шока”.

Безвременное правительство

27 февраля 2016 года исполнится два года с тех пор, как Арсений Яценюк стал премьер-министром Украины. Несмотря на некоторые достижения его Кабмина, в целом результаты его работы, по признанию большинства бизнесменов и экспертов, довольно неутешительны, а сам Яценюк так и не стал лидером реформ. Теперь его Кабинет в который раз трещит по швам. После демарша министра экономического развития и торговли Айвараса Абромавичуса о своем выходе из правительства начали заявлять чиновники второго эшелона. И непросто заявлять, а хлопать дверью.

22 февраля пост замминистра образования и науки покинул Олег Деревянко. Свой уход на личной страничке в соцсетях объяснил так: “Стране требуются быстрые трансформации на основе ответственного лидерства, эффективного публичного управления и нулевой толерантности к коррупции, а не медленных косметических перемен, которые уже не помогут ни системе образования, ни государству в целом”.

Деревянко также подписался под открытым письмом своих коллег, в котором выразил всеобщее мнение, что нынешний порядок вещей во власти его достал.

“Цель письма состоит в том,— говорит он НВ,— чтобы дать еще один сигнал от людей, увидевших изнутри, какие именно нужны перемены, чтобы страна использовала свой шанс сейчас, а не через несколько поколений”. Пока что этот глас вопиющего в Кабмине никто не услышал.

Из бесед с заместителями министров различных ведомств НВ стало известно, что на освободившиеся места парламентские лоббисты активно продвигают своих людей. И этот камбэк пахнет коррупционным реваншем.

“Сейчас все на нервах, обсуждать министров сложно,— поясняет политолог, пожелавший остаться неназванным.— Кандидаты на выход: [министр здравоохранения Александр] Квиташвили, [министр энергетики и угольной промышленности] Владимир Демчишин. Минэкологии могут отдать [нардепу] Олегу Ляшко в обмен на участие в коалиции”.


ТОЛЬКО ТЕХНОКРАТЫ: Роман Бондарь, партнер рекрутинговой компании Talent Advisors, специализирующейся на подборе топ-менеджеров, считает: в правительстве должны быть высокообразованные профессионалы без порочащих связей

ТОЛЬКО ТЕХНОКРАТЫ: Роман Бондарь, партнер рекрутинговой компании Talent Advisors, специализирующейся на подборе топ-менеджеров, считает: в правительстве должны быть высокообразованные профессионалы без порочащих связей

После выхода из коалиции партий Батькивщина и Самопоміч Радикальная партия с ее лидером Олегом Ляшко превращается в держателя “золотой акции”. “Он считает, что приобрел решающий голос, который можно выгодно продать,— дает свою оценку Петр Олещук, доцент кафедры политических наук Национального университета имени Шевченко.— Отсюда его новая риторика о необходимости сохранить коалицию и шантаж, чтобы выбить портфели”. Иными словами, подковерные игры в коалиционное правительство уже стартовали.

И от этого Роману Бондарю, партнеру Talent Advisors, рекрутинговой компании, специализирующейся на подборе руководителей высшего звена для крупных компаний, очень горько.

Отдать формирование будущего правительства на откуп парламентской коалиции — даже если предположить, что она скорее жива, чем мертва,— ущербное решение. Ведь Верховная рада не сумела избавиться от репутации места, где финансово-промышленные группы посредством своих политических проектов стремятся сохранить контроль над государственным управлением. В то же время капиталы большинства олигархических структур способны работать исключительно в условиях сохранения монополии, узкого конкурентного поля и уклонения от налогов.

Те же силы в парламенте активно сопротивляются приватизации госкомпаний, которые ежегодно несут Украине миллиардные убытки, но служат источником средств для обогащения партийных спонсоров и касс. “В обществе, которое лихорадит от постреволюционного синдрома, а большинство людей в парламенте думают лишь о дерибане, мы говорим, что хотели бы коалиционным образом собрать единую команду?” — вопрошает Бондарь.

