Сталин давно в аду, но в мозгах правителей в Кремле он укоренился

Сталин давно в аду, но в мозгах правителей в Кремле он укоренился

Каждую пятницу Сергей Пархоменко, комментатор радиостанции «Эхо Москвы», прощается со своими слушателями такими словами: «Надеюсь, до следующего раза, до свидания». На всякий случай. «Мне, конечно же, ясно, что из-за моих воззрений следующего раза может и не быть», — объясняет он в интервью Aktuálně.cz.

***

Aktuálně.cz: Шеф-редактор российского новостного сервера Meduza. io Галина Тимченко удивила меня, заявив, что все больше россиян уверено в уникальных менеджерских способностях Сталина. Что же это творится сегодня в России?

Сергей Пархоменко: Такова, к сожалению, реальность современной России. История, в том числе и чудовищные эксцессы сталинских репрессий, отдаляется от нас, и люди легко забывают ужасы того времени. А, возможно, дело и в том, что чем больше трагедия нас беспокоит, тем легче мы стираем ее из памяти.

Однако внимание стоит обратить и на такой факт: несмотря на то, что Сталин давно в аду, его идеи, которые в то время составляли основу управления Советским Союзом, а именно идеи абсолютного превалирования государственных интересов и пренебрежения жизнями людей во имя государства — эти идеи и сегодня являются основой российской государственной пропаганды.

Ведь угроза сталинизма не в том, что кто-то добивается установления памятника этому диктатору, вешает его портрет на стену или ставит его фотографию на рабочий стол и влюбленно на нее смотрит. Опасен, прежде всего, тот факт, что сталинизм укоренился в мозгах кремлевских правителей, которые обращаются по-сталински с гражданами своей страны. Это сталинское наследие будет отживать в России еще долго.

Понимаете, задача политиков — работать для людей, чтобы им лучше жилось, а не для того, чтобы народ боялся сильного, могущественного, устрашающего, агрессивного и обвораживающего государства. А именно это идея тех политиков, которые сегодня возглавляют Россию.

С другой стороны, преимуществом этих идей является их понятность, простота применимости, пусть они и наполняют граждан агрессией и национализмом. С их помощью Кремлю весьма неплохо удается «объяснять» народу причины его неудач и недовольства собственной жизнью. Эта причина — созданный государством враг, который мешает людям быть счастливыми, на которого сваливаются все проблемы, и именно это и есть кристально чистый сталинизм.

— Галине Тимченко пришлось перебраться в Ригу, а российский аналитик и публицист Евгений Киселев уехал в Киев. И перечислять можно долго. Не подумываете ли и вы ввиду нарастающих трудностей об эмиграции?

— Я живу в России, где независимую и свободную журналистику считают врагом государства… чем-то, что вредит и представляет опасность для российского государства. Поэтому в последние 15 лет государство делает все, чтобы уничтожить независимую журналистику.

Мне все равно, что мне кто-то постоянно звонит и угрожает. Это еще не самое плохое. Напротив, меня все больше тревожит упадок российской журналистики. Ведь становится меньше теле- и радиостанций, газет, журналов и новостных серверов, которые можно считать независимыми. Где журналисты могут свободно работать. Сегодня в России это очень трудно делать, а со временем, вероятно, станет просто невозможно.

— У меня есть свои предположения, но расскажите, как в России можно уничтожить престижную газету?

— Разными доступными государству способами. Наиболее эффективен путь экономической ликвидации. При этом у российского государства есть много других путей и способов этого добиться: с помощью судов, прокуратур или полиции.

Сюда подходит одна русская поговорка: «Таракана не убить, зато можно превратить его жизнь в ад». То есть, задача заключается в том, чтобы превратить жизнь российской печати и журналистов в невыносимый ад.

Для любого телеканала или радиостанции ключевую роль играет реклама — это главный источник доходов. А государство просто рекомендует рекламодателям не размещать рекламу в СМИ, которые оно считает вредными. А поскольку независимого суда в России нет, вас от этого не защитит ни один суд.

Вы спрашивали об эмиграции. Я уеду из России только тогда, когда пойму, что я стал тем тараканом, чья жизнь стала невыносимой. Конечно, мне было бы проще уехать из России. Но не всегда самое простое решение является самым правильным. И наоборот: сложное решение может быть иногда очень интересным путем, на котором можно почувствовать себя нужным, который продвинет вас вперед и обогатит.

Свободная печать? Россияне ее не хотят

— А как в такой обстановке вам работается в Москве?

— Пока я еще живу в России. Но что будет дальше? Я просто не знаю.

Уже двенадцать лет каждую пятницу на радио «Эхо» (принадлежит государственному газовому гиганту «Газпром») я веду свою аналитическую программу, и по-прежнему никто не вмешивается в мою работу. Поэтому я ее и делаю. Но каждую пятницу я прощаюсь со слушателями, добавляя: «Надеюсь, до следующего раза». Мне, конечно же, ясно, что из-за моих воззрений следующего раза может и не быть.

