Из-за чего мир сползает к войне

Из-за чего мир сползает к войне

війна

Когда Джордж Фридман, создавший фирму геополитической разведки Stratfor, в 2009 году опубликовал книгу прогнозов на XXI век, многое в ней казалось комедией. Сегодня так уже не кажется. Неважно, сбылись или нет конкретные прогнозы Фридмана, но старомодная геополитика сегодня снова закрепляется на своих позициях в тех самых странах, которые он назвал ключевыми игроками в своем обзоре будущего.

Фридмановскую разновидность геополитики трудно совместить с нашим повседневным миром. Как издатель перевода на русский язык книги «Следующие сто лет», я не могу сдержать смех, когда читаю предложения типа «Единственным физическим преимуществом, какое может иметь Россия, является глубина ее территории» или «Секретные лунные базы станут главным сокровищем в короне японской армии». Трудно было представить себе мировую войну в середине века между двумя блоками, где в одном доминируют США и Польша, а в другом Турция и Япония. В 2009 году разговоры о мировой войне, и уж тем более о составе ведущих ее коалиций казались уделом утопических романов и конспирологических вебсайтов.

Но сегодня я уже не смеюсь. Войны и политические конфликты рождаются от мировоззрения лидеров. Если высокопоставленные политики рассматривают интересы своих стран сквозь призму контроля над территориями и экспансии, а также влияния посредством военной силы, которое является хлебом и маслом геополитики, то они будут прибегать к традиционным средствам защиты и продвижения этих интересов, в том числе, к военным.

Статьи на тему возврата к геополитике в прошлом году стали появляться в большом количестве, когда российский президент Владимир Путин отнял Крым у Украины. В них подчеркивалось, что Запад не должен был исходить из того, будто Россия смирилась со своим поражением в холодной войне. Но Фридман говорил об этом пятью годами раньше, когда Путин даже не был президентом, а США пытались «перезагрузить» свои отношения с Россией. В своей вышедшей в 2009 году книге основатель Stratfor писал:

Принимая во внимание тот факт, что Россия не развалилась, можно уверенно сказать, что русский геополитический вопрос возникнет вновь. Учитывая, что Россия в настоящий момент вновь набирает энергию, можно предположить, что русский вопрос возникнет скорее раньше, нежели позже. Этот будущий конфликт не будет повторением холодной войны, подобно тому, как Первая мировая война не была повторением наполеоновских войн. Но в этом конфликте будет заново поставлен фундаментальный русский вопрос: если Россия — единое национальное государство, то где находятся ее границы, и каковы ее отношения с соседями? Этот вопрос будет определять следующий крупный этап мировой истории в период, предшествующий 2020 году.

Фридман был прав на сей счет, хотя он не сумел предугадать конкретную форму конфликта, какой стала гибридная российско-украинская война. А прав Фридман потому, что Путин явно мыслит такими же категориями, как и он. Для российского руководителя создание территориальных буферов против враждебного Запада и укрепление неуязвимости России от вторжения это вполне конкретные цели, а не старомодные теоретические построения.

Похоже, Фридман правильно определил те страны, где мышление такого рода к 2020 году будет на подъеме. Среди них самые важные это Турция, Польша и Япония.

Фридман назвал Турцию «устойчивой платформой посреди хаоса» Ближнего Востока и новой господствующей державой в регионе. Сейчас это не совсем так. Турция изнутри не особенно стабильна, хотя президент Реджеп Тайип Эрдоган и пытается укрепить свою власть; ее доминирование перед лицом других региональных держав, таких как Саудовская Аравия и Иран, не очевидно. Но опять же, именно так турецкие лидеры формулируют свои цели. Эрдоган в своих заявлениях говорит о возмездии и возрождении, о превращении Турции в ведущую державу суннитского мусульманского мира. Премьер-министр Ахмет Давутоглу уже несколько раз излагал эти цели. «Что бы мы ни потеряли с 1911 по 1923 год, каких бы земель мы ни лишились, с 2011 по 2023 год мы снова встретимся с нашими братьями на этих землях», — заявил он в 2012 году.

