Зачем нужна противоракетная оборона в Европе?

Зачем нужна противоракетная оборона в Европе?

Может ли заключение соглашения по ядерной программе Ирана повлиять на план США по созданию ПРО в Европе?

Автор: Александр Чеков

18 октября вступил в силу совместный комплексный план действий, исторический документ, обычно называемый соглашением по иранской ядерной программе. Если положения этого плана будут успешно реализованы, то это подведет черту под одной из наиболее острых проблем международной безопасности последнего десятилетия. Однако уже сегодня очевидно, что от жесткой конфронтационной риторики, которая еще пять лет назад превалировала в отношениях между Ираном и западными странами, не осталось и следа.

Сегодня идет активная дискуссия о том, как быстро Иран сможет наладить конструктивное сотрудничество с Западом и интегрироваться обратно в мировую финансово-экономическую систему, от которой его последовательно «отрезали» все предыдущие годы. При этом ряд экспертов не исключают возможности очередного «отката» в отношениях между Ираном и Западом и новой эскалации напряженности. Однако за всеми этими обсуждениями из поля зрения выпал один из важнейших аспектов, имеющих непосредственное отношение к иранской ядерной программе. Этот аспект – создание системы противоракетной обороны в Европе.

О взаимосвязи ПРО и иранской ядерной программы в августе напомнил министр иностранных дел России Сергей Лавров. В интервью малайзийскому каналу Channel News Asia Лавров заявил: «Президент Обама ранее сказал, что если иранский ядерный вопрос будет решен, необходимость создания системы ПРО в Европе отпадет. Похоже, он говорил неправду». В своем заявлении Лавров, очевидно, ссылался на пражскую речь американского президента, в которой Обама говорил, что если «иранская угроза будет устранена», то «будет устранена и движущая сила для строительства системы ПРО в Европе».

Справедливости ради стоит сказать, что в той речи Обама упоминал в качестве причин развертывания ПРО не только ядерную программу Тегерана, но и «деятельность Ирана в вопросах создания … баллистических ракет». Об этом главе российского МИД напомнил официальный представитель Госдепартамента США Джон Кирби. Так что формально обоснование для развертывания ПРО в Европе в виде иранской ракетной программы остается – Тегеран не собирается ее сворачивать, несмотря на то, что ради снятия санкций он вынужден был согласиться на ограничения, связанные с поставкой баллистических ракетных технологий.

Что изменилось?

Тем не менее, нынешняя ситуация имеет существенные отличия от той, что была пять лет назад. И дело не в том, что американские политики всегда рассматривали иранскую ядерную и ракетную программу как две составные части одной главной цели развертывания ПРО в Европе. И даже не в том, что после заключения сделки по ядерной программе у США на руках осталась лишь половина этого мотива, что автоматически делает его менее убедительным.

Проблема в том, что ПРО в Европе изначально было предназначено для борьбы с угрозой, исходившей от другого Ирана – который являлся в глазах США государством-изгоем, активно эксплуатирующим антизападную риторику и склонным к нестабильности и непредсказуемости. В сегодняшних условиях, когда внешнеполитическая тональность Тегерана изменилась в конструктивную сторону, а сама страна стала стремиться к нормализации своих отношений с Западом, «иранский мотив» для развертывания ПРО продолжает терять свою актуальность с каждым днем.

Здесь можно возразить, что ПРО необходимо оставить как «страховку» на случай, если дипломатические усилия по урегулированию иранского вопроса все-таки потерпят крах. Но если вдруг выяснится, что Иран все это время «водил за нос» международное сообщество, продолжая в тайне работать над своей военной ядерной программой, то можно не сомневаться, что Израиль и США решат судьбу этой программы военным путем. И для этого им не потребуется система ПРО – иранские ядерные объекты попросту будут уничтожены путем бомбардировок с воздуха, а международное доверие к стране будет окончательно подорвано.

Что касается позиции США, то с их точки зрения, отказ от использования «иранского мотива» для обоснования необходимости развертывания ПРО в Европе будет выглядеть вполне логично. Ведь недаром текущая стратегия США в этом вопросе называется Европейский поэтапный адаптивный подход. Ключевое слово здесь именно «адаптивный» – оно подразумевает возможность любых изменений в конфигурации ЕвроПРО в зависимости от динамики международных процессов.

Нельзя сказать, что этого не понимают в Москве. Показательно, с какой осторожностью российские политики комментируют любые изменения в области ЕвроПРО, постоянно подчеркивая необходимость выработки комплексного решения проблемы, исключающего любую «адаптивность». Однако временами так и хочется сделать акцент на слове «поэтапный», особенно когда Вашингтон принимает решения о переносе сроков развертывания системы, или передислоцировании ее элементов за пределы Европы.

