Можно без хлеба. Как война стала частью индустрии развлечений

Можно без хлеба. Как война стала частью индустрии развлечений

Ошибка подавляющего большинства либеральных экономистов и политиков в том, что они ставят знак равенства между благосостоянием населения и экономическим благосостоянием

Платить за эмоции

На протяжении 2000-х годов можно было часто слышать, что рост поддержки Путина напрямую связан с благоприятной внешней конъюнктурой – высокими ценами на нефть. Поэтому год назад, когда цена на нефть начала быстро падать, посыпались прогнозы, при какой цене на нефть и как быстро рухнет путинский режим. Однако цена на нефть уже довольно долго держится в районе 50 долларов – казалось бы, катастрофический уровень при планировании бюджета годичной давности, а поддержка Путина все не падает и даже немного растет.

Безусловно, огромную роль в этом играет пропаганда. Однако это только часть истории. Основная причина заключается в том, что благосостояние и экономическое благосостояние – это не совсем одно и то же. Когда вы едете в отпуск, то наносите двойной удар по своему экономическому благосостоянию. Во-первых, вы не зарабатываете деньги, которые могли бы заработать; во-вторых, вы тратите на организацию отпуска существенные ресурсы. Тем не менее большинство людей в мире любят отдыхать просто потому, что удовольствие, которое они от этого получают, существенно превышает затраты экономических ресурсов на организацию отдыха.

ВВП на душу населения в США существенно выше, чем в странах Западной Европы. С другой стороны, в США люди работают существенно больше часов в неделю и отпуск у них в среднем в 1,5–2 раза короче. То есть европейцы обладают большими возможностями наслаждаться отдыхом и проводить время с семьей. Можно ли утверждать, что люди в США живут лучше или хуже?

На этот вопрос однозначного ответа нет, так как до сих пор не создано каких-то общепринятых метрик, которые могут измерять общее благосостояние (а не только его экономическую часть). Однако что можно утверждать однозначно, индустрии, которые доставляют людям какие-то эмоции, растут опережающими темпами. Зарплаты футболистов достигли десятков миллионов долларов в год, а бюджеты футбольных клубов – сотен миллионов долларов. И все это де-факто оплачивается болельщиками, которые готовы платить за сильные эмоции – переживание за родную команду.

Олимпиада в Сочи за $50 млрд – явление из той же серии. Хотя больше половины общего бюджета было разворовано на различных стадиях и многие олимпийские объекты после проведения оказались заброшены, можно ли утверждать, что деньги были потрачены зря? Вполне возможно, что сильные эмоции, которые испытали россияне от того, что Олимпиада была у нас на родине и что мы набрали самое большое количество золотых медалей, оправдывают понесенные затраты.

Между пушками и маслом выбрали пушки

Война или, точнее сказать, маленькая победоносная война в современном мире, как это ни цинично звучит, является частью индустрии развлечений. Обычно она сопровождается сильными чувствами – подъемом патриотизма, гордости за свою страну и повышением внутренней самооценки. Эти эмоции повышают благосостояние нации, и, вполне возможно, экономическая оценка этого положительного эффекта превышает финансовые затраты на войну.

Стабильно высокий рейтинг Путина говорит о том, что россияне в настоящий момент готовы платить за войну снижением пенсий, зарплат, расходов на образование и здравоохранение в обмен на сильные эмоции, которые приносят присоединение Крыма, военная кампания в Донбассе и текущая война в Сирии.

Российские оппозиционеры весь эффект относят на пропаганду. Чтобы развенчать этот миф, обратимся к опыту США, на которые любят ссылаться и оппозиционеры, и провластные аналитики.

После терактов 11 сентября, когда Буш-младший объявил, что даст отпор террористам, и начал войну в Афганистане, его рейтинг подскочил с 50% до 90% – небывалой высоты в странах развитых демократий. В марте 2003 года, когда он начал войну в Ираке, его рейтинг подскочил с 60% до 70%.

Я приехал учиться на докторскую программу Чикагского университета в сентябре 2003 года, и настроения, которые я наблюдал, были очень похожи на те, что сейчас испытывают россияне. Подъем ура-патриотизма, вывешивание флагов, ненависть к слабохарактерной Европе, которая испытывала сомнения и даже робко возражала по поводу иракской кампании, истерия по поводу европейских продуктов и названий (массовое переименование картошки фри из French fries в Freedom fries).

При этом афганская и иракская кампании стоили американскому бюджету на порядок большие деньги, чем Кремлю украинская и сирийская кампании. Более того, американские войны 2000-х годов существенно подкосили бюджет и, как следствие, американскую экономику. Если Клинтон сдал Бушу страну с бюджетным профицитом – в 2000 году он составлял $236 мдрд, то уже к концу первого срока Буша, в 2004 году, дефицит бюджета достиг $413 млрд.

Тем не менее Бушу удалось переизбраться, то есть американцы поставили свои положительные эмоции от бушевских войн выше, чем его провальную экономическую политику (сдал страну Буш Обаме совсем уж в плачевном состоянии – сильнейший кризис со времен Великой депрессии, бюджетный дефицит в 2009 году – $1413 млрд).

В случае с США уже нельзя утверждать, что бушевская пропаганда затуманила людям мозги – по конкурентности СМИ США занимают ведущие позиции в мире. Тем не менее рациональные экономические агенты, которые обладают свободным доступом к различным точкам зрения, могут менять президентов, губернаторов, конгрессменов и депутатов на честных выборах, де-факто между пушками и маслом выбрали пушки.

Оппозиции надо придумать другую картинку

Путин сейчас весьма умело пользуется стратегией, успешно опробованной Бушем. Объективно он мало что может сделать с российской экономикой. Как-то повысить цены на нефть – основной драйвер роста российской экономики – он не может. Заклинания, что цены не могут упасть ниже $80, иначе мировая экономика рухнет, оказались малодейственными.

Для того чтобы улучшить бизнес-климат, придется победить коррупцию (резерв косметических изменений, которые нам в последние годы помогли существенно подняться в рейтинге Doing Business, уже исчерпан). Но бороться с коррупцией Путин тоже не может – на ней держится вся система управления в стране. В современных условиях бороться с коррупцией равнозначно борьбе с российской государственностью.

Поэтому Путину приходится жить как с данностью, что в лучшем случае экономика будет стагнировать, а в худшем – падать. И одним из действенных способов повысить благосостояние россиян в таких условиях – это постоянно доставлять им сильные эмоции, например регулярно начиная небольшие локальные войны.

Оппозиции же стоит перестать винить во всем пропаганду и бестолковых россиян, которые ею одурманены. Россияне такие же люди, как американцы, немцы, англичане и прочие европейцы. Путин сейчас в целом проводит политику, которая бы, вероятно, пользовалась поддержкой и во многих демократических странах (как это видно на примере США). Поэтому не стоит все валить на зомбоящик.

Самое важное – это придумать и «продать» россиянам свой вариант развития страны. У оппозиции достаточный доступ к СМИ, чтобы, если история будет хорошей, россияне ее «купили».

автор: Максим Миронов, источник: Слон



загрузка...

Читайте також

Коментарі