— И действительно никто не вмешивается в вашу работу?

— Хотите верьте, хотите нет, но это так. Но и в моей работе порой наступают минуты, когда я начинаю сомневаться в ее смысле. А иногда я даже говорю себе, что меня не трогают прежде всего для того, чтобы опровергнуть аргументы о посягательстве на независимость российских СМИ. Или чтобы с моей невольной помощью привлечь внимание к другим, важным для них программам.

По правде говоря, я не знаю, как обстоят дела на самом деле. Сейчас мне важно одно — у меня есть абсолютная свобода. Но, как я уже говорил, завтра все может измениться.

А писать мне некуда. В России нет газет или журналов, для которых я хотел бы писать. Поэтому я пишу только на facebook, где у меня 130 тысяч читателей. Но что там говорить, это ненастоящая журналистика. Проект «Последний адрес» (о нем говорилось в первой части — прим. автора) — это для меня прекрасная психотерапия. Еще и потому, что россиянам свободная пресса нужна все меньше.

Изнурительная борьба российских журналистов за свободную печать не находит широкой поддержки в обществе. Меня и моих коллег это очень разочаровывает. И это тоже, как мне кажется, можно списать на наследие Сталина.

К счастью, люди реагируют на «Последний адрес» очень хорошо. Вдруг вокруг себя я вижу все больше благодарных граждан, которые очень эмоционально и с интересом высказываются о событиях, которые мы обсуждаем. Мне это очень помогает.

— А как вообще можно объяснить 85-процентную популярность российского президента Путина?

— В этих различных опросах общественного мнения важно то, кто вообще представляет эти 85%, и почему люди вообще отвечают на вопрос, нравится ли им Владимир Путин. Некоторые боятся сказать, что Путин им не нравится. Особенно когда агентство задает вопрос в беседе по вашему мобильному телефону. Поэтому многие без колебаний отвечают, что им президент нравится, просто чтобы спать спокойно.

Но это ничего не меняет в том факте, что президент Путин в России имеет очень большую поддержку общества. В настоящий момент он, конечно, вне конкуренции.

На вопрос «почему?» есть довольно простой ответ: люди еще очень хорошо помнят те тяжелые времена, которые были до президента Путина. Это воспоминания о чудовищной бедности. Когда, например, бюджетники не получали месяцами зарплату или, скажем, получали ее собственной продукцией.

Во времена предшественника Путина Ельцина баррель нефти стоил каких-то 15 долларов. А при Путине — 80, 100, 120 долларов за баррель нефти. И это все объясняет. Остальные факты — это уже незначительные детали. И в основном поэтому люди прислушиваются к аргументам нынешних лидеров, мол, в России уже была однажды эта ваша свобода! В России уже была однажды эта ваша демократия!.. И что из этого вышло? Ничего хорошего! Вы что, не помните той бедности?

Разумеется, прибыли от упомянутого нефтяного дождя по большей части раскрадены или осели в карманах олигархов. Но все равно остается достаточно, чтобы люди купили машину или поехали в отпуск на море. Чтобы регулярно выплачивать зарплаты и время от времени увеличивать пенсии. Уже одно это при Ельцине казалось чем-то невиданным.

— Как долго россияне смогут так жить?

— Вот именно. Этот контракт между правителями России и обществом — «Мы вас кормим чуть лучше, а вы нам не мешаете, не вмешиваетесь в наши дела», — работал 13 лет и вдруг в 2012-2013 годах начал терять перспективу. На людей он просто уже не действовал.

Поэтому появился другой контракт, касающийся безопасности России, который вылился в агрессию на Украине и оккупацию Крыма. То есть, сегодня государство вещает гражданам, что им со всех сторон угрожает опасность. Что Россию окружают враги. «Только государство может и будет защищать граждан России! А вы нас будете за это продолжать поддерживать, голосовать, как надо. Вы не будете выступать, вмешиваться в наши дела и протестовать против коррупции», — говорят людям. Это и есть суть того своеобразного контракта между государством Россией и ее гражданами.

— А может ли и этот военный контракт продержаться так же долго — 13 лет?

Этого я не знаю. Но слишком долго он не продержится. В истории человечества найдется достаточно примеров того, как тоталитарное государство, каким является Россия, держалось только на страхе людей, на искусственно поддерживаемых опасениях перед опасностью. И никогда у такого государства это не получалось долго. В любом случае, новых 13-ти лет уже не будет.

автор: Ян Газдик (Jan Gazdík), источник: Aktualne.cz, Чехия, перевод: ИноСМИ



загрузка...

Читайте також

Коментарі