Следственный комитет России в среду провел обыски в Библиотеке украинской литературы в Москве и у лидера организации «Украинцы Москвы» Валерия Семененко, а в четверг объявил, что намерен ходатайствовать об аресте задержанного директора библиотеки, Натальи Шариной.

Как пояснил СКР, Наталья Шарина «распространяла среди посетителей книжные издания Дмитрия Корчинского, признанные судом экстремистскими материалами и запрещенными к использованию». Это, по мнению следователей, является достаточным основанием для обвинения в возбуждении национальной ненависти по статье 282 УК РФ.

На сайте Минюста в списке запрещенной литературы есть лишь одна книга бывшего лидера признанной в России экстремисткой организации УНА-УНСО, а затем партии «Братство», маргинала украинской политики, радикального националиста Дмитрия Корчинского — «Война в толпе». Книга, изданная в 1998 году, была запрещена Мещанским райсудом Москвы весной 2013 года.

По версии СКР, Корчинский в начале 1990-х принимал участие в боевых действиях в Чечне на стороне чеченских боевиков.

Утром 28 октября полиция провела обыск в Библиотеке украинской литературы на Трифоновской улице в Москве. По данным российских СМИ, правоохранители искали информационные материалы «русофобского характера», а также те, в которых «искажаются исторические факты». Шарина была задержана после обыска.

При этом глава отдела комплектования библиотеки Татьяна Мунтян в интервью Украинской службе ВВС высказала предположение, что следователи подбросили им книги, которые потом изъяли. По ее словам, речь идет о книге Дмитрия Корчинского «Война в толпе». «Там, откуда эту книгу получили, никогда ее не было. Там была куча книг без отметок библиотеки. Это 100% книги, которые они [следователи] с собой принесли «, — сообщила Татьяна Мунтян.

А заместитель директора Библиотеки украинской литературы Виталий Крикуненко называет обвинения, предъявленные СКР Наталье Шариной, «полным неадекватом». Мы не агитпункт, мы — библиотека. Она обслуживает читателей, а не агитирует. Наша библиотека действует в рамках закона о библиотечном деле «, — заявил он. По словам Крикуненко, обыск в библиотеке продолжался до девяти часов вечера, сотрудников библиотеки выгнали из помещения в 14:00, и они не знают полного перечня изъятых книг.

Одновременно полиция обыскала квартиру сопредседателя Объединения украинцев России Валерия Семененко, а затем отвезла его в отделение, где его допрашивали в течение нескольких часов как свидетеля по делу Шариной. Русская служба ВВС расспросила Валерия Семененко, о какой «экстремистской литературе» говорили с ним следователи.

Валерий Семененко: Какие конкретно названия — я даже не знаю. Мне показывали список… Я даже спрашивал: а это что, говорю, литература, официально объявленная экстремистской? Они мне не сказали. Хотя я даже сам могу сказать, что нет, поскольку я знаю из украинских изданий, что чуть больше десятка наименований объявлены экстремистскими, а мне показывали список, где было где-то сорок названий. Я даже был обескуражен: я там практически никого (из авторов) не знал. Некоторые фамилии, конечно, знал, но произведений практически никаких в руках не держал и не читал. Там были какие-то собирательные материалы, например, материалы какого-то конгресса украинских националистов… Ну когда бы я их читал, и зачем мне это нужно? Я очень далек от этого. Вот, наверное, эти материалы они считают экстремистскими, русофобскими, разжигающими ненависть украинцев к российскому народу.

Русская служба ВВС: Следственный комитет объявил, что дело против Шариной собираются возбудить из-за книги Дмитрия Корчинского.

— Я тоже слышал. Книгу эту я не знаю. О Корчинском слышал, конечно — по-моему, это предводитель УНА-УНСО, то ли еще чего-то. Это такие организации, которые весьма далеки от нас, от нашей, например, общественной организации, «Украинцы Москвы», мы — культурно-образовательно-просветительская организация. Поэтому о чем пишет Дмитрий Корчинский, мы не знаем. Это — первое.

