Опасный поворот направо. Почему Восточная Европа превращается в Россию

Опасный поворот направо. Почему Восточная Европа превращается в Россию

На днях влиятельное немецкое издание Der Spiegel опубликовало статью под названием Европа и правый поворот в Варшаве: плохая шутка про поляков. В ней обозреватель Якоб Аугштайн жестко раскритиковал польское правительство, сформированное после выборов осенью 2015 года. Поводом послужило принятие в Польше двух законов, один из которых ограничивает полномочия Конституционного суда, а другой «лишает независимости» общественно-правовое вещание.

Автор сравнивает нынешнюю политическую ситуацию в Польше с венгерской, где у власти находится правый премьер Виктор Орбан, открыто симпатизирующий Путину. «Сначала Венгрия, теперь Польша. Восточная Европа становится все сильнее похожа на Россию: авторитарная, узколобая, расистская. Достаточно ли у Европы времени, чтобы дожидаться модернизации отстающих? Или нам нужен новый союз — без участия Востока?», — заключает Аугштайн.

О том, почему Восточная Европа склоняется к авторитарным правым тенденциям, какое положение при этом занимает Украина и почему заявление немецкого издания о «узколобости и  расизме» Востока само является расистским Соцпорталу рассказал политолог, активист «Соціального руху» Денис Пилаш.

Наступление консервативно-клерикального мракобесия в Польше — лишь закономерный результат тенденций, общих для стран бывшего «социалистического лагеря» в центре и на востоке Европы. В условиях беспощадного внедрения капитализма (разной степени дикости) после травматического опыта сталинизма и зависимости от диктата СССР в этих странах образовался идеологический вакуум, который заполнила гегемония правых идей. Это означает, что граждане вынуждены выбирать между правыми национал-консерваторами, крайне реакционными в социальных и культурных вопросах, и неолибералами, стоящими в экономике на позициях рыночного фундаментализма (например, приватизации всего и вся, вплоть до образования и медицины) — причем последние, увы, часто выступают под вывеской «левоцентристов» и «социалистов».

В крайней форме эта тенденция воплотилась в Венгрии, где власть крепко держит партия «Фидес», установившая, пожалуй, самое консервативное, авторитарное и ксенофобное правительство в ЕС.

Ее премьер Виктор Орбан заявлял, что его стране не нужны ни либеральная демократия, ни социальное государство. Понижая налоги для бизнеса и разрушая социальную сферу, его правительство одновременно без зазрения совести прибегает не только к националистическим лозунгам, но и к социальной демагогии – и это удается у него куда лучше, чем у беспомощной и раздробленной оппозиции, формально левой, но экономически еще более правой, чем власть. В итоге, всевластию «Фидеса» ничего не угрожает – кроме совсем ультраправой партии «Йоббик», рейтинг которой держится на уровне 20%. И «Фидес», и «Йоббик» не скрывают, что им ближе путинская авторитарная модель.

Сейчас польское правительство «Права и справедливости», похоже, взяло курс на венгерский сценарий – отличия разве что в том, что у католической церкви в Польше власти еще больше, а историческая память и недавняя Смоленская трагедия делает польских националистов заклятыми врагами Москвы. Хотя, у того же Орбана идеологическая близость к Путину перевесила антироссийские настроения его собственной среды.

Вместе с тем, проклятия в адрес всех восточноевропейских стран со стороны западных либералов, провозглашающих целые народы обреченными на «узколобость» и «расизм», сами являются расистскими.

С правым популизмом и ксенофобией в большинстве стран «старой Европы» проблем не меньше, чем в «Европе новой»; просто в последней они обостряются низшим уровнем благосостояния и большим неравенством. Нам в Украине эти государства обычно ставят в пример успешных реформ, но все познается в сравнении – благополучные относительно Украины, они все равно остаются во втором эшелоне Евросоюза (в Словении, Чехии и Эстонии ситуация лучше, чем в остальных восточных членах ЕС, в Болгарии и Румынии – хуже, но общая картина такова). Да, электоральные карты показывают, что линия, разделяющая голосование за более либеральную «Гражданскую платформу» либо за более консервативное «Право и справедливость» приблизительно проходит по границе Российской и Германской империй по состоянию на 1914 год – однако следует понимать, что в конечном итоге это не более чем выбор между двумя течениями правой политики. Везде в Центральной и Восточной Европе (не исключая и Украину) в большой политике попросту отсутствует реальная альтернатива, воплощающая интересы трудящихся классов.

Однако те же последние выборы в Польше, которые привели к власти национал-консерваторов и принесли полнейший крах коалиции «Объединенных левых» (включающей связанных с крупным бизнесом либералов и экс-компартийных чиновников), показали и зачатки такой альтернативы. Построенная с нуля низовыми активистами социальных движений новая левая партия «Razem», которая поднимала реальные социально-экономические проблемы и несла действительно прогрессивную культурную повестку, получила более полумиллиона голосов. Ее уже успели окрестить «польской Podemos», но она только в начале пути.

Читайте также: В России неспокойно: Кремль готовится к возможной вспышке недовольства



загрузка...

Читайте також

Коментарі