Хороших людей в КГБ работать не брали, поэтому Россией управляют плохие люди

 Хороших людей в КГБ работать не брали, поэтому Россией управляют плохие люди

Режим в России падет под тяжестью взваленных на себя утопических задач.

Накажут ли Путина за убийство экс-сотрудника ФСБ Александра Литвиненко, как президент РФ стал нерукопожатным после вторжения в Украину, и зачем Кремлю новые войны. Об этом и многом другом рассказал польским изданиям Interia и Niezalezna.pl российско-американский историк Юрий Фельштинский. «Апостроф»опубликовал перевод выдержек из этих интервью.

— Судья Роберт Оуэн, готовивший отчет на протяжении полугода, заключил, что, «скорее всего», Александр Литвиненко был отравлен полонием-210 «с одобрения Николая Патрушева и Владимира Путина». Как вы считаете, это — максимум, что можно было услышать от британского правосудия в данном вопросе? Это можно назвать «сенсационным» вердиктом?

— Сенсационность вердикта заключается в том, что спустя более чем девять лет с момента смерти Александра Литвиненко мы все-таки услышали из уст британского правосудия вердикт, и этот вердикт — обвинительный. Он не просто обвинительный. Он указывает на двух высокопоставленных политических деятелей современной России: президента Владимира Путина и его преемника на посту директора ФСБ, нынешнего секретаря Совета безопасности РФ Николая Патрушева. Мне кажется, что более жесткое обвинение написать было невозможно.

— После оглашения результатов расследования в своем заявлении для прессы Марина Литвиненко обратилась к британскому премьеру Дэвиду Кэмерону и призвала его ввести персональные санкции (запрет на въезд, экономические санкции) в отношении всех фигурантов отчета о преступлении — в том числе Николая Патрушева и Владимира Путина. Как вы считаете, Лондон может пойти на такие меры?

— Я не думаю, что отношения между Великобританией и РФ, Евросоюзом, США и Канадой и РФ могут стать еще хуже, разве что будут все-таки введены новые санкции. Но будут ли эти санкции серьезными — большой вопрос. Еще больший вопрос, станет ли Англия считать Россию врагом, поскольку в Англии на сегодняшний день распространено мнение — ошибочное, как мне кажется — что НАТО нуждается в России для совместной борьбы с международным терроризмом.

Великобритания слишком легкомысленно относилась к подрывной и разрушительной деятельности российских агентов в своей стране все последние годы. Не хочу сказать, что это чисто английская проблема. То же относится и к Европе в целом, и даже к США. Но наибольшее количество убийств и странных смертей произошло почему-то именно в Лондоне. Это и Литвиненко (2006), и российский бизнесмен Александр Перепеличный, начавший давать показания европейским правоохранительным органам о коррупции в России (он был отравлен в 2013 году), и подозрительное повешение бизнесмена, политика, союзника, а затем оппонента Путина Бориса Березовского в том же 2013 году; и тихая смерть от сердечного приступа в своем доме партнера и казначея Березовского Бадри Патаркацишвили в 2008 году… И всё это в Лондоне. Просто эпидемия какая-то. Допускать беспрепятственное хозяйничанье российских спецслужб в Великобритании, как мы увидели, небезопасно для жителей Англии — Литвиненко был отравлен радиацией, нанесшей вред в Лондоне многим ни к чему не причастным гражданам.

— Что, по вашему мнению, было бы самым большим «наказанием» для российских властей за убийство Литвиненко?