А второе — насколько я осведомлен, а я часто бываю на Украине, Дмитрий Корчинский не пользуется там особым влиянием и поддержкой. Поэтому говорить, что (можно) распространять его творения и ожидать какого-то ощутимого результата этой пропаганды — это просто нонсенс. Ну, это общие рассуждения, а так, честно говоря, ни я, ни наши активисты, украинские, которые, допустим, поют, или создали театр, или работают с детьми — мы ни одного произведения этого человека не читали.

— А какое вообще «Украинцы Москвы» имеют отношение к этому уголовному делу? Почему у вас был обыск, почему вас доставляли в ОВД?

— Библиотеку создавали мы. Мы с 1989 года, когда появились первые украинские организации (в России), проявили активность и воссоздали закрытую еще Сталиным в 1938 году Библиотеку украинской литературы. Воссоздали в виде комнатушки-отдела в обычной районной библиотеке. Потом она расширялась, переезжала с места на место, и в 2006 году в результате наших неустанных просьб, писем, требований нам выделили весьма приличное по любым меркам помещение, и библиотека начала жить, так сказать, полнокровной жизнью. И мы всегда шли параллельно, рядом. Это — первое.

Второе: в свое время, в 2009-2012 годах, против федеральных украинских организаций было судебное преследование. Под благовидным предлогом недостатков в оформлении протоколов, уставов и так далее. И после трехлетней борьбы нас все-таки ликвидировали. Остались региональные. Мы с библиотекой сотрудничали все время. Ну вот, подозревают, что некоторые из нас — ярые, как говорится, экстремисты, что ли, и мы как-то можем влиять на Библиотеку украинской литературы… Наверное, поэтому и нас «зацепили».

— А что за материалы изъяли у вас?

— Вы знаете, у меня большая библиотека, и изъяли очень много книжек — исторических, например, «Историю» Миколы Аркаса, из [историка Михаила] Грушевского даже, по-моему, что-то взяли, еще какие-то книги. Документы организации «Украинцы Москвы» изъяли: копии устава, всяких выписок, регистрационные документы, печати изъяли. Всю компьютерную технику изъяли у меня, изъяли некоторые диски. Я не совсем понимаю, зачем.

— Это обычная практика. А почему, на ваш взгляд, именно сейчас возникло это дело?

— Формальный повод — возобновление уголовного дела против библиотеки. Что у них в уме, я не знаю, они не делились этим со мной. Мне кажется, это вызвано стремлением то ли совсем уж зачистить вот это «украинское пространство» в России, чтобы вообще ничего не было, то ли еще какие-то причины. Не знаю. Наши, зарегистрированные организации нигде никогда не позволяли себе никаких радикальных действий.

— Как вся эта история повлияет на работу — и библиотеки, и вашей организации?

— Вы знаете, библиотека переживала всякие времена… В последнее время ее хотели, честно говоря, выхолостить. Она ведь является специализированной, то есть имеет статус юридического лица. У нее хотели все это дело отобрать и соединить еще с кем-то — то есть, как то «размыть» ее. Но после протестов вроде бы оставили в покое. Поэтому я не думаю, что на работу Библиотеки украинской литературы это как-то повлияет.

— А на вас, на «Украинцев Москвы»?

— Вот это может быть. Может, начнется какое-то движение в сторону прекращения деятельности организации, может, попытаются сделать невозможной какую-то общественную деятельность, в частности, для меня — это может быть. Думаю, эта история будет развиваться. Понимаете, я немножко никак не приду в себя от того, что Наталью Григорьевну Шарину, которая вообще ни сном, ни духом, арестовали за «украинский экстремизм».

Оригинал публикации: Русская служба BBC, источник: ИноСМИ



загрузка...

Читайте також

Коментарі