Чтобы снова не пустить козла в огород, по мнению Бондаря и его единомышленников, формировать правительство следует из людей без порочных связей, с высоким уровнем образования и нулевой толерантностью к коррупции. “Первое, что нужно сделать,— подсказывает бывший заместитель министра экономразвития Максим Нефьодов,— это подбирать людей по профессиональному признаку, а не по партийным квотам или политической лояльности”.

Кадры решают

Выпускник Лондонской школы экономики Дмитрий Власов сразу после революции достоинства в марте 2014 года вместе с единомышленниками основал общественную инициативу Профессиональное правительство (ИПП). Это сообщество людей, получивших зарубежное образование, успевших поработать в крупных компаниях и добиться успехов. Предполагалось, что эти специалисты и станут кадровым резервом для строительства новой Украины. К сегодняшнему дню Власов собрал более 3.000 резюме.

Часть людей из этого пула уже заняли руководящие должности в правительстве, госкомпаниях и парламенте. Власов говорит, что и сейчас имеет несколько кандидатур для работы в Кабинете министров.

Например, на освободившееся кресло министра экономики он рекомендует Даниила Пасько, выпускника Гарвардской бизнес-школы, бывшего менеджера Horizon Capital и McKinsey&Company. “А я способен стать министром финансов,— не скромничает Власов.— Мы не можем покрыть все министерства, но есть люди, которые могут входить целыми командами”.

Дефицита в специалистах международного уровня в Украине нет. А вот сложности сбора их в единую команду — есть. Самую банальную, но острую причину приводит Макеева. Она говорит, что Минфин уже продолжительное время не может найти претендента на должность руководителя украинской таможни. Причины смехотворны до слез. “Никто не хочет идти,— говорит замминистра финансов.— Там колоссальная коррупция. Поэтому первая проблема — безопасность. Вторая — зарплата в 3 тыс. грн”.

Зарплата руководителя ведомства, через которое за год проходит свыше $80 млрд экспорта и импорта Украины,— вдвое ниже, чем у водителя одесской маршрутки. Сейчас эта вакансия висит невостребованной на rabota.ua. Также смехотворный оклад у украинского министра — 4,5 тыс. грн. Это вдвое меньше, чем в открытой на упомянутом портале rabota.ua вакансии помощника банщика в Хотяновке (Киевская область). К примеру, жалование члена российского правительства стартует от $4,6 тыс.; польского — от $3,2 тыс.

Бондарь считает, что министр, который получает за свою работу $100–200, опасен для страны. “Когда мы анализировали аппарат в Минэкономике,— говорит Бондарь,— то видели, что некоторые функции имеют коррупционный потенциал в десятки миллионов долларов ежемесячно”.


ТЕРПЕНИЕ ЗАКОНЧИЛОСЬ: Елена Макеева, замминистра финансов, подписала открытое письмо чиновников новой волны, заявивших: власть пронизана коррупцией

ТЕРПЕНИЕ ЗАКОНЧИЛОСЬ: Елена Макеева, замминистра финансов, подписала открытое письмо чиновников новой волны, заявивших: власть пронизана коррупцией

Власов думает, что рассчитывать жалованье министра нужно исходя из того, какой примерный уровень дохода у него мог бы быть, если бы он остался работать в корпоративном секторе. Это примерно $4 тыс. в месяц плюс бонусная система, которая служит наградой за высокую продуктивность. Если эффективный чиновник своей деятельностью сэкономил или заработал для страны миллиард, то вполне заслужил миллион.

Но и в случае вскрывшегося мошенничества должна наступить неотвратимость наказания. “Даже если министру платить $1 млн в месяц, а ему предложат [взятку] в $100 млн, он может и не устоять,— говорит Власов.— Как только министр на чем‑то попался, он должен быть сразу отстранен от должности и на него обязано быть открыто уголовное дело. Кнут и пряник”.

Чтобы достичь таких высот, совсем необязательно искать резервы в дырявой казне. Необходимы тотальные сокращения — как персонала, так и бесполезных ведомств. Нефьодов утверждает, что штат в любом ведомстве можно сократить наполовину хоть сегодня, но лучше это сделать вчера. Чиновник приводит в пример департамент, который выдает лицензии на импорт и экспорт алкоголя.

