«Страна-дауншифтер» ищет вакансии. Готов ли Путин потратить часть своего рейтинга на экономические реформы?

Как российская экономика, о поражении которой в глобальной конкуренции заявил глава Сбербанка Герман Греф, собирается искать резервы для стабилизации и роста.

На Гайдаровском форуме случился крупный скандал. Руководитель Сбербанка Герман Греф заявил о том, что Россия стала страной, проигравшей в глобальной конкуренции. Будущее, по мнению Грефа, наступило слишком быстро, так что бывшая «энергетическая сверхдержава» не успела к нему адаптироваться. Греф признался, что подумал об этом, когда впервые сел в американский электромобиль Tesla. По его словам, технологический разрыв между ведущими экономиками и отстающими странами может оказаться сегодня больше, чем в эпоху индустриальной революции конца XVIII века. И единственный шанс побороться за будущее — это изменение всей государственной системы и всех социальных институтов начиная с системы образования, которая сегодня не только неэффективна, но и работает исключительно на экспорт талантов. Греф также охарактеризовал Россию как страну-дауншифтера — последний термин обычно указывает на человека, отказавшегося от карьеры и конкуренции ради «жизни для себя».

Заявление Грефа вызвало множество комментариев. Большинство российских чиновников опровергают его слова и призывают к умеренному оптимизму. Вице-спикер Госдумы Николай Левичев потребовал сделать организационные выводы — по его мнению, Греф должен теперь уйти в отставку. Как эксперты оценивают перспективы российской экономики в 2016 году?

Хуже, чем в 1998‑м?

«Мы и близко не наблюдаем того, что творилось в экономике в 1998 году», — заявил премьер-министр Дмитрий Медведев. Многие экономисты скептически относятся к такой оценке нынешних событий. Хотя сегодня о государственном дефолте речи не идет, у российской экономики не просматривается будущего, а более тревожный знак для страны представить себе трудно.

«К 1998 году все самые тяжелые структурные реформы, пусть и другого рода, чем нам требуются сейчас, были уже проведены. Не было санкций, цикл низких цен на нефть заканчивался. Сейчас же все только начинается», — говорит директор Института стратегического анализа ФБК Игорь Николаев.

Экономическая ситуация 1998 года была намного лучше, чем сейчас: девальвация позволила задействовать свободные советские мощности и резко увеличить конкурентоспособность производства, добавляет директор Банковского института НИУ ВШЭ Василий Солодков. «Сейчас эти мощности развалились или оказались распилены, в стране абсолютно страшный инвестиционный климат: в 2016 году ожидается отток капитала еще на 50 миллиардов долларов. В таких условиях никакого роста производства, конечно, не будет».

В 2016 году продолжат действовать западные санкции, несмотря на некоторый отход этой темы в тень. «По прошлому году влияние санкций на сокращение поступлений валюты в страну примерно равноценно влиянию падения цен на нефть, хотя наши руководители обращают внимание именно на нефтяные котировки. За счет более быстрого погашения внешнего долга мы потеряли 70 миллиардов долларов», — объясняет замдиректора института «Центр развития» НИУ ВШЭ Валерий Миронов.

Перспективы экономического роста — вот та линия, по которой проходит главное различие между нынешним кризисом и кризисом конца 1990‑х. «В этом плане на этот раз нам будет тяжелее, — говорит Николаев. — И по глубине кризис будет тяжелее, просто он будет выглядеть не как кратковременное резкое падение с последующим отскоком, а как длительное и чувствительное погружение». В общей сложности, по прогнозам ФБК, рецессия продлится 4—5 лет, то есть как минимум до 2018 года. В этом году нас ждет спад на 2—3% ВВП, по другим прогнозам — на 3—4%.

Экономика продолжает отыгрывать падение цен на нефть, которое, кстати говоря, пока не торопится заканчиваться. «Еще в 2011—2012 году расчеты ЕЦБ показали, что рост цен на нефть на 10% дает 1,27% прироста российского ВВП. Если зеркально отразить снижение цен на нефть, взяв хотя бы 50%, то кумулятивно шок должен дать сокращение ВВП на 8%», — говорит Миронов. Затяжная стагнация, которая еще недавно была главным страхом экономистов, сегодня кажется чересчур оптимистичным сценарием.

