Дальнобойщик: из пропутинского электората в «пятую колонну»

Дальнобойщик: из пропутинского электората в «пятую колонну»

Кто виноват и что делать? 

Протесты дальнобойщиков, охватившие Россию, стали еще одним (после протестов врачей) вызовом власти. Однако Кремль намерен реагировать на социально и политически гораздо более опасное явление в той же манере: публичное дистанцирование и занижение значимости при нежелании существенно уступать по уже принятым решениям. Как и в случае с медиками, для Кремля это даже не социальный, а корпоративный протест, в котором снова видят «ресурс» внешних сил для расшатывания ситуации в стране.

Кто такой дальнобойщик в глазах Кремля? Прежде всего, это мелкий бизнесмен. Причем бизнесмен не совсем чистоплотный. Надо сказать, что и со стороны власти, и со стороны российского общества отношение к бизнесу остается скорее негативным и недоверительным. Бизнесмен является почти синонимом слова «жулик». «Левада-центр» провел в 2010 году исследование об образе российского предпринимателя в глазах россиян: 51% ответили, что его главным качеством является жажда наживы, 41% посчитало его склонным к жульничеству и махинациям. Такой образ кардинально отличается от образа предпринимателя на Западе, которому приписывают в основном положительные качества. Дальнобойщикам в определенной степени повезло лишь в том, что отношение к малому бизнесу гораздо мягче, чем к крупному. При этом, предприниматели составляют примерно 1% от экономически активного населения страны (15-72 года).

То есть бизнес как субъект политической жизни существует лишь на уровне крупного каптала, который выстроил свои механизмы диалога с властью. Малый и средний бизнес оказывается для власти фактором «статистической погрешности», с интересами которого можно и не считаться. А индивидуальные предприниматели, которые в основном и протестуют, в глазах власти тем более никакого риска не представляют, так как их мало и все они сами по себе. Неудивительно, что КПРФ в своих статьях называет дальнобойщиков «мелкими буржуями», а не пролетариями, и фактически отказывается политически с ними солидаризироваться, хотя на всякий случай и говорит о поддержке их требований.

Поэтому и власть позволяет себе пренебрежительно говорить о дальнобойщиках. Росавтодор обвинил их в попытке шантажа государства, а самих протестующих назвал «серыми» индивидуальными перевозчиками, которые, по мнению ведомства, контролируют около 20% рынка. Дмитрий Песков, пресс-секретарь президента, призвал не драматизировать ситуацию и послал задавать вопросы правительству. Глава Минтранса России Максим Соколов заявил в интервью «России 24», что акции дальнобойщиков, направленные против введения платы за проезд большегрузных автомобилей по федеральным трассам, — это попытка бизнеса повлиять на давно принятые решения.

Власть видит проблему через призму не социально-политических, а денежных отношений. Дальнобойщик – это источник доходов. Про взимание платы за проезд по федеральным трасам с крупногабаритных фур правительство начало думать в 2010 году, на фоне кризиса 2009-2010 годов. Было решено (и занимался этим Владимир Путин как глава правительства), что за счет новых источников дохода будет пополняться воссозданный федеральный Дорожный фонд. Денег в бюджете тогда тоже не было, а проблема дорог оставалась одним из главных фундаментальных инфраструктурных препятствий экономического развития страны. Однако быстро принять решение не получалось. В 2011 году только одобрили поправки в Бюджетный кодекс. Система взимания платы должна была заработать с 2013 года. Однако в конце 2012 года уже Путин-президент принял решение отложить все до конца 2014 года: система была совершенно не готова.

