Правый сектор превращается в маргиналов, погрязших в скандалах и рэкете

Правый сектор превращается в маргиналов, погрязших в скандалах и рэкете

правий сектор
Грозный Правый сектор, главный фетиш кремлевской пропаганды, имевший под своим крылом тысячи бойцов, потерял Дмитрия Яроша и превращается в маргинальную организацию.

Негромко говорящий бородатый мужчина с рядовой внешностью. Молчаливые ребята, скрывающие свои лица. В кино такие персонажи никогда не играют роли главных героев. Но в реальной жизни именно решительные юноши в балаклавах, с палками и щитами стали героями, превратив зимний Майдан в эпицентр настоящей борьбы с режимом Виктора Януковича. Мало кому известный Дмитрий Ярош и его группа, назвавшиеся Правым сектором (ПС), радикализовали протесты, что в результате заставило тогдашнего президента бежать из страны.

После этих событий слава так называемых правосеков пошла впереди их самих. Образ националистов, едущих на поездах и машинах в Крым и Донбасс, который массированно использовала кремлевская пропаганда, стал страшилкой всего “русского мира”. А кусочек картона — визитка Яроша — заставил трепетать многомиллионную телеаудиторию России.

ПС стал партией, а сам Ярош — депутатом и руководителем грозной силы: в ней состоит примерно 10 тыс. активистов, часть которых прошли тренировочные лагеря, а несколько сот человек — и реальные боевые действия на востоке Украины. И это несмотря на то, что боевое крыло правосеков — Добровольческий украинский корпус (ДУК) — власти так и не легализовали.

Но эта яркая и короткая история заканчивается пшиком.

Ведь пока на востоке бойцы ПС вершили большие дела, в тылу правосеки превратились в маргинальное собрание плохо управляемых группировок, слишком радикальных и погрязших в уголовщине.

Разброд и шатания привели к тому, что в конце 2015‑го Ярош покинул ПС. Уходя, прихватил с собой еще несколько сотен единомышленников, объявив о создании новой правой силы — Национального движения собственного имени.

Официальная причина раскола — идеологические расхождения. В отличие от бывших соратников, Ярош и его группа выступают против раскачивания лодки украинской государственности и называют насилие крайней формой сопротивления. “Пока не использованы все политические, мирные методы влияния на действующую власть, идти путем государственного переворота нельзя”,— заявил экс-лидер ПС.

Оставшиеся правосеки не прочь сходить путем госпереворота, но ушедший Ярош забрал с собой не только самых боевитых товарищей, но и средства. По прогнозам экспертов, если остатки организации продолжат действовать в прежнем ключе, ПС ждет маргинализация, запрет на деятельность со стороны властей и окончательный распад.

Фронт вне линии фронта

Последние несколько месяцев Правый сектор не покидает новостных лент. И неудивительно. Правосеки регулярно становятся участниками кровавых противостояний с использованием оружия. Причем не на линии фронта, а в тылу.

Последняя по времени криминальная история с участием ПС произошла в Закарпатье — 10 января пятерых членов организации задержали за драку с сотрудниками отеля Хата магната, расположенного на горнолыжном курорте Драгобрат. Власти обвинили правосеков в хулиганстве и незаконном обращении с оружием. В ПС заверили, что задержанные активисты — лишь жертвы нападения. Якобы владельцы базы отдыха — сепаратисты из Донецкой области, которые первыми применили силу против членов ПС. Власти же, как утверждают в организации, воспользовались ситуацией, чтобы в очередной раз устроить гонения патриотов.

За два года существования Правый сектор становился фигурантом подобных скандалов множество раз. А после ухода миролюбивого Яроша ситуация может еще больше усугубиться.

В ПС уже обещают, что больше с властями миндальничать не будут. Революция еще не окончена, говорит Андрей Тарасенко, лидер политического крыла ПС, и завершить ее в организации готовы любыми методами. “Смена Виктора Януковича на Петра Порошенко ничего не дала. Режим остался тем же. Его нужно свергнуть революционным путем, поскольку выборы ничего не дают”,— уверен Тарасенко.

После смены руководства в ПС засучили рукава. Готовят новую программу партии, массовые акции протестов вплоть до применения силы и будут продвигать идеи революции в народ, рассказывает Тарасенко. На замечание о том, что такая стратегия опасна для невинных людей, глава политического крыла ПС только усмехается. “Майдан месяцами стоял спокойно: светили фонариками, концерты смотрели. Но ничего не менялось. Изменилось все, когда стало опасно. Только тогда и возможны изменения”,— говорит он.

Впрочем, несмотря на революционный настрой, правосеки вынуждены признать, что при Яроше такие заявления звучали бы более угрожающе. Еще недавно организация могла поставить под штык до 10 тыс. бойцов, но после раскола эта цифра значительно уменьшилась, говорит пресс-секретарь ПС Артем Скоропадский.