С 2014 года кризис успел проникнуть во все сектора экономики. Девальвация немного сгладила удар в отдельных отраслях — в химической, фармацевтической, пищевой, — но в ключевых сферах — машиностроении, строительстве, в сфере услуг царит тоска, говорит Николаев. Нестабильно выглядит банковская система: госбанки получают рекордно низкую прибыль или вовсе терпят убытки, говорит Солодков:

«Серьезный кризис в банковском секторе уже начался: за год отозвано более 10% лицензий участников рынка, волатильность процентных ставок и валютных курсов зашкаливает. Налицо и банковский кризис, и валютный кризис, и сейчас вот подбирается финансовый кризис в связи с падением цен на нефть и доходов бюджета».

Следствием перечисленных проблем в текущем году может стать банкротство одного из системообразующих банков, которое вызовет масштабную панику среди вкладчиков. «Вероятность такого расклада довольно-таки существенна: крупное падение цен на нефть создает такие риски, которых нет даже в стресс-сценариях Центробанка», — объясняет Миронов из ВШЭ.

Без денег в казне

Из макроэкономических параметров наибольшие опасения вызывает состояние федерального бюджета, буквально трескающегося от многочисленных диспропорций. «Я бы ориентировался на то, что дефицит бюджета в текущем году не превысит 5%. Но это не значит, что ничего страшного не происходит. Бюджет останется дефицитным и на 2017 год, когда с учетом ограниченности источников покрытия дефицита проблемы с балансированием будут еще более сложными», — считает Игорь Николаев из ФБК.

Внутренние источники заимствования крайне ограниченны, внешние — фактически закрыты. Сводить концы с концами федеральной казне могло бы помочь дальнейшее обесценивание рубля, но около 1/3 потребительской корзины по-прежнему состоит из импортных товаров, а разжигать инфляцию власти не хотят. Остается, по большому счету, только дальнейшее урезание расходов и использование накопленных резервов.

В этом году мы увидим противостояние между Минфином, придерживающимся политики жесткой экономии, и другими ведомствами, отчаянно цепляющимися за свои тающие бюджеты. «Возможности тут очень ограниченны: за короткое время реализовать сокращения, скорее всего, не удастся — это очень болезненно. Но секвестра на 10% явно не хватит», — полагает советник по макроэкономике «Открытия-брокер» Сергей Хестанов.

Резервный фонд, с другой стороны, будет исчерпан уже в 2016 году, затем будет вскрыт и ФНБ, полагает Николаев. «Я допускаю, что до 2018 года в резервах что-то останется — будут нещадно резать расходы. Причина здесь чисто политическая — нужно продержаться до выборов весной 2018 года, к которым уже все будет потрачено».

Другой возможный источник пополнения федерального бюджета — частичная приватизация. Но низкая цена российских активов и нежелание отдавать контроль над «Газпромом» или «Роснефтью» будет стимулировать правительство к тому, чтобы сначала расходовать ликвидные запасы, считает Миронов. К тому же кризисная ситуация в экономике снижает спрос на отечественные активы, поэтому реальных возможностей привлечь большие деньги через этот инструмент у государства нет, сходятся эксперты.

Вариант с запуском печатного станка, несмотря на все более настойчивые предложения, по-прежнему кажется радикальным. «Эмиссия без включения ограничений на движение капитала вряд ли к чему-либо приведет. Иначе мы переходим к мобилизационной плановой экономике, а это уже совсем другой разговор», — поясняет Миронов. Но если проблемы с бюджетом продолжат неконтролируемо нарастать, после 2018 года можно ожидать чего угодно.

«Дефицит — это ситуация, когда государство не может выполнить свои обязательства. Ярче всего это выражается в виде задержки пенсий, зарплат бюджетников. Дефицит в 3% — это критическая величина: в этих пределах бюджет остается устойчивым и управляемым, а как только отметка превышена, риски сильно возрастают», — объясняет Сергей Хестанов. Власти постараются принять все возможные меры, чтобы удержать дефицит в допустимых пределах, но если цены на нефть еще долго продержатся ниже $30 за баррель, он поднимется значительно выше 5%.

Стрессовый сценарий

Можно бесконечно говорить о долгожданном освобождении от сырьевой ренты, но любая экономическая аналитика в российском контексте рано или поздно упирается в прогноз о состоянии рынка энергоносителей. Базовый сценарий на следующий год, по оценкам экспертов, колеблется где-то вокруг диапазона в $30—40 за баррель. Но в ближайшем будущем в игру вернется Иран, и точную реакцию рынка на это предсказать пока невозможно.