— Мир давно перестал смотреть на Путина как на человека, которому можно верить — помните знаменитые слова президента Буша о том, что он посмотрел в глаза Путина и понял, что ему можно доверять? Так вот, теперь всем понятно, что Путину ни в чем нельзя доверять. И если раньше находились люди, которые считали, что Путин «не мог воровать», «не мог взрывать» и «не мог убивать» — теперь таких людей за пределами России осталось очень мало. После вторжения в Украину Путин стал окончательно нерукопожатным в компании руководителей европейских стран, если не всех, то почти всех. Но поскольку у Путина не хватило то ли сил, то ли наглости и решимости продолжить начатую им в марте 2014 года войну в Украине, он переметнулся на Сирию. Цель российского вмешательства в сирийскую гражданскую войну —поддержать режим Асада; захватить важный стратегический плацдарм в Сирии; сосредоточить там определенное количество российских войск для провоцируемого Россией глобального ближневосточного конфликта, в который будет вовлечена Саудовская Аравия. В этом случае, как считают в Кремле, цены на нефть, наконец-то, снова поднимутся до желаемого уровня в 100-140 долларов за баррель (вместо нынешних 30); рубль снова поднимется до 30 за доллар (вместо нынешних 80), и у России появятся деньги для продолжения войны в Украине. Одновременно, после свержения, бегства или смерти президента Асада (а дни Асада у власти во всех случаях сочтены), Россия попытается сделать всё возможное для того, чтобы поднять затем вопрос о создании курдского государства, дестабилизируя Сирию, Ирак, но главное — Турцию, являющуюся членом НАТО. Иными словами, российское вмешательство в сирийскую гражданскую войну имеет своей целью ослабление НАТО и завоевание площадки для военного конфликта с США на чужой территории.

Путин ищет поводы для конфликтов. Он был инициатором Второй чеченской войны в 1999 году, вторжения в Грузию в 2008-м и в Украину в 2014-м, вмешательства в гражданскую войну в Сирии… Не забудем упомянуть и сбитый над Украиной российскими войсками малайзийский авиалайнер… Можно ли на этом фоне найти для него достаточное наказание за убийство одного человека? Я думаю, что нельзя. Лучшим наказанием для него будет еще большее отрезвление руководителей европейских стран, прежде всего, Великобритании от иллюзий, которые достаточно сильны даже сегодня. Главная иллюзия на данный момент заключается в том, что «Россия нужна для борьбы с международным терроризмом и «Исламским государством» (ИГ). Так вот, Россия нам не нужна, в том числе и в деле борьбы с международным терроризмом и «Исламским государством». Если Путин найдет для себя выгодным или необходимым бороться с Халифатом, он будет это делать безотносительно к действиям и мнениям Запада. Если он найдет полезным для себя поддерживать ИГ, как он пока что поддерживает Асада, словесные осуждения со стороны США или Европы его все равно не остановят. Это тот самый случай, когда, почти по Достоевскому, совместные союзнические военные действия в Сирии против «Исламского государства» (которых нет, не было и не будет) не оправдывают молчания в связи с убийством одного человека (Литвиненко).

Разумеется, за убийство Литвиненко нужно наказывать коллективно российское руководство. Наказанием для этих людей являются запреты на поездки в Великобританию (а лучше — в Евросоюз), замораживание счетов, аннулирование виз, запрет на ведение бизнеса в Великобритании для российских компаний, по крайней мере, тех, которые имеют хоть какое-то отношение к российскому государству или людям, вовлеченным в убийство Литвиненко; запрет на работу российских финансовых учреждений в Великобритании (а лучше — в Евросоюзе)… Это во всех случаях произойдет. Если это не произошло после убийства Литвиненко, после вторжения в Грузию, после вторжения в Украину, после сбитого малайзийского авиалайнера, после вмешательства России в Сирии — значит, это произойдет несколько позже, когда Россия займется следующим этапом своей внешнеполитической программы, к которой Путин только начинает приступать.

В заказанном им пропагандистском фильме «Миропорядок», показанном недавно по российскому телевидению, Путин открыто заявил о том, что его задача — создание «нового мирового порядка». И гарантией успешной реализации этой новой задачи, по его мнению, является наличие у России ядерного оружия. Иными словами, Путин приступает к ядерному шантажу, так как обычный шантаж в отношении НАТО, как показала военная кампании России в 2014-2015 годах, не сработал. К сожалению, с 2006 года, когда был отравлен Литвиненко, до 2016 года, когда Высокий суд Лондона объявил о том, что в это убийство был вовлечен Путин, ставки в разыгрываемом им политическом покере сильно выросли, и поднял их Путин.

