Блокада Крыма - первая масштабная гражданская акция на пути к деоккупации

Об этом пишет Антон Шеховцов в статье "Догнать и перегнать" на Гранях.

***

Блокада Крыма - первая масштабная гражданская акция на пути к деоккупации. Крымскотатарским активистам удалось перекрыть поставки украинских продуктов на аннексированную территорию, теперь они атакуют электросети. Саму идею блокады и ее первые результаты не все считают удачными. Среди скептиков - украинский политолог Антон Шеховцов.

Со времени восстановления независимости Украины в 1991 году ни один украинский президент и ни одно правительство не пытались интегрировать Крым в более широкое украинское общество. Крым всегда был особымрегионом, причем не в самом лучше значении этого слова. Для "пророссийских" политических сил, контролируемых олигархами, Крым - с его преимущественно русским населением - был источником "легкого" электората, который с готовностью предоставлял им значительную поддержку в борьбе против "прозападных" национал-демократических сил.

Для последних Крым был постоянной головной болью: украинские национал-демократы просто не знали, что делать - в плане общественно-политической интеграции - с полутора миллионами русских и сотнями тысяч преимущественно русифицированных украинцев. Однако национал-демократы легко находили общий язык с Меджлисом крымскотатарского народа - исполнительно-репрезентативным органом крымскотатарского меньшинства. Национал-демократы и Меджлис одинаково отрицательно относились к доминированию в Крыму русской культуры.

Пророссийские и прорусские настроения, начиная от требований предоставить официальный статус русскому языку и заканчивая откровенным сепаратизмом, всегда были превалирующими среди политически активных граждан в Крыму. Не то чтобы они составляли большинство в Крыму, но общая политическая атмосфера, производимая и подпитываемая российской soft power, СМИ и украинскими "пророссийскими" партиями, всегда была именно пророссийская и прорусская.

Неспособность национал-демократов предложить интеграционный проект для преимущественно русского населения Крыма едва ли была умышленной оплошностью. Проблема заключалась в том, что сами национал-демократы, к которым можно отнести "Батькивщину" Юлии Тимошенко, "Нашу Украину" Виктора Ющенко и в целом "оранжевые" политические силы, не имели поистине всеукраинского национального проекта. В действительности такого проекта не имел никто. Украинская политика всегда была игрой между олигархами, которые контролировали политические партии и некоторых членов парламента, и правящими элитами. Идеи и идеалы ценились редко, и лишь перед выборами политические силы мобилизовали электорат под теми или иными "идеологическими" лозунгами.

Проукраинские настроения в Крыму требовали определенного интеллектуального усилия. Политическая лояльность к Украине у крымчан, исключая этнических украинцев, всегда была не врожденным, а приобретенным рефлексом, который вырабатывался в ходе дискуссий и размышлений о международной политике, европейской интеграции и значении демократии. Но только меньшинство отваживалось бросить вывод общему пророссийскому консенсусу в Крыму.

Не сделав ни единого выстрела, украинские власти проиграли битву за сердца и умы большинства крымского населения еще до того, как Россия оккупировала и аннексировала Крым.

Дезориентированные национал-демократы, пришедшие к власти после революции 2014 года, даже не сопротивлялись российской оккупации республики и с легкостью сдали ее Москве. Вряд ли можно сомневаться, что некоторые национал-демократы даже вздохнули с облегчением: головная боль прошла, а их оппоненты из "пророссийского" политического лагеря потеряли значительную часть своего традиционного электората.

Блокада и ее суть

После аннексии Крым принял российскую систему законов, что привело к значительному поражению в гражданских правах крымского населения по сравнению с украинским периодом.

Многие уехали на территорию так называемой материковой Украины. Крымские татары, поддерживающие Меджлис, особенно те, кто выражал лояльность Украине и национал-демократам, пострадали больше всех. Незаконные аресты и похищения стали постоянным элементом российского государственного террора против политических оппонентов. Некоторых пропадавших людей впоследствии находили мертвыми. Проукраинские активисты нетатарского происхождения также подвергались репрессиям – достаточно вспомнить преследование Олега Сенцова и Александра Кольченко.

В ответ на репрессии и аннексию Крыма лидеры Меджлиса, которым российские власти запретили въезд в Крым, 20 сентября начали наземную блокаду поставок продовольственных товаров на территорию крымского полуострова. Цели блокады были распространены в коммюнике Меджлиса.