«Иран до введения санкций в 2012 году имел поставки в Европу, затем его долю заняли Саудовская Аравия вместе с Россией. Теперь война скидок практически неизбежна. Огромная интрига заключается в том, какие именно скидки сможет предложить Иран», — объясняет экономист Сергей Хестанов. Есть основания для определенных оценок: некоторые страны, например Китай, не поддержали санкции против Ирана, но покупали его нефть с дисконтом, который доходил до 50%, говорит эксперт.

В предельном варианте эта оценка предполагает возможность снижения стоимости нефти в 2 раза — до $14,5 за баррель, если исходить из сегодняшних цен. Для государства это катастрофический сценарий — при таких ценах нефтедобывающие компании освобождаются от налоговой нагрузки, а бюджет лишается значительной части поступлений. При этом проблемы возникнут и у самих производителей: большая часть базовых месторождений давно вошла в фазу старения, рентабельность на них постоянно снижается.

Неизвестно, насколько агрессивным будет демпинг Ирана, но нельзя исключать и такой вариант, считает Хестанов: «За годы эмбарго Иран сильно изголодался по валюте. Он готов рваться на внешний рынок, быстро наращивая экспорт: сначала до 500 тысяч баррелей, через какое-то время — еще на миллион». При определенном раскладе это будет означать двукратное увеличение дисбаланса между спросом и предложением.

Периферия нормального мира

В социальной плоскости дела обстоят не лучше: падение уровня жизни в текущем году продолжит набирать обороты. Реальные располагаемые денежные доходы сократятся на 10% против 5% в 2015 году, также ускорится падение реальных зарплат, прогнозирует Николаев. Ключевыми факторами станет индексация пенсий значительно ниже уровня фактической инфляции, а также более жесткая политика бизнеса — затяжной характер кризиса вынудит работодателей более решительно идти на сокращение издержек.

С точки зрения населения, главный риск — по-прежнему инфляция, считает доктор экономических наук Евгений Гонтмахер. Рост цен ощущается людьми гораздо более значительно, чем говорит нам официальная статистика. Второй момент — это то, что происходит с социальными льготами населению, особенно на местном уровне.

«В 2016 году социальные факторы перекрывают макроэкономику. Если подходить к вопросу чисто бухгалтерски, то бюджет можно и ополовинить — срезаешь все расходы — и до свидания. Но текущий год будет годом очень большого социального напряжения. В организованные движения все это не выльется, но постоянные локальные всплески, как мы видели в Краснодаре, где на улицы вышли пенсионеры, или у дальнобойщиков в прошлом году, будут заметно усиливаться», — прогнозирует Гонтмахер.

Эксперты признают, что ключ к реформам сегодня находится в руках единственного человека. Готов ли Путин потратить на них часть своего рейтинга? «Я в этом сильно сомневаюсь, — говорит экономист. Степень запущенности страны очень высокая, деградация жизни идет быстрее, чем расходуются резервы. И если подождать до президентских выборов, может быть уже поздно — цена за реформы будет просто запредельной». А это означает, заключает эксперт, что при бездействии властей мы уже через год бесповоротно отстанем от развитых стран и превратимся в дальнюю окраину нормального мира.

автор: Арнольд Хачатуров, источник: Новая газета

Рекомендуємо прочитати

Вирус-вымогатель WannaCry нанес ущерб более чем на $1 млрд и принёс создателям доход в сумме $116,5 тыс

Компания KnowBe4, занимающаяся вопросами информационной безопасности, оценивает ущерб от вируса-вымогателя WannaCry (он же WannaCrypt) более чем в $1 млрд всего за первые 4 дня с начала его распространения....

Це може бути цікавим

Соцсеть "Вконтакте" впервые ответила на блокирование сервиса в Украине

Пресс-служба украинского представительства "Вконтакте" впервые отреагировала на блокирование социальных сетей на территории Украины....

загрузка...

Схожі публікації

Дивіться, що пишуть

На Харківщині спіймали проросійського кримінального авторитета

На Харківщині співробітники Служби безпеки України спільно з Нацполіцією затримали учасників міжрегіонального злочинного угруповання, які погрозами та насильством «віджимали» майно громадян....