Что случилось с крымским образованием после прихода РФ

Что случилось с крымским образованием после прихода РФ

После российской аннексии крымскую систему высшего образования ожидала существенная трансформация – создание академического «монстра» на базе нескольких вузов. В Крыму таким учебным заведением стал Крымский федеральный университет, который объединил под своим началом Таврический национальный университет им. В. И. Вернадского (ТНУ), Крымский государственный медицинский университет им. С. Г. Георгиевского (КГМУ), Национальную академию природоохранного и культурного строительства (НАПКС), Крымский агротехнологический университет (КАТУ), Крымский национальный экономический университет (КНЭУ) и другие. Такой маневр был проведен для того, чтобы получить статус федерального вуза, а с ним и приличное финансирование на содержание управленческого аппарата, возросшего в несколько раз. В результате качество образования отнюдь не улучшилось, международное сотрудничество фактически кануло в Лету, зато цены на образовательные услуги существенно возросли.

Новый крымский вуз в своих стенах теперь готовит самых разнообразных специалистов: от юристов до агрономов, от стоматологов до дирижеров, от переводчиков до архитекторов. По данным самоанализа КФУ, в 2015 году в вузе обучалось 31650 человек, из них на дневной форме – 19739. Число студентов на бюджетной основе составило 48,5% от общего количества. При этом до аннексии только в ТНУ им. В. И. Вернадского обучалось почти 18000 студентов. В трех других крупных вузах Симферополя (КГМУ, НАПКС и КАТУ) – порядка 15000.

С приходом России резко возросла стоимость обучения, которая сегодня варьируется от 75 000 рублей (23 000 грн) в год на сельхозспециальностях, до 130 000 рублей (40 000 грн) по специальности «техническая физика» или «физвоспитание». И это – на уровне бакалавра, обучение в магистратуре стоит еще дороже. В ведущем вузе Украины, Киевском национальном университете им. Тараса Шевченко, стоимость обучения в 2015-16 годах, на самых престижных специальностях – «журналистика» и «международные отношения», составляла около 30 000 грн. в год.

При этом статус выданных КФУ дипломов носит весьма сомнительный характер – их признают даже не везде в России, не говоря уже о других странах мира. С такими проблемами уже столкнулись несколько иностранных выпускников университета, которые не смогли легализовать полученные документы в своих странах.

«В прошлом году получил диплом КФУ российского образца, приехал на родину, в Азербайджан, и тут мне отказали в легализации диплома, обосновав это тем, что Азербайджан, как и множество других стран, не признает Республику Крым как субъект Российской Федерации», – поделился в социальной сети один из выпускников вуза.

На официальном уровне пока только в Индии согласились признавать дипломы Медицинской академии КФУ. В итоге, потратив 5 лет и сотни тысяч рублей на обучение, выпускник КФУ вряд ли найдет достойную работу в силу ограниченных возможностей его диплома.

Вторая важная проблема, вытекающая из факта непризнания Крыма и его вузов, – резкое сокращение возможностей для академической мобильности, то есть стажировок студентов и преподавателей, без которых сегодня невозможна современная высшая школа. В результате в период дальнейшей глобализации и интеграции образовательного процесса в мировом масштабе, крымская высшая школа обречена «вариться в собственном соку», радуясь редким визитам иностранных гостей. И профессиональный статус гостя, его регалии и вклад в национальную или мировую науку уже не имеет никакого значения – главное, что решился приехать.

Если раньше только в ТНУ им. В. И. Вернадского ежегодно проводилось несколько десятков международных научных конференций и семинаров, то сегодня для того, чтобы сосчитать число подобных мероприятий во всем КФУ, достаточно пальцев на одной руке, да и то их международный и научный характер подчас вызывает сомнение. Так, в марте прошлого года в Ялте провели конференцию, посвященную событиям 70-летней давности – Ялтинской встрече союзников по антигитлеровской коалиции, на которой и были заложены основы послевоенного мироустройства. Казалось бы, грандиозное событие должно было собрать широкий круг заинтересованных лиц. Но, увы, в Ялту приехали всего два иностранных гостя, из которых только один имел отношение к научному миру. Им стал доктор общественно-политических наук Йоган Бекман, известный своей пророссийской позицией, которому, к тому же, запретили преподавать в Хельсинском университете. В остальных конференциях, пафосно названных вузом «международными», принимали участие лишь маргинальные европейские политики, отрабатывающие российскую зарплату.

Солидные ученые в Крым не едут по ряду причин. Во-первых, принимать участие в мероприятии, которое проводит непризнанная структура – это удар по собственному имени и имени вуза, который он представляет, что в итоге может стать приговором для научной карьеры. Во-вторых, для законопослушных граждан других государств серьезной проблемой является сама поездка: Украина резко ограничила въезд на оккупированный полуостров, а нарушать правила и лететь через Москву – это уже своего рода моветон. И, наконец, третий момент: научные мероприятия – это возможность не только высказать свою позицию, но и, пожалуй, самое главное – услышать иные точки зрения. В России в целом, но в Крыму в особенности, в последнее время все больше действует правило единого мнения, отступление от которого чревато суровым наказанием. Например, за отказ признать Крым российским грозит уголовное преследование и тюремный срок. Вряд ли такой удел ожидает иностранцев, но какой интерес для них представляет ода российскому величию, исполняемая на разные голоса?

И совсем неважно, что при этом попираются мыслимые и немыслимые научные каноны. Взять хотя бы недавние умозаключения по поводу «потемкинского референдума» в Крыму, который, по мнению автора, свидетельствует о добровольном вхождении полуострова в состав Российской империи. Или круглый стол, проходивший в стенах Таврической академии (ранее Таврический национальный университет им. В. И. Вернадского), на котором ученые мужи совместно с представителями Русской православной церкви обсуждали «геополитические концепции» святого Гурия. В ближайшем будущем следует ожидать научно-церковных конференций (возможно, «международного» уровня) о роли православной церкви в повышении надоев молока или диффузии в металлах.

Единственной отдушиной для крымских ученых остаются поездки за рубеж, правда, для этого им необходимо получать визы в Киеве, что создает массу дополнительных сложностей, учитывая ограничение транспортного сообщения с полуостровом. Можно, конечно, посещать научные мероприятия в самой России, где сохраняется незначительная возможность услышать новые идеи. Правда, с трибуны их уже вряд ли услышишь – можно только в кулуарах, и то – от давних коллег, которые не опасаются последующих бесед в ФСБ.

С каждым днем Крым, как и вся Россия, все больше закрывается, отгораживаясь от мира и превращаясь в заповедник для реализации путинских идей. Чем больше на Западе будут критиковать Россию и ее вождя, тем скорейшая изоляция ожидает страну, в том числе и информационная. А это значит не только строго дозированную информацию для масс, но и последующую фильтрацию лекционных материалов, научных изысканий преподавателей и студентов, а, в конечном итоге, летаргический сон для высшей школы. Украинские вузы, тем временем, будут продолжать медленно, но уверено интегрироваться в мировое образовательное пространство. Крым же останется за бортом этих процессов, все больше превращаясь в тупиковый во всех смыслах регион.

АвторЕлена Сергеева, крымский историк и политолог, источникkrymr.com.

Читайте также: США готовятся к «напряженному соперничеству» с Россией, увеличивая военный бюджет



загрузка...

Читайте також

Коментарі