Сколько людей ушло за Ярошем, а сколько осталось, ни одна из сторон разглашать не желает. У бывшего “провидныка” уверяют, что забрали с собой большинство правосеков. В ПС говорят о куда более скромных цифрах: мол, доля перебежчиков — не более 25–30%.

В любом случае потери ощутимы. За Ярошем ушли два главных боевых батальона ДУК — пятый и восьмой. Вместе с пятым батальоном ПС потерял и самую большую свою тренировочную базу, расположенную в Днепропетровской области. Кроме того, ряды организации покинул батальон полевой медицины Госпитальеры, а также руководство нескольких областных партийных организаций, в частности Донецкой, Днепропетровской, Львовской и Харьковской. В этих регионах формировать партийные структуры придется повторно.

“Мы выстраивали систему два года, чтобы все было контролируемо и понятно. Но выход Яроша и некоторых членов открыл ящик Пандоры,— сетует Тарасенко.— Пошла волна разногласий. Он сделал то, что врагам и было нужно”.

Чтобы стабилизировать ситуацию и вновь наладить структуру, понадобится не меньше месяца, прогнозируют руководители ПС.

Но на низовом партийном уровне в новых лидеров не слишком верят. Радикально настроенные рядовые члены ПС, с которыми пообщалось НВ, недовольны тем, что дальше митингов те не идут даже в самых смелых планах. “Они собрали активных людей и запретили им проявлять инициативу. Говорят о начале революции, а методов — ноль. Одни слова”,— негодует один из правосеков.

Помимо оттока кадров, ПС фактически лишился большинства источников финансирования, которые были завязаны на личных контактах Яроша. По данным источников НВ в окружении “провидныка”, прежде Правому сектору поступали средства от близких соратников миллиардера Игоря Коломойского — Бориса Филатова и Геннадия Корбана.

На самом краю закона

Финансовые проблемы, скорее всего, усугубят проблемы ПС с законом, которых и так в избытке. Официальные органы и различные активисты неоднократно обвиняли организацию в рейдерстве и других уголовных действиях. А видные правосеки не единожды попадали на скамью подсудимых. На счету ПС и участие в нескольких масштабных столкновениях, смахивающих на локальные вооруженные конфликты,— наподобие тех событий, что произошли в Мукачево летом прошлого года.

Тогда в Закарпатье развернулась война за контрабандные потоки. В ПС заявили, что хотели положить конец незаконному товарообороту на границе. Однако, по версии властей, организация всего лишь собиралась потеснить местных авторитетов и получить свою долю на рынке контрабанды.

Часть правосеков, замешанных в перестрелке, тогда ушли в леса, а после они перебрались на восток, на фронт.

ЕЩЕ ПОВОЮЮТ:
Андрей Тарасенко уверен, что ПС должен
свергнуть нынешний режим революционным путем,
потому что выборы ничего не дают

Андрей Тарасенко, лидер политического крыла Правого сектораИсточники в окружении Яроша утверждают, что именно криминал в ПС стал негласной причиной раскола. Впрочем, собеседники НВ среди нынешнего руководства организации говорят, что не вполне законные виды заработка существовали и раньше. Причем Ярош этому не противился. “Людям на местах руководство так и говорило: “Денег нет. Ищите варианты”,— рассказывает источник НВ.— Если это игорный бизнес или бордель, который крышует милиция, нет ничего плохого в том, чтобы взять эти деньги и потратить их на революцию”.

Уход Яроша ослабляет четкую координацию ПС на всех уровнях, что лишь усугубляет риск роста преступности. Внутренняя организация ПС хромала и при “провидныке”, но после раскола ситуация стала критической. “В отличие от ВО Свобода, у ПС никогда не было жесткой иерархичной структуры. Это была конфедерация региональных групп с высоким уровнем автономии каждой,— поясняет Владимир Фесенко, глава Центра прикладных политических исследований Пента.— Фактически Правый сектор — это проявление современной махновщины, только у них больше нет своего Махно”.

Национализм, замешанный на анархии, уже дал свои плоды. На данный момент в ПС насчитали около 50 своих представителей, которые пребывают в местах лишения свободы. Еще несколько человек погибли при задержании, в том числе и наиболее радикальные активисты, например Олег Мужчиль (позывной Лесник).

В ПС ждут, что власти еще больше усилят давление на организацию. В январе Генпрокуратура пригрозила провести масштабные проверки правосеков, а Министерство внутренних дел создает специальный отдел по контролю за радикальными организациями.

Начиная с событий в Мукачево, критика ПС не смолкает на всех уровнях. “Общественность должна четко понять, кто патриот и герой, а кто, просто нацепив камуфляж и нашивки ПС, занимается откровенным криминалом”,— негодует Геннадий Москаль, глава Закарпатской облгосадминистрации.

Правосеки в итоге могут столкнуться и с настоящими репрессиями. “Если будет еще несколько таких громких конфликтов, как на Драгобрате или в Мукачево, ПС может стать запрещенной организацией”,— предостерегает Анатолий Октисюк, старший аналитик Международного центра перспективных исследований.