Но если быть точнее, то на тот момент было непонятно, кто и как будет всем этим рулить. Ясность появилась только летом 2014 года, поэтому чтобы все настроить под новых игроков, пришлось откладывать введение платы еще на год – до ноября 2015 года. Летом 2014 года на управление системной взимания платы претендовал «Ростех» Сергея Чемезова, который и инициировал создание ООО «РТ-инвест транспортные системы» (РТИТС), где 50,01% принадлежало «Ростеху» и «РТ-инвесту» (25,01% которого владеет тот же «Ростех», а 74,99% – у ООО «Царицын капитал», владельцами которого значатся Андрей Шипелов и Вадим Агафонов). Тогда Чемезов говорил, что в рамках политики импортозамещения нужно строить систему взимания платы исключительно на базе отечественных технологий и комплектующих, что, как он считал, достаточно убедительно, чтобы отдать функции оператора системы его компании РТИТС без конкурса, что и было сделано. Но затем «Ростех» продал долю сыну бизнесмена и друга Путина Аркадия Ротенберга Игорю, который увеличил свою долю с 25 до 50%. Сейчас РТИТС находится под контролем Ротенберга, а «Ростех» сохраняет лишь косвенное участие. 27 млрд руб. на реализацию проекта РТИТС предоставил Газпромбанк.

Анонимный сотрудник «Ростеха» в прошлом году говорил «Ведомостям», что корпорация просто не хотела заниматься этим проектом. Но верится в это с трудом. Скорее всего, кризис сильно ударил по структурам Чемезова и встал вопрос о том, потянет ли он новый проект, требующий инвестиций. К тому же у Чемезова много реальных активов, а своего банка нет. А вот у Ротенбергов много возможностей выполнять госзаказы, а проблем с финансированием гораздо меньше. Тем более, что советником (а до этого вице-президентом) Газпромбанка, давшим РТИТС деньги, является Роман Ротенберг, сын Бориса Ротенберга, который является братом Аркадия Ротенберга.

Получается классическая путинская схема: решение национально значимой управленческой задачи (наполнение дорожного фонда и улучшение дорожной инфраструктуры в более общем виде) совмещено с интересами близких к Путину бизнес-игроков. Для последних это, с одной стороны, социально-политическая нагрузка, а с другой стороны – способ существования за счет доступа к льготным финансовым ресурсам и государственным заказам. Мотивы Путина тут очень прозрачны: ему кажется, что он поручает важную задачу ответственной элите. Может быть они и воруют, но на них можно положиться, считает он.

Вопрос «как» (выстроить систему взимания платы) тут оказывается вторичным: Путину объяснили, что российские дальнобойщики – «нахлебники», которые, в отличие от своих иностранных собратьев, портят своими фурами национальные дороги и не хотят за это платить. В то время как сами дальнобойщики платить-то как раз готовы, но по прозрачно рассчитанному тарифу (необоснованность тарифа является одной из главных претензий к Минтрансу) и в рамках системы, которая работает. Пока же система «Платон», созданная для взимания платы, работает с большими сбоями.

Наконец, дальнобойщики для власти выглядят ресурсом, который прямо или косвенно может быть использован для расшатывания ситуации в стране в интересах условных внешних сил. Водители вынуждены оправдываться, присягая на верность Владимиру Путину и уверяя, что они – не пятая колонна. Но в понимании Путина дальнобойщики это не те, кто представляет провластное большинство, а те, кто ему себя противопоставляет, так как президент убеждён, что народ – за стабильность. В общей сложности получается, что картина выглядит следующим образом: жулики, портящие дороги своими фурами и нежелающие платить налоги, мешают стране вставать с колен и шантажируют власть, действуя (сознательно или нет) в интересах Госдепа.

С вопросом «кто виноват» (в понимании власти) понятно. А вот «что делать» – не совсем. Власть идет и готова и дальше идти на косметические уступки. Но принципиально отказываться от взимания платы – пока нет. А значит будут подавлять. Где-то более мягкими методами, а где-то жестко. Если на медиков можно было по-тихому давить через систему здравоохранения, то на дальнобойщиков будут давить репрессивным аппаратом. Как следствие неизбежно укрупнение транспортных компаний, резкое сокращение числа индивидуальных предпринимателей. Перевозки станут дороже, а оплатят это россияне, которые получат, как посчитал Герман Греф, 1,5% к инфляции. Но виноватыми в этом телевизор сделает не власти, а «жадных предпринимателей», разнос которым Кремль публично устроит за рост цен (и послав прокуратуру и ФАС проверять ценники, как это уже было не раз). В нынешней системе предпринимателям рассчитывать не на что. И это одна из системных причин скатывания России к авторитаритаризму, против чего протестовать пока некому.

Автор: Татьяна Становая, источник: intersectionproject.eu



загрузка...

Читайте також

Коментарі