Лицензии эти он называет бессмысленными бумажками, которые стоят 780 грн. “Это потенциальный источник коррупции,— поясняет Нефьодов.— И такого функционала — бесчисленное количество. У нас больше 200 функций, прописанных в министерстве. Вот половину можно смело сократить”.

Игорь Колиушко, председатель правления Центра политико-правовых реформ, и Георгий Вашадзе в один голос утверждают, что в нынешнем Кабмине много балласта. Оба за ненадобностью упразднили бы Министерство молодежи и спорта, Министерство информации. “Нужно с нуля выстроить каждое министерство,— говорит Вашадзе.— Забыть старую структуру и нарисовать новую с основными приоритетами”.

Анализируя украинскую ситуацию, Симеон Дянков, бывший вице-премьер Болгарии, автор идеи международного рейтинга Doing Business, рассказывает НВ, что технократическое правительство обычно формируется под конкретную задачу. Например, реформировать систему администрирования налогов, социальную или здравоохранительную системы. “Работу должны делать те, кто может, и те, кто понимает, что их будущая карьера не связана с украинской политикой,— поясняет Дянков.— Реформы не занимают много времени. Обычно, если правительство относится к этому серьезно, на них требуется не больше года”.

Политическая воля

Для того чтобы потенциальное технократическое правительство было эффективным, необходимо, чтобы претенденты на премьерское кресло представили свои команды и пошаговую программу реформ. Причем с обязательным указанием времени исполнения и ожидаемым экономическим эффектом. Меньше букв, больше числительных и персональной ответственности за анонсированный результат. Затем соревновательным путем команды обосновывают свое право на работу во власти. Верховная рада принимает один из предложенных планов, ответственность за который несет команда премьера.

“Тогда все становится на свои места,— говорит Колиушко.— Вот программа, выполняет ее такой‑то состав Кабмина. Тогда есть шанс что‑то изменить”.

Правда, в устах экспертов все это выглядит идиллической картинкой с лубочного проспекта. Ее реализации не добиться без пресловутой и уже набившей оскомину политической воли лидеров двух самых крупных парламентских фракций, которые по совместительству президент и премьер-министр Украины.

По мнению экспертов, опрошенных НВ, дефицит решительности в реформах на самом верху — и есть самое слабое звено любой модели правительства. Вашадзе прямо говорит: “Технократы ничего не смогут сделать без серьезного лидера, который и будет драйвером реформ”. Здесь нет никаких преувеличений. Все самые смелые экономические реформы последних лет носят конкретные имена людей, взявших на себя ответственность и риски.

В Сингапуре это был легендарный Ли Куан Ю, цитатами которого так любят разбрасываться нынешние и прежние украинские чиновники. В Чехии — Вацлав Гавел, который привел в новое правительство молодежь, мотивируя свой выбор так: “Лучше пять лет ошибок, чем 50 лет саботажа”. В Польше все риски на себя взял Лешек Бальцерович. В Грузии — Каха Бендукидзе. Исключений нет. Радикальные реформы безымянными не бывают.

Собрать в Украине технократическое правительство не представляется сложным делом. Бондарь предлагает далеко не ходить. Даже в нынешнем Кабмине на вторых ролях довольно неплохо зарекомендовали себя новобранцы последнего призыва.

“Давайте Макса Нефьодова назначим министром экономики. Почему нет? — говорит эксперт.— Юру Гусева [экс-замминистра обороны] поставим министром обороны. Давайте работать с кадровым резервом. С теми талантами, которых мы уже погрузили в контекст”.

Вот только как быть с открытым письмом от этого кадрового резерва высшему руководству страны, в котором отчаявшиеся технократы написали: “Перемены должны начаться именно с президента как главы государства и премьер-министра как главы правительства. Принцип “друзьям — все, врагам — закон” должен остаться в прошлом”?

Бондарь признает, что технократы не в состоянии заставить президента и премьера услышать все их месседжи. “Общество кипит, бунтует, но оно беззубо,— говорит он.— И эти министры — тоже. У них нет никаких рычагов, кроме одного — поддержка и давление стран G7 и международных финансовых институтов”.

Материал опубликован в НВ №7 от 26 февраля 2016 года



загрузка...

Читайте також

Коментарі