И Ярош с ними

В Службе безопасности Украины (СБУ) о ПС отзываются сдержанней. Отчасти потому, что, как признают в ведомстве, Ярош близко контактирует со спецслужбой.

Юрий Тандит, советник главы СБУ, уверяет, что даже в нынешнем виде ПС угрозы не представляет. Вопросы вызывает лишь наличие нелегального оружия и преступная деятельность. Ведь если у правосеков остается возможность перемещать “стволы” из Донбасса по Украине, есть риск, что оно будет использовано. “Мы не говорим, сколько такого оружия в стране, чтобы не пугать людей”,— объясняет Тандит и уточняет, что дело не в количестве нелегальных автоматов или пистолетов, а в умении СБУ оградить мирное население от этой опасности. Пока, мол, спецслужба контролирует ситуацию.


Нынешний Правый сектор стал слишком радикальным даже для основателя Дмитрия Яроша

СЛИШКОМ РАДИКАЛЬНЫЕ: Нынешний Правый сектор перестал устраивать Дмитрия Яроша, и он покинул организацию ради нового движения

Александр Скипальский, бывший заместитель главы СБУ, вообще предостерегает от чрезмерной критики националистических организаций. По его словам, вся проблема — в отсутствии законодательной базы, которая регламентировала бы существование военизированных общественных движений, подобных ПС. В перспективе добровольческие организации нужно интегрировать в силовые структуры, полагает эксперт. “Серую массу пророссийских силовиков и коррупционеров нужно вычистить [из спецслужб] и заменить патриотичными людьми,— говорит Скипальский.— Но это невыгодно преступникам, казнокрадам и коррупционерам при власти”.

В СБУ действительно пытались привлечь активистов ПС в свои ряды. В прошлом году там провели набор правосеков на службу, но все проверки прошли не более 50 человек. А в ряды спецподразделения Альфа вообще попали единицы.

Правое дело

В сравнении с бывшими соратниками, у Яроша с его новой силой проблем куда меньше. У новорожденного движения уже есть военное крыло, а в ближайшее время появится собственная партия. В отличие от ПС, это будет структура вождистского типа и более широких взглядов. “Мы будем принимать патриотов, необязательно националистов. Националистов мы будем из них воспитывать в своем кругу”,— говорит Елена Белозерская, близкая соратница Яроша, покинувшая ПС вслед за ним.

Источники финансирования партии не разглашают, но эксперты допускают, что начинание Яроша могут поддержать его давние политические приятели — бывший глава СБУ Валентин Наливайченко, а также Филатов и Корбан. Впрочем, Белозерская утверждает, что подобных договоренностей пока нет.

Светлого будущего новому детищу Яроша эксперты не прогнозируют. Среди правых сильная конкуренция: в этой нише уже обосновались Радикальная партия Олега Ляшко, УКРОП Корбана и ВО Свобода. А националистический электорат в стране — это не более 15%, говорит Октисюк.

Тот же Правый сектор уже участвовал в парламентских и президентских выборах 2014 года, но в обоих случаях результат оказался провальным. Тогда Ярошу удалось стать депутатом лишь благодаря выдвижению по мажоритарному округу в Днепропетровской области.

Сейчас главное для “провидныка” — не потерять с трудом набранные политические баллы. “Для Яроша основная задача — дистанцироваться от ПС. Он самоустранился и выбрал путь политического дрейфа,— полагает Октисюк.— После всех конфликтов с властью любые ассоциации с ПС несут куда больше рисков, чем политических дивидендов и перспектив”.

Как бы ни сложились судьба бывшего и нынешнего проектов Яроша, рядовым националистам от всех пертурбаций будет даже лучше. В этом уверен Дмитрий Корчинский, публицист и лидер правой партии Братство. В прошлом он имел богатый опыт создания радикальных движений, в том числе и УНА-УНСО.

Крупные националистические силы, по его мнению, неэффективны, поскольку вынуждены 99% усилий тратить на поддержание внутренней стабильности, а не на боевую деятельность. А она, мол, и есть суть подобных организаций.

Когда исламисты пытаются играть в выборы, они всегда проигрывают. Зато их профильная деятельность — джихад — работает безотказно, считает Корчинский. “Политика и выборы — от лукавого: нормальным парням остается молиться и стрелять”,— добавляет он.

Сам Корчинский, сойдя с политической сцены, этим и занимается — в составе одного из добровольческих батальонов служит в районе Мариуполя.

Его судьба может стать одним из вариантов будущего Яроша. Вторым, по мнению экспертов, является путь Олега Тягныбока, лидера Свободы, сменившего экстремизм на партийную деятельность. Пока у Яроша есть пространство для маневра.

“Не думаю, что это [новый проект экс-лидера ПС] игра Яроша. Это игра того, кто собирается спонсировать более цивилизованный вариант ПС во главе с известным лидером, а затем получить от этого выгоду”,— полагает Фесенко.

Материал опубликован в НВ №3 от 29 января 2016 года



загрузка...

Читайте також

Коментарі