Эксперт рассказал о дилемме «особого статуса Донбасса»

Эксперт рассказал о дилемме «особого статуса Донбасса»

Каким будет 2016 год?

2016 год стартовал с заявок позиций Путина и Обамы. Интервью Путина «Бильд» — это повестка на будущий год, суть которой в продолжение гибридного противостояния с Западом. Выступление Обамы в Конгрессе имело больше ретроспективный и констатирующий характер, учитывая завершения срока президентства. Но поскольку симптоматика гибридности как раз состоит в том, что риторика доминирует над смыслами, то фокус выступления сместился с позиции к словам и выражениям. Иначе говоря, главное – не о чем говорил, а в какой риторике говорил.

Конфликт риторики, а не смыслов – это и есть топливо для пролонгирования гибридной ситуации в мире в целом, которую можно назвать как «война с миром и мир с войной». Слишком большая увлеченность темой «гибридности», игра с риторикой «гибридности» во многом спровоцировала тупики по основным векторам международной политики политики. Или другими словами, гибридность и есть источник тупика. Выход из гибридности будет означать выход из тупика.

А теперь о нескольких основных темах/тенденциях на 2016 год.

1. Основным очагом внимания будет Европа.

Во Франции и Германии скоро президентские и парламентские выборы. Хотя для самих европейцев основные проблемы внутренние, тем не менее заретушировать неэффективную внутреннюю политику, лидеры этих стран будут стараться успехами во внешней политике. Это значит, что для Олланда и Меркель будут две основные предвыборные темы: внутренние вызовы – мигранты, терроризм, внешние вызовы: Россия – санкции, Украина – Минский процесс.

Здесь Меркель и Олланд заинтересованы в игре с Путиным. Впрочем, также в этой игре заинтересован и российский президент. Однако если для Меркель и Олланд– это серьезная игра на свое политическое будущее и стабильность своих стран, то для Путина – Германия и Франция не геополитические игроки, в отличие от США. С европейскими лидерами можно решать вопросы торговли, бизнеса, культуры, но вопросы безопасности, военных балансов, терроризма – нет.

Но Путин будет продолжать игру, поддерживать их лидерство, при этом одновременно играя на его ослабление. Здесь основная роль отводится усилению правых партий в Европе. И хотя эти партии вряд ли возьмут власть (институциональные предохранители работают), но стать силой, которая влияет и давит на политический курс правящей партии, вполне смогут.

Цель этой игры состоит в том, чтобы поддерживать в Европе слабое лидерство Германии и Франции и одновременно не допустить появления новых лидеров с геополитической повесткой. Пока рано говорить что-то определенное, но кандидаты на такое лидерство уже есть – Британия и Польша. На европейской карте они пока что выделаются тем, что позволяют в своей внешней политике вставлять геополитические маркеры, чего другие европейские страны стараются избегать.

2. Новые союзы и новые расколы в фокусе геополитики

Еще одна симптоматика интервью Путина: он ставит правильные риторические вопросы, но концептуально на них сможет ответить Запад. Как говорится, ирония гибридности.

Путин говорит, что не был преодолен раскол Европы. Политически как раз Европа преодолела раскол, создав политический союз равных государств. Но географически Европа осталась расколотой. А российский президент как раз оперирует географией. Отсюда собственно гео-политика Путина.

Политический/гео-политический кризис в мире заключается в том, что большие союзы не работают: расширение ЕС, как и расширение ЕАЭС зашло в тупик. Большие союзы работают только в плане экспансии, а это, в конечном счете, приводит к расширению конфликтов интересов между отдельными странами и союзами. Если посмотреть на ЕС, то лидеры – Германия и Франция уже не тянут союз, а небольшие игроки – та же Италия, Испания, не говоря уже о небольших странах – не дотягивают до самостоятельного лидерства. Поиск ответа на вопрос о новых формах союзов и альянсов – вот концептуальная задача для Запада и повестка на ближайшие годы.

В итогах 2015 года уже упоминалось (ниже в ленте), что 2016 год будем годом переосмысления и переформатирования оборонных стратегий государств. Появились первые наметки на создание региональных оборонных щитов — Турция, Грузия, Азербайджан; Польша Украина, Балтия. Возникнут ли на этой основе торговые союзы – вопрос для дискуссии. Но пример Украины показал, что торговый союз с ЕС без оборонного союза или щита привел к войне с соседним государством.

3. Украина — Россия — Минск

Европа и Россия будут продолжать давить на Украину по выполнению Минска. Отсюда собственно и показное, но одновременно неофициальное прибытие Грызлова в Киев, которое было больше для Меркель и Олланда. Навязанный Россией конфликт в Украине кажется всем игрокам как такой, который проще и легче урегулировать. Но парадокс как раз в том, что искусственно созданный конфликт оказывается на деле совсем неуправляемым. Игра в гибридность множит тупики, а не открывает развилки.

Основным вопросом в рамках Минска остается два: голосование по Конституционной реформе (с особым статусом для ОРДО и ОРЛО) и вопрос закрытия украино-российской границы.

Дилемма собрать голоса за Конституцию в том, что в нынешней Раде голосование проблематично, но и перевыборы могут сделать его невозможным. Прошедшие местные выборы показали, что партии на базе экс-ПР утратили влияние на «своего» избирателя, который в условиях войны «ушел» в абсентеизм. Хотя благодаря админресурсу они еще смогли выйти на первые позиции. Но если админресурс еще жив, то уже неэффективен. На Востоке и Юге страны идет рост новых политических сил, которые не запрыгнули во власть после Майдана, а пошли электоральным путем.

Дилемма «особого статуса Донбасса» состоит в том, как политический вопрос перевести в юридически-правовой. И решения этого вопроса нет. Часть Донбасса, впрочем как и Крым – это ресурсо- и инфраструктурно зависимые территории от условного центра. Поэтому они не дотягивают до институциональной легитимности автономии/особого статуса, а отсюда проваливается все разговоры про федерализацию.

Вопрос о границы сейчас переведен на первые позиции. Но найти здесь компромисс невозможно. Если Порошенко пойдет на выборы без закрытой границы, то поставит себя под политический и электоральный удар общества. Но и Путин уязвим при всей его неуязвимости. Если он пойдет на перекрытие границы до выборов, то он тоже попадет под удар «русского мира». Разрыв границы, который поначалу казался не таким важным (Путин – «границы не важны»), в дальнейшем становится вопросом политического выживания украинских и российских элит, заигравшихся в гибридность.
Главным вопросом украино-российских отношений будет оставаться – сепарация и суверенизация от России. Этот вопрос не был решен войной, хотя война такие вопросы и призвана решить. Общество как раз сепарировалось в результате войны, неся на себе все ее тяготы. А вот украинская элита от российской не сепарировалась, прибегнув к форме АТО.

Поэтому вопрос роста и укрепления новой украинской элиты – вопрос номер один на ближайшие годы.

Это вопрос как повестки ближайших выборов, так и будущего Украины.

автор: Вадим Карасев



загрузка...

Читайте також

Коментарі