Новая война. Зачем она России и каковы риски

Россия официально вступила в войну на Ближнем Востоке. Утром 30 сентября Совет Федерации – второй раз за последние два года – разрешил президенту использовать вооруженные силы за границей (по некоторым данным, запрос был готов давно и ждал встречи Путина с Обамой в ООН). Тут же стало известно, что сирийское правительство запросило военную помощь. Глава президентской администрации Сергей Иванов пояснил, что речь идет исключительно об авиаударах. Около 15:00 по Москве американская пресса со ссылкой на свои военные источники сообщила, что Россия нанесла первый авиаудар – в районе города Хомс.

О том, что в районе, который бомбит российская авиация, нет ИГИЛ,сообщила телекомпания CNN. Она же рассказала, ссылаясь на источники в Пентагоне, что примерно за час до начала обстрела российские генералы появились в посольстве США в Багдаде и предупредили военного атташе о предстоящей бомбардировке. Там же прозвучала просьба американским ВВС изменить маршруты полетов. На это был получен отказ. Вскоре выступил и Владимир Путин. Он обосновал вступление в войну участием в ней – на стороне ИГИЛ – боевиков из России: «Если они достигнут успеха в Сирии, они неминуемо вернутся в свои страны, придут и в Россию».

Кого бомбят?

Есть разные сведения о том, по кому мог быть нанесен удар к северу от Хомса. Официальная позиция Минобороны: точечные удары наносятся по террористам из «