— Простите, что задаю такой личный вопрос, в лице Александра вы потеряли друга и соавтора книги «ФСБ взрывает Россию», а 13 января в Москве был найден мертвым ваш друг и соавтор книги «Корпорация: Россия и КГБ во времена президента Путина» Владимир Прибыловский. Это наверняка очень болезненный опыт для вас.

— Это болезненные события еще и потому, что список хорошо знакомых мне людей, имеющих отношение к тому, чем я занимаюсь, не ограничивается моими двумя соавторами. Это еще и Юрий Щекочихин, которому я передавал в Загребе в 2001 году для публикации в «Новой газете» в Москве рукопись книги «ФСБ взрывает Россию» (отравлен в 2003 году); и депутаты российской Госдумы Владимир Головлев(убит в Москве в 2002-м) и Сергей Юшенков (убит в Москве в 2003-м). Это и Анна Политковская, убитая в Москве в день рождения Путина 7 октября 2006 года, за несколько недель до отравления Литвиненко. Это Бадри Патаркацишвили и Борис Березовский… И вот теперь еще и Владимир Прибыловский. Всё это очень печально и показательно.

— Каждый из умерших критиков Кремля концентрировался на каком-то слабом месте Кремля или самого Путина. Кто-то на обвинениях Путина в педофилии, кто-то — собирая материалы, доказывающие коррупцию Путина и людей из его ближайшего окружения. Как вы считаете, что сегодня является самым уязвимым местом Путина и Кремля? Утечка какой информации была бы сегодня самой болезненной для Москвы? Чисто гипотетически?

— Если завтра вы покажете по российскому телевизору документальную запись того, как Путин ест живьем младенцев — ничего не изменится. Он все равно останется у власти в России в должности президента. Не исключаю, что и на международные встречи он будет продолжать ездить в обычном порядке. Народ, общественное мнение и избиратель России настолько не влияют на российское правительство, а правительство настолько не зависит от народа, общественного мнения и избирателя, что у Путина и Кремля в буквальном смысле нет уязвимых мест, разве что одно: сам Путин и созданный им режим власти в России. Как и Советский Союз в августе 1991 года, этот режим падет под тяжестью взваленных на себя утопических, а потому невыполнимых задач, главной из которых является создание «нового мирового порядка» под эгидой России, возглавляемой Путиным. Так что самое уязвимое место Кремля и Путина — сам Путин.

— Представитель российского МИД недавно раскритиковал польского министра иностранных дел Витольда Ващиковского, указав, что Польша слепо следует указаниям Вашингтона и относится к России, как к врагу. Они, действительно, враги? Что вы думаете о нынешних польско-российских отношениях, и как они могут развиваться при новом польском правительстве?

— Прежде всего, было бы правильнее, если бы в своей российской политике Вашингтон следовал за Варшавой, а не Варшава за Вашингтоном, потому что в Польше всегда было правильное видение и понимание исходящих от России угроз. Это понимание основано на долгой трагической истории российско-польских отношений, от многочисленных разделов Польши, последним из которых была советско-германская оккупация 1939-1941 годов, до Катыни, Варшавского восстания и оккупации Польши Советским Союзом после Второй мировой войны. Внешнеполитические операции России в 2014-2015 годах наглядно продемонстрировали, что единственная гарантия независимости Польши и государств Балтии — это членство в НАТО. Хотя даже при том, что Польша является членом НАТО, в адрес ее раздавались прямые угрозы, например, со стороны руководителя Либерально-демократической партии России (ЛДПР) Владимира Жириновского, угрожавшего в публичной речи Польше нанесением превентивного ядерного удара. Вторым человеком в партии Жириновского является, кстати, убийца Литвиненко Андрей Луговой.

