Россия официально начала использовать свои войска в Сирии и уже нанесла там авиаудары. В их результате, по данным западных СМИ, погибли мирные жители, тогда как РФ утверждает, что бомбит только террористов «Исламского государства». Зачем Кремлю война в Сирии, и к чему она приведет, — мнение Андрея Пионтковского для «Апострофа».

Я считаю, что решение Совета Федерации (который 30 сентября разрешил Владимиру Путину использовать войска РФ за границей, — «Апостроф») — потенциально начало второго Афгана. В целом вся сирийская авантюра — это реакция Путина на поражение в Украине. В Украине он потерпел сокрушительное моральное и политическое поражение. Об этом можно судить, хотя бы по тому, что термины «русский мир» и «Новороссия» вообще исчезли из российской пропаганды. Сейчас, забыв о «Новороссии», Путин пытается впихнуть бандитскую «Лугандонию» (оккупированные районы Донбасса, — «Апостроф») как раковую опухоль в политическое поле Украины, но и это у него не очень получается.

Самая опасная ситуация для любого диктатора возникает, когда он терпит внешнеполитическое поражение, и окружающий его истеблишмент начинает задумываться о том, что Акела промахнулся. Путин понимает, что он просчитался, и, как отчаянный игрок, начинает резко повышать ставки. Раз проиграл в Украине, то нужно повысить ставки и начать демонстрировать в другом регионе мира, какой он великий, крутой, глобальный игрок, настоящий пахан земного шара.

Своим решением Путин впрыскивает в российское общество еще одну лошадиную дозу имперского наркотика. Но судьба всех игроков и всех наркоманов одинаковая. Увеличение дозы ни к чему хорошему никогда не приводит.

Москва потребовала от США очистить полностью от своей авиации небо Сирии. То есть Путин пошел на демонстративную конфронтацию с Соединенными Штатами уже на следующий день после встречи с Обамой. Судя по всему, он чрезвычайно разочарован своим визитом в Нью-Йорк и переговорами с Обамой, на которых он надеялся заключить большую сделку за счет Украины. Свою поддержку (президента Сирии Башара, — «Апостроф») Асада он пытался продать американцам как свой громадный вклад в дело коалиции по борьбе с ИГИЛом, а в качестве платы за эту услугу требовал изменить политику США и Запада по Украине.

В ответ на это Обама четко сформулировал свою позицию в речи на саммите ООН, использовав такие юридические формулы, как «аннексия Крыма», «агрессия России», и заявив, что санкции не будут сниматься.

Точку в дискуссии на Генассамблее ООН удачно, на мой взгляд, поставил президент Украины Петр Порошенко, резонно задав вопрос, как может говорить о какой-то антитеррористической коалиции человек, основным инструментом которого в политике является терроризм. Все, что Путин сделал в Крыму и продолжает делать на Донбассе, было сделано силами террористов и террористических сообществ.

Видимо, удрученный такими результатами сессии ГА ООН, Путин решил пойти на резкое обострение на Ближнем Востоке.

Но не стоит забывать и об Украине. Путин никогда не оставит ее в покое, он всегда, до последнего часа своей политической жизни, будет стремиться ее разрушить. И в зависимости от ситуации будет использовать различные инструменты. Когда-то он хотел это сделать, захватив двенадцать областей, а сейчас он будет пытаться разрушить Украину путем внедрения в политическое поле Украины всяких Гиви и МоторЫл, чтобы они сидели в Раде и блокировали европейский вектор развития Украины. А плюс к тому, чтобы Украина еще и содержала все эти так называемые «народные республики» на Донбассе.

Мне почему-то кажется, что на ближайшем заседании «нормандской четверки» Путин объявит Меркель и Олланду, что он, как выдающийся миротворец, с большим трудом, но все-таки уговорил сепаратистов отметить выборы в Донецке и Луганске 18 октября и 1 ноября. Это очень понравится Меркель и Олланду, которые его к этому призывали, и теперь они как бы в качестве ответного жеста будут просто вынуждены настойчиво просить украинское руководство пойти на дальнейшие уступки сепаратистам по вопросам децентрализации.

Возвращаясь к Сирии, напомню, что последние два дня, обращаясь к российской аудитории, Путин непрерывно повторяет, что ни в коем случае не будет наземной операции. Но ведь в войне своя логика. Сначала самолеты, корабли, морская пехота, а потом и все остальное. В Афганистане тоже начинали с советников. А он ввязывается в самое пекло средневековой религиозной войны между шиитами и суннитами.

Как верно сказала как-то о Путине Меркель, он живет в другой реальности. Но еще более точно о нем выразился Борис Немцов, который до того, как Путин его убил, сказал: «Путин, он просто е*улся».



загрузка...

Читайте також

Коментарі