По поводу Польши Фридман пишет, что эта новая динамичная держава станет центром восточноевропейского блока, бросив вызов господству слабеющих западноевропейских государств. В 2009 году это казалось абсурдом: Польша при премьер-министре Дональде Туске была послушным членом Евросоюза, налаживала прочные отношения с Германией и надеялась на более весомое место в институтах ЕС. Сейчас Туск стал председателем Европейского совета. Но совсем недавно к власти в Польше пришла правая партия «Закон и справедливость, которая иначе смотрит на интересы своей страны. Ярослав Качиньский и его союзники это убежденные евроскептики, верящие в необходимость прочного военного союза с США, американских военных баз в Восточной Европе, а также в польское национальное возрождение. Польша превращается в лидера восточноевропейского движения за изгнание сирийских беженцев, которых приветствует Германия. Программа ее правящей партии гласит:

Геополитика стала господствующей закономерностью в международных отношениях 21-го века. После периода надежд на мировой порядок, основанный на либеральных представлениях о «конце истории» и глобализации, которые сделают мир плоским, мы наблюдаем, как возвращается борьба за сферы влияния, иерархия государств, как вновь проявляются имперские амбиции, как для оказания давления на более слабые государства используются классические инструменты силы.

Короче говоря, «Закон и справедливость» хочет ввести Польшу в мир геополитики, в котором обитает эта партия.

Япония, по мнению Фридмана, играет более слабую геополитическую роль, чем позволяет ее крупная экономика. «Япония со своей историей милитаризма не останется сдержанной и пацифистской страной», — написал он. Действительно, премьер-министр Синдзо Абэ целеустремленно расширяет глобальное влияние Японии и ослабляет положения о пацифизме в японской конституции. Например, он стремится к тому, чтобы японские войска получили возможность воевать за рубежом, впервые с 1945 года. Предугадать такого рода перемены в 2009 году было трудно.

Среди прогнозов Фридмана о том, что будет дальше, распад России примерно в 2020 году, продвижение Турции на Кавказ и Польши в российскую сферу влияния на западе (предположительно это Украина и Белоруссия). Согласно такой повествовательной линии, Соединенные Штаты будут поддерживать новые великие державы, потому что они союзницы Америки, а Россия враг. Но затем Турция объединится с Японией против США. Необязательно соглашаться с таким сценарием; Фридман первым признает, что очень трудно делать прогнозы на десятки лет вперед. Тем не менее, необходимо признать, что если лидеры России, Турции, Польши и Японии согласятся с таким геополитическим видением мира (а похоже, сейчас все они с этим соглашаются), то последствия, о которых пишет Фридман, вполне возможны.

В мире геополитики становится все труднее следовать курсом, в основе которого лежат ценности. В своей недавней статье бывший министр иностранных дел Германии Йошка Фишер (Joschka Fischer) предупредил об этом европейцев:

Пора европейцам отказаться от своих досужих домыслов о порядке на континенте, который определяется властью закона. К сожалению, мир не таков. Он гораздо жестче, и в нем правит сила.

Чем больше лидеров прислушается к этим предостережениям, чем чаще они станут переступать грань и переходить в мир, описываемый Фридманом, тем больше в нем будет опасностей и беззакония. Фридман в своем анализе сбрасывает старую Европу со счетов, но пока она является важным оплотом политического курса без геополитики, сторонницей переговорного и экономического, а не милитаристского мышления. Она не какой-то устаревший балласт, который можно сбросить. Она — иная версия будущего, которое должны лелеять и защищать европейцы и все ответственные политики, где бы они ни жили.

Автор: Леонид Бершидский, источникinosmi.ru.

Читайте также: Настоящая цель Путина — Североатлантический альянс



загрузка...

Читайте також

Коментарі