У Путина в запасе два года?

У Путина в запасе два года?

Англоязычная пресса продолжает следить за курсом рубля и состоянием российской экономики. The Washington Post ищет ошибки властей, The New York Times сосредотачивается на экономических протестах россиян, другие издания публикуют прогнозы на будущее. Сразу два эксперта — российский и зарубежный — считают, что у российского руководства остается два года на решение проблем. Но контекст у этих высказываний разный.

«Кудрин говорит, что Россия может два года пользоваться запасом социального спокойствия», — сообщает в заголовке Bloomberg. Журналистки Ольга Танас и Анна Адрианова цитируют интервью экс-министра финансов РФ в Давосе. «У нас в запасе два года, когда настроения в обществе будут стабильными, — сказал он. — Социальные протесты все еще есть, они нарастают, но не превращаются во что-то бесконтрольное».

«В 2017 году возможен выход из рецессии, если существенно не изменятся некие геополитические обстоятельства, цены на нефть, санкции», — отметил Кудрин.

Со своей стороны, Business Insider выносит в заголовок слова геополитического эксперта Джорджа Фридмана: «У Путина есть два года на то, чтобы удержать Россию от распада».

В интервью Mauldin Economics Фридман говорит, что обвал цен на нефть «опустошает» российский бюджет. По его оценкам, через два года экономические силы начнут разрывать Россию на части, совсем как СССР в 1991-м.

Фридман исходит из того, что Москва недавно решила приостановить финансовую помощь зарубежным странам в форме кредитов. В результате Россия может потерять влияние, а ее бывшие клиенты обратятся за помощью к США.

Тот факт, что Путин не скрывает этот шаг от населения, указывает, что бюджет и впрямь в отчаянном положении, рассуждает Фридман.

«О-хо-хо, Путин: похоже, вашей валюте никто не доверяет» — так озаглавлена статья в The Washington Post. Обозреватель Мэтт О’Брайен полагает: «Россия стала жертвой двух классических просчетов», а именно: она не вняла правилам «никогда не ввязывайтесь в наземные войны в Азии» и «никогда не верьте, что бизнес на экспорте нефти может заменить настоящую экономику».

По мнению обозревателя, у России «почти нет экономики, кроме бизнеса на экспорте нефти». «Замедление темпов роста в Китае означает, что спрос на нефть снизился, но еще важнее, что нефть в переизбытке», — говорится в статье. Даже если добытчики сланцевой нефти прекратят добычу, цены восстановятся максимум до 60 долларов за баррель, считает автор. Поэтому у России дела все равно будут плохи.

Российские чиновники заявили, что России, возможно, придется сократить добычу нефти ради повышения цен. «Тем самым она признает поражение в холодной войне с Саудовской Аравией и уступит ей свою долю на рынке», — считает автор.

За последние два года рубль ослаб к доллару США почти на 60%, продолжает О’Брайен. Все дело в нефти. У российских компаний меньше долларов на конвертацию в рубли, то есть спрос на рубли падает. А простые россияне решают, что лучше хранить сбережения в долларах.

«Для Москвы это «красная черта». Ничего, если рубль падает, но плохо, если рубль обваливается. Дело в том, что валюты не могут функционировать, когда к ним нет доверия, и подобный обвал уничтожит все, что осталось от рубля. В результате российские компании останутся с долларовыми долгами, которые станет гораздо труднее погашать, поскольку им платят в рублях, не стоящих почти ничего. Это будет общенациональное банкротство», — говорится в статье.

«Хорошо еще, что сейчас таких событий не происходит. Но плохо, что рубль падает так быстро, что это выглядит возможным», — пишет автор. Обозреватель ожидает, что России, возможно, придется потратить часть резервов на поддержание рубля и даже обложить налогом тех, кто выводит деньги за границу.

«Падение рубля продолжится, пока падает нефть. Будь то в 1986-м, 1998-м или 2016-м, мощь российской экономики измеряется ценой барреля нефти. Иными словами, сейчас мощь не очень велика», — заключает автор.

По мнению обозревателя, то, что доходы простых россиян в 2015 году упали на 9%, если учесть инфляцию, — «дурной знак для Путина».

«С падением цен на нефть растет беспокойство россиян», — замечает в заголовке The New York Times. Корреспондент Нил Макфаркуар приводит в пример супругов Титовых. В прошлом году финансовое положение Сергея и Виктории, немолодых преподавателей музыки из Краснодара, пострадало. «Зарплата Виктории, выплачиваемая государством, была сокращена на треть, и из-за разгула инфляции супругам стали недоступны некоторые основные продукты питания, например огурцы и баклажаны», — говорится в статье.

Затем с 1 января администрация Краснодара решила отменить субсидии на проезд для пенсионеров. На позапрошлой неделе возмущенный Сергей участвовал в несанкционированной демонстрации. Сотни пожилых россиян собрались на главной площади Краснодара и скандировали: «Верните наши льготы!»

«В России все чаще происходят незаконные акции протеста и «дикие забастовки» дальнобойщиков, учителей, фабричных рабочих и россиян из разных слоев, столкнувшихся с резким сокращением госбюджета, которое вызвано снижением доходов от нефти и газа», — отмечает Макфаркуар.

Обвал цен на нефть перекраивает экономические отношения во всем мире, но для России эти перемены особенно страшны: федеральный бюджет на 50% зависит от экспорта энергоносителей, пишет газета.

Поскольку бюджет на 2016 год был сверстан, исходя из 50 долларов за баррель нефти, министр финансов Силуанов объявил, что Россию ждет бюджетный дефицит в размере 40 млрд долларов, и министерствам велели урезать расходы на 10%.

По официальной статистике, в прошлом году цены на продукты выросли на 20%, но россияне часто говорят, что их расходы на продукты поднялись на треть, если не больше. «Отчасти причина — в контрсанкциях, которыми Москва обложила импорт западных продуктов в отместку за западные санкции, введенные из-за Украины», — говорится в статье.

По данным издания, в Краснодаре «около 100 рабочих Станкостроительного завода имени Седина целый год не видели зарплаты, а недавно получили извещения об увольнении. Они тоже иногда собирались на главной площади, требуя погасить долги по зарплате».

Журналист отмечает: «По традиции, идущей с советских времен, большинство фирм и в особенности госкомпании склонны сокращать рабочий день или приостанавливать выплату зарплат вместо того, чтобы увольнять людей. Это делается, чтобы уменьшить вероятность социальных волнений».

«В среду в Москве около 15 сотрудников «Сбарро» — сети пиццерий, базирующейся в Огайо, — стояли в лютый мороз у одного из заведений, работающих по франшизе. Они держали транспаранты «Отдайте нам наши деньги». Несколько человек сказали, что им не платят как минимум три месяца», — говорится в статье.

По-видимому, на данный момент основная стратегия властей — сокращение расходов и опора на резервы в ожидании, что цены на нефть повысятся.

«Участие России в войнах на Украине и в Сирии усугубило общий водоворот беспокойства: на государственных каналах обсуждается вероятность мировой войны. Некоторые аналитики утверждают, что Кремль намеренно ищет себе заграничные авантюры, чтобы отвлечь людей от невзгод отечественной экономики», — пишет Макфаркуар.

«Многие аналитики ожидают, что россияне, как они всегда делают в трудные времена, притаятся, станут возделывать свои огороды и пережидать беду. Другие говорят, что россияне привыкли к выросшему уровню жизни и станут протестовать против его утраты», — говорится в статье.

источник: Инопресса



загрузка...

Читайте також

Коментарі