Согласно коммюнике, основной целью блокады является "деоккупация Крыма и восстановление территориальной целостности Украины". Коммюнике также содержит ряд требований: "эффективная защита прав и свобод граждан Украины, проживающих на территории временно оккупированного Крыма"; "прекращение репрессий и дискриминации... по отношению к гражданам Украины - жителям Крыма", "освобождение политзаключенных", включая крымскотатарских активистов, а также Александра Кольченко, Надежды Савченко и Олега Сенцова; снятие запрета на въезд в Крым лидерам Меджлиса; "закрытие сфальсифицированных уголовных дел против жителей Крыма - активистов общественного движения; "обеспечение условий для постоянного присутствия [в Крыму] международных миссий, в частности миссии ООН".

Еще одна цель блокады обращена к украинским властям: это отмена закона о создании свободной экономической зоны в Крыму, который критиковался рядом организаций по защите прав человека.

Украинские власти негласно согласились с инициативой блокады, и на три пункта въезда в Крым с территории "материковой Украины" была отправлена украинская полиция.

Ошибочность блокады

Блокада не только была с самого начала обречена на провал, но и нанесла ущерб интересам украинского государства и его гражданам.

Прежде всего: блокада не приведет к "деоккупации Крыма". Путин аннексировал республику не потому, что была угроза русским в Крыму (как это заявлялось), а для того чтобы консолидировать свой режим внутри России. Следовательно, совершенно неважно, насколько тяжелой будет блокада для крымского населения, - Путин не вернет Крым, потому что это подорвет его легитимность и может привести к краху режима. Большинство украинцев, по всей видимости, также скептически относятся к эффективности блокады Крыма. Согласно результатам недавнего опроса, только 12,9% респондентов верят в то, что Крым может быть возвращен Украине путем невоенных, ненасильственных актов сопротивления.

Кроме того, Россия не выполнит ни одного требования блокады, потому что это создало бы прецедент и привело бы к продолжению подобного давления на российские власти.

Если организаторы блокады надеялись вернуть "крымский вопрос" в западные СМИ, то они также потерпели неудачу, потому что "сирийский вопрос" и кризис с беженцами сейчас будут перевешивать все другие проблемы. Кроме того, канцлер Германии Ангела Меркель недавно огласила то, что и прежде не было тайной для западных политических экспертов и политиков: проблема Крыма не является частью минских соглашений.

Также существует ряд серьезных вопросов по блокаде как таковой.

Во-первых, сама идея блокады представляется в корне неверной. Если Украина считает Крым своей законной территорией, а жителей Крыма - своими гражданами, то блокада республики является довольно странным способом общения с согражданами. Блокада уже привела к росту цен на некоторые категории товаров, так что население Крыма страдает от блокады больше, чем государство, которое аннексировало его. Если украинские граждане в Крыму являются жертвами российской оккупации, то блокада наказывает жертв.

Во-вторых, блокада ведет к отчуждению между Крымом и "материковой Украиной". Любой учебник скажет, что экономическая интеграция ведет к политическому и культурному сближению, а прекращение экономических отношений между регионами приводит к их политическому и социокультурному отдалению. Когда Россия оккупировала Южную Осетию, она отрезала ее от Грузии, прекратив какие-либо экономические отношения между ними. Грузинские власти также сократили контакты между основной территорией страны Грузией» и оккупированными территориями Южной Осетии и Абхазии. Естественно, это только укрепило российский контроль над этими территориями.

В-третьих, блокада привела к коллапсу государственной власти на административной границе с Крымом. Действия активистов Меджлиса и их сторонников стали заменой государственной власти, что еще больше ослабило и без того слабые государственные институты Украины. Как высказался немецкий политолог Андреас Умланд, либо подобные блокады должно осуществлять государство, либо они не должны устраиваться вообще.

Тезис активистов Меджлиса о том, что "экономическое сотрудничество с оккупантами" неприемлемо, не выдерживает никакой критики. Украина и Россия сократили, но не прекратили двусторонние торгово-экономические связи. Так, Украина поставляет в Россию продовольствие. Один из трех главных инициаторов блокады Ленур Ислямов называет поставки продуктов в Крым "торговлей на крови", но его позиция морально уязвима: он не только является гражданином России, и имеет бизнес-интересы в Крыму и Москве, не говоря уже о том, что он был вице-премьером аннексированного Крыма.

"Правый сектор" как участник блокады

Одной из организаций, которые присоединились к блокаде, инициированной Меджлисом, стал скандально известный "Правый сектор". Его участие в блокаде вызвало еще больше вопросов.

