Россия утратила возможность быть империей

У нашего режима есть такое правило. Есть люди, у которых определенные заслуги, которые достигли определенного возраста. Им разрешается больше, чем другим. Я отношусь к числу этих людей. Иногда позволяю себе высказывания, которые не могут позволять себе другие. Кроме всего прочего, были определенные факты, которые очень давно меня связывают с нашим президентом.

гений Ясин — министр экономики России в 1994-1997 годах, научный руководитель Высшей школы экономики. Летом 2015 года Ясин вошел в состав Совета при президенте России по развитию гражданского общества и правам человека. Уже в сентябре текущего года фонд «Либеральная миссия», возглавляемый Ясиным, был исключен из реестра иностранных агентов. В интервью DW Яcин рассказал об особенностях политического режима современной России, а также выказал уверенность, что демократические преобразования неизбежно произойдут. Deutsche Welle: Как вам, человеку, который придерживается либеральных и демократических взглядов, сейчас живется и работается в России? Евгений Ясин: У нашего режима есть такое правило. Есть люди, у которых определенные заслуги, которые достигли определенного возраста. Им разрешается больше, чем другим. Я отношусь к числу этих людей. Иногда позволяю себе высказывания, которые не могут позволять себе другие. Кроме всего прочего, были определенные факты, которые очень давно меня связывают с нашим президентом. У меня такое впечатление, что если я и допускаю какие-то ну не очень подходящие для него высказывания, то он не считает возможным, так сказать, обращать на это внимание. Так я и живу. Вполне хорошо. — Вы чувствуете разочарование в связи с происходящими в России событиями? — Я вообще человек, который не очень настроен на разочарование. Я считаю, что придет время, это время еще не пришло. Или его остановили по каким-то причинам, я не знаю. Но все-таки претензии к нынешнему режиму относительно того, как он ведет дела, у меня есть. — Какие претензии? — Я представлял себе, что в результате реформ Россия станет демократической страной с рыночной экономикой. Эффективной рыночной экономикой. Результат такой: мы сегодня видим страну с рыночной экономикой, не очень эффективной, потому что очень много бюрократии. Но страной все-таки с рыночной экономикой. Не демократической по-настоящему. Я не говорю, что это авторитарная страна в полном смысле этого слова. У известных западных политологов Вольфганга Меркеля и Ауреля Круассана есть термин «дефектная демократия». И вот то, что я вижу у себя в стране, это, скорее всего, дефектная демократия. Много очень недостатков, которые ограничивают свободу слова, фальсификация выборов и так далее. С этой точки зрения высказывать какое-то удовлетворение никак не могу. Я знаю, что те итоги, которые я рассчитывал увидеть в результате рыночных реформ, были бы совсем другие, если все эти реформы были бы доведены до конца, и если бы в России был демократический режим. Я говорю о верховенстве закона и политической конкуренции.

— Я читала ваш доклад, который был опубликован в 2014 году «О влиянии национальной культуры на модернизацию». Там вы высказали такую мысль, что Россия, среди прочего, ушла от идеи империализма. Вы сейчас подтверждаете свое мнение? — Россия, если вы имеете в виду народ и руководство, не ушла. Но с точки зрения возможности осуществления идеи империи, Россия эти возможности утратила. И было бы очень хорошо, если бы и народ, и руководство уже поняли, что бесполезно поднимать эти вопросы. Но можно, конечно, вернуть себе Крым. Можно затеять какие-то сражения в Донбассе. Вернее, даже не сражения, потому что это все мотивировано внутренними причинами, которые имеются на Украине. Потому что в Крыму живут в основном русские, и хотят жить в России. А в Донбассе тоже, в основном. Там другая часть украинской нации. И как-то это надо было бы учитывать. Это не учитывается. Поэтому есть такая мысль, что раз не учитывается, раз есть какая-то часть нации, которая обращается к России, потому что она ей симпатизирует, потому что она выращена на русской культуре, значит нужно этим воспользоваться. — Я правильно вас, Евгений Григорьевич, понимаю, что вы поддерживаете и аннексию Крыма, и то, что происходит в Донбассе? — Нет, нет, нет. Я против нарушения подписанных международных законов. Значит, я за то, чтобы Россия и Украина жили в мире. Я просто обращаю внимание на то, что на самом деле корень проблемы в Украине, а не в том, что Россия напала. — А Россия не напала разве?! — Нет, ее позвали. Вернее так, эти украинцы, которые взялись там это все организовывать, они не могли организовать. А у нас полным-полно хороших организаторов, которые работают в известных местах. И их туда позвали. И они помогали какое-то время. Потом стало понятно, что лучше, чтобы их там не было, их убрали оттуда. Но люди все равно в Луганске или в Донецке не хотят, чтобы ими командовали ребята из Киева. — В 1963 году вы закончили экономический факультет МГУ. Там вы изучали плановую экономику. В какой момент вы поняли, что плановая экономика не работает? — То, что это было очевидно с самого начала, я не скажу. Когда проходил 20-й съезд партии, я понял, что полностью поддерживаю те перемены, которые предлагал Хрущев. Но потом стало ясно, когда эйфория прошла, что нужны более серьезные перемены, которые представителями партии не поддерживаются. Потом был Косыгин, которого я уважал. В 1965 году, после отставки Хрущева, он предложил экономическую реформу. Мы должны были двигаться к самостоятельности предприятий и так далее. Слово «рынок» я произнес в 1965 году. Но с той интонацией, которая была велена коммунистической партией. — Когда вы поняли, что демократия важна? — В 1968 году, когда советские войска вошли в Чехословакию. Я понял, что этот фокус не удался. То есть нам Маркс нарисовал такую замечательную картину, что мы построим такое, что нигде не будет. И этот эксперимент принесет людям благополучие, свободу и так далее. А когда наши должны были ввести войска для того, чтобы заставить чехов и словаков думать по-другому, я понял, что все. Как говорится, эксперимент завершен, и завершен неудачно. — Эксперимент, который сейчас в России происходит, он будет удачно завершен? — А сейчас я не вижу никакого эксперимента. Это просто попытки держать людей под контролем с помощью принуждения. В большей степени, чем это необходимо или допустимо в нормальном государстве. — Вы очень часто ссылаетесь на Ричарда Пайпса в своих работах. В своей книге «Россия при старом режиме» он делает вывод, что Россия не станет демократической страной с рыночной экономикой. Вы разделяете его пессимизм? — У нас есть одно большое различие. С точки зрения того, что такое рыночная экономика, нужна она — не нужна, нужна демократия — не нужна демократия, — тут у нас одинаковые взгляды. Но потом выясняется важное обстоятельство. Он родился в Америке, а я родился в Советском Союзе. И у нас разные взгляды. Он считает, что здесь ничего не выйдет, а я считаю, что у нас выйдет, но просто уже без меня.

автор: Жанна Немцова, источник: ИноСМИ

Рекомендуємо прочитати

«Белые ночи» обіцяють найяскравіший лайнап за всю історію івенту

Щороку «Белые ночи» відкривають та закривають літо під девізом «Ніч яскравіше дня!»....

Це може бути цікавим

NASA показало красочные фото Юпитера

Ученые NASA обнародовали новые красочные снимки Юпитера, снятые на JunoCam....

загрузка...

Схожі публікації

Дивіться, що пишуть

Концепция «дом как электростанция» поможет сэкономить на счетах до 60%

Если дома будут спроектированы так, чтобы они сами могли производить, хранить и использовать солнечную энергию, счета за электроэнергию могут быть уменьшены на 60%, ....