Потрепанный, ушибленный и взвинченный: весь мир на нервах

Потрепанный, ушибленный и взвинченный: весь мир на нервах

Оглядываясь на 2015 год, постоянный обозреватель The Financial Times Гидеон Рахман отмечает необычайно высокий уровень тревоги во всем мире и совсем не видит прежних островков оптимизма. Из этой неутешительной картины следует мрачный прогноз на 2016 год.

Весь мир объят «беспокойством и дурными предчувствиями», пишет Рахман, правительства, граждане и средства массовой информации таких стран, как Китай, США, Германия, Бразилия, Россия и Япония, «ощетинились и нервничают». «Такая глобализированная тревога непривычна, — говорится в статье. — В последние 30 лет, да и прежде всегда находилась по крайней мере одна боевито-оптимистичная мировая держава». В конце 1980-х это была Япония на излете своего экономического бума, в начале 1990-х в этой роли выступала «упивавшаяся победой в холодной войне Америка», в начале 2000-х — Евросоюз, только что перешедший на единую валюту и почти вдвое увеличивший количество государств-участников. Наконец, почти десятилетие неизменно росло политическое и экономическое влияние Китая.

«Но сейчас все крупные игроки, похоже, испытывают неуверенность и даже боятся», — констатирует автор. Разве что Индию можно с оговорками признать исключением из общей картины: премьер-министр этой страны Нарендра Моди своим «реформистским задором» поддерживает на плаву местные политические и деловые элиты.

В Японии угасает вера в радикальные реформы премьер-министра Синдзо Абэ, добавляют напряженности и трения с Китаем, пишет Рахман. Китай тоже ощущает куда меньшую стабильность, чем пару лет назад. Страна переживает экономические неурядицы, и это отражается на многих странах мира, в частности на Бразилии, которую Китай раньше тянул за собой, подобно скоростному катеру. «Однако главный источник беспокойства [в Китае] — политический», — продолжает автор. Чиновников и бизнесменов пугает «непредсказуемость» Си Цзиньпина, они боятся стать жертвами кампании по борьбе с коррупцией, в ходе которой арестовано уже более 100 тыс. человек.

Как утверждает Рахман, «Европа тоже в унынии»: здесь сказываются кровавые теракты в Париже, экономический кризис, наплыв беженцев с Ближнего Востока, «вбивший клин» между Германией и восточными партнерами, угроза ухода из ЕС Великобритании, подъем крайне-правых настроений во Франции.

«Если судить по экономическим показателям, Америка должна бы быть исключением из всего этого мрака», — пишет колумнист, — но настроение общества плохое. Судя по тому, что одна из двух крупнейших партий Америки — Республиканская, в самом деле может выставить кандидатом в президенты Дональда Трампа, этого хама и демагога, США не в ладу с собой».

К числу общих для всех стран факторов, формирующих такие настроения, Рахман относит не до конца восстановившуюся после кризиса 2008 года глобальную экономику, боязнь нового кризиса, катастрофу на Ближнем Востоке, но в первую очередь — повсеместно нарастающую «враждебность к элитам», в которой проявляется недовольство неравенством и коррупцией. Отсюда «спрос на «сильных» лидеров типа Си Цзиньпина, Трампа или Владимира Путина: они обещают (пусть и лицемерно) разобраться с коррумпированными элитами, бороться за права простого человека и стоять грудью за народ».

Международную политическую систему в ее нынешнем состоянии автор статьи сравнивает с «пациентом, который все еще пытается выкарабкаться из тяжелой болезни, начало которой ознаменовалось финансовым кризисом 2008 года. Если не будет новых негативных потрясений, постепенно он должен восстановиться и самые дурные политические симптомы, возможно, пройдут. Но пациент уязвим. Еще одно сильное потрясение (будь то крупный теракт или серьезный экономический спад) грозит обернуться настоящими проблемами».

Источник: Financial Times, источник:  Инопресса



загрузка...

Читайте також

Коментарі