"Правый сектор" - это откровенно расистская и гомофобная организация, которая находится в оппозиции к украинским властям. Ее члены были причастны к нападениям на полицию в июле этого года, а некоторые ее участники даже угрожали государству актами террора. На своем сайте "Правый сектор»" прямо признал, что рассматривает блокаду Крыма как "двойной удар" - по московским интересам и сегодняшней политической системе в Украине. "Правый сектор" связался с одним из организаторов блокады и предложил свою помощь, которая была принята.

В период блокады активисты "Правого сектора", к которыми присоединились члены скандально известного правоэкстремистского полка "Азов", оказались замешаны в многочисленных нарушениях прав человека и законов Украины, что было отмечено в отчете Крымской полевой миссии по правам человека. Эти нарушения включают несанкционированные обыски, незаконные задержания и физическое насилие.

Активисты Меджлиса не только внесли вклад в политическую легитимацию правых экстремистов, но и поставили под угрозу безопасность крымских татар в Крыму.

Журналистка Deutsche Welle Анастасия Магазова напоминает, что "Правый сектор" является в России запрещенной экстремистской организацией, поэтому сотрудничество "Правого сектора" с активистами Меджлиса представляет угрозу татарам в Крыму, которых Россия теперь может обвинить в экстремизме.

Сотрудничество активистов Меджлиса и "Правого сектора", по всей видимости, выходит за рамки тактического альянса по блокаде. При всех идейных различиях, у Меджлиса и "Правого сектора" есть одна общая черта: эти две националистические организации находятся в оппозиции к доминированию русскоязычной культуры в Крыму, а "Правый сектор" выступает за создание в Крыму крымскотатарской автономии.

Одним из основополагающих документов Меджлиса является "Декларация о национальном суверенитете крымскотатарского народа", в которой утверждается, что "Крым является национальной территорией крымскотатарского народа, на которой только он обладает правом на самоопределение" и что крымские татары стремятся к созданию своего национального государства на всей территории Крыма, хотя крымскотатарское меньшинство составляет лишь чуть более 10% населения полуострова.

Эта идея может найти отклик даже среди некоторых представителей антироссийских крайне правых. Украинские национал-демократы никогда не знали, что делать с особой этнополитической природой Крыма, а украинские правые радикалы - и подавно.

Будущее Крыма

Конечно, все сегодняшние дискуссии о будущем статусе Крыма являются по большей части бесполезными. Республика аннексирована Россией, и путинский режим не вернет ее Украине добровольно. Более того, совершенно не очевидно, что Россия вернет Крым даже в случае прихода к власти умеренно-националистической оппозиции.

Однако к тому времени, когда российское общество сформирует более зрелые взгляды на демократическую культуру и недопустимость нарушения суверенитета и территориальной целостности других стран, Крым уже может оказаться потерянным для Украины в плане социальных, культурных и родственных связей. Сегодняшняя блокада не будет главной причиной этого, но ее вклад в отчуждение между Крымом и "материковой Украиной" уже довольно значительный. Правоэкстремистский элемент блокады делает ситуацию еще хуже.

Прежде чем обсуждать возможную реинтеграцию Крыма, украинское государство и украинское общество должны осознать, что ключом к реинтеграции Крыма является "мягкая сила" Украины. Она подразумевает не только здоровую экономику, динамичную демократию, сильное гражданское общество, а также консолидированный и инклюзивный национальный проект, но и желание и возможность сделать все это инструментом политической привлекательности.

Но даже к тому гипотетическому моменту, когда Украина будет готова реинтегрировать Крым, крымское общество уже очень сильно изменится. Оно не просто будет не иным, чем в марте 2014 года, но и будет еще менее лояльным к украинской государственности.

Рекомендуємо прочитати

На Київщині жінка потрапила під потяг

У Київській області на переїзді станції Тарасівка пасажирський потяг на смерть збив жінку, яка не відреагувала на звуковий сигнал машиніста....

Це може бути цікавим

Відома французька актриса приїхала на Одеський кінофестиваль

Зірка французького кінематографа Ізабель Юппер сьогодні приїхала на Одеський міжнародний кінофестиваль....

загрузка...

Схожі публікації

Дивіться, що пишуть

Общественную приемную ГПУ пытались захватить по указанию Кремля

С целью дестабилизировать ситуацию в Украине, по указанию Кремля, была совершена попытка захвата общественной приемной Генеральной прокуратуры Украины....