Зачем же все-таки нужны базы противоракет в странах Центральной и Восточной Европы?

Очевидно одно. Система ПРО, создаваемая США в сотрудничестве со странами НАТО, не может быть использована для подрыва российского ядерного потенциала. Даже если разместить вдоль границы России десять тысяч ракет-перехватчиков. Причина достаточно проста – ни одна система противоракетной обороны не может гарантировать стопроцентную эффективность, а позволяет говорить лишь о снижении ущерба. Однако даже в случае, если такую систему удастся преодолеть лишь нескольким ракетоносителям с ядерной боеголовкой, ущерб от них будет за гранью приемлемого. Наглядно это иллюстрируется тем, что сегодня ни в прессе, ни в экспертных оценках, в отличие от времен холодной войны, в отношении ядерного оружия не употребляются термины «приемлемый» или «неприемлемый» ущерб. В XXI веке любой ущерб, нанесенный с помощью ядерного оружия, будет неприемлем.

Если не для нейтрализации российского ядерного потенциала, то все-таки для чего же? Ответ нужно искать в мотивации восточноевропейских членов НАТО. Во-первых, для них размещение систем ПРО является способом углубления интеграции в рамках евроатлантических структур – цели,  приоритетной для всех новых членов НАТО.

Во-вторых, размещение элементов ПРО в Европе будет свидетельством готовности США к защите стран региона от внешних угроз. Европейские лидеры стараются использовать эту готовность для достижения целей как внутренней, так и внешней политики, сигнализируя своему населению и другим странам, что в случае возникновения каких-либо угроз Вашингтон не оставит своих союзников наедине с ними.

В-третьих, представляет интерес сама специфика этих технологий. Все связанное с противоракетной обороной находится на «острие» научно-технического прогресса. Участие в таких проектах – возможность, от которой грех отказываться. Сюда же стоит отнести определенный экономический интерес – размещение объекта ПРО может стать неплохим подспорьем в развитии отдельного муниципалитета и даже района, по крайней мере, с точки зрения развития инфраструктуры.

Для США же размещение ПРО в Европе – способ наглядно показать, что они действительно заботятся о безопасности своих новых союзников. В этой связи ПРО ценна в первую очередь тем, какой шум может возникнуть уже только вокруг дискуссии о возможности ее размещения. Во-первых, это средство борьба с важной, хоть и практически несуществующей угрозой. Во-вторых, это дешевле, чем развертывание полноценной военной базы и ее последующее обслуживание. В итоге получается неплохой реверанс в сторону новых членов НАТО, пускай и не связанный с обеспечением реальной безопасности, зато сопровождающийся большой помпой при небольших затратах. А уж что-что, а считать деньги в Пентагоне умеют, особенно в условиях сокращения бюджета.

Главная проблема заключается в том, что при таком раскладе даже в случае, если все потенциальные угрозы от баллистических ракет будут устранены, размещение ПРО в Европе будет устраивать как США, так и европейских членов НАТО. По сути, нынешнее положение дел не устраивает лишь одно государство – Россию.

Что дальше?

После заключения сделки с Ираном США и их союзники по НАТО больше не воспринимают иранскую ядерную проблему и размещение ПРО в Европе как взаимосвязанные процессы. Однако в новых условиях ни один другой мотив для развертывания ПРО в Европе не будет выглядеть убедительно. Ключевая проблема заключается в том, что договариваясь о сотрудничестве в этой сфере, США и их европейские союзники изначально руководствуются именно политическими соображениями.

В таких условиях любые переговоры по вопросу ПРО сегодня будут обречены на провал в силу того, что стороны отличаются принципиально разным восприятием этой проблематики. До тех пор, пока к решению вопросов ПРО не будет выработан единый подход, США могут сколь угодно долго придумывать новые предлоги для развертывания этих систем, а Москва будет лишь вновь и вновь указывать на их несостоятельность.

В сухом остатке мы имеем следующее: наземная инфраструктура ПРО, запланированная к развертыванию в Восточной Европе, по сути, является палкой о двух концах, которая, с одной стороны, укрепляет связи США со странами региона, но с другой, создает трудности в отношениях с Россией. В условиях сегодняшней напряженности, любые «политические игры» с использованием ПРО могут привести к непредсказуемым последствиям. При таком раскладе определяющую роль играет не только сдержанность одной стороны в ее действиях и заявлениях, но и способность другой стороны отделить политические соображения от соображений реальной безопасности.

источник: intersectionproject.eu



загрузка...

Читайте також

Коментарі