Польша не может являться врагом России, поскольку не угрожает России. Россия перестанет являться врагом Польши, как только откажется от агрессивных намерений и на словах, и на деле. Военные действия России в отношении «братской» Украины стали ярким примером того, как и военная, и пропагандистская машины современной России, управляемой выходцами из КГБ/ФСБ, готовы по указанию Кремля обрушиться на мирного соседа и представить всему миру свои агрессивные действия как самооборону и защиту интересов русского населения захваченных территорий. Польшу этим не удивишь: собственно, именно так началась германо-советская агрессия в сентябре 1939 года. Я не думаю, что ухудшение, как и улучшение, российско-польских отношений зависит от польского правительства, будь то правительство Бронислава Коморовского или Анджея Дуды. Изменение российско-польских отношений, как и российско-украинских и российско-прибалтийских — прерогатива РФ. Как только она декларирует мирные намерения в отношении своих соседей и перестанет представлять для них угрозу, как только Россия выведет свои войска из Восточной Украины и возвратит Украине Крым, польско-российские отношения станут не хуже польско-германских. Но уже сейчас понятно, что возврат оккупированных территорий не входит в намерения Путина. Можно даже высказать предположение, что в его планы входит захват новых территорий.

— Согласны ли вы с тем, что безопасность Европы требует хороших отношений с Россией, или же НАТО — единственный гарант в этом регионе?

— Нужно быть очень немудрым человеком, чтобы считать, что лучше иметь плохие отношения с Россией, чем хорошие. Разумеется, выгоднее, безопаснее и спокойнее иметь хорошие отношения с Россией. Проблема в том, что Путин хороших отношений с Западом иметь не хочет. Люди, управляющие Россией сегодня, — это высшие офицеры ФСБ, ранее работавшие всю свою жизнь в советском КГБ. Это очень специфические люди. Это плохие люди. Хороших людей в КГБ работать не брали, туда отбирали по другим принципам. Эти плохие люди сегодня управляют Россией. Им очень некомфортно существовать в условиях мира, поэтому сначала они развязали две войны в Чечне, затем вошли в Грузию, потом в Украину. Одновременно Россия мутит воду в Сирии. НАТО пытается сделать вид, что отношения с Россией можно наладить, и что общим фундаментом этих добрых отношений может стать совместная борьба с международным терроризмом и Халифатом в Сирии. Мне кажется, что это утопия. Россия не для того вошла в Сирию, чтобы установить там мир. Россия вошла в Сирию для того, чтобы там не прекращалась война.

Понятно, что высказываемые вслух Путиным аргументы иные: стабилизация режима Асада и противостояние в Сирии силам НАТО, прежде всего, США. Последний аргумент, на самом деле, определяет всю нынешнюю внешнюю политику Кремля: противостояние США везде, где это возможно. И так как Россия не в состоянии конкурировать со США экономически, она пытается противостоять Соединенным Штатам в политическом отношении и военном плане. В этом и есть, как мне кажется, принципиальное различие в целях двух государств. США, разумеется, совершают очень много внешнеполитических ошибок, но исходные намерения США: стабилизировать мир и прекратить конфликт, говорим ли мы об Афганистане, Ираке, Ливии или Сирии. Американцам не всегда это удается, можно даже считать, что в последнее время им это не удается, но, по крайней мере, это то, к чему они стремятся. Цель же нынешнего российского руководства — дестабилизировать мир и разжечь войну.

В советские годы агрессивная политика Советского Союза прикрывалась мирными пропагандистскими лозунгами типа «мир во всем мире». Путин более откровенен и циничен. Он не нуждается в мирных лозунгах. Он открыто заявляет, что его цель — создание нового мирового порядка, где за Россией оставлено право делать то, что она считает нужным. И поскольку это противоречит задачам, целям, философии и психологии Евросоюза, США и НАТО (как института), нынешняя позиция российского правительства не может не привести к росту напряженности в мире. В этом смысле 2016 год будет очень сложным и опасным, поскольку все свои внешнеполитические задачи Путин попытается реализовать именно в 2016 году, до прихода в Белый дом нового президента США, отношение которого к России может оказаться более жестким, чем нынешнего.

источник: Хартыя 97



загрузка...

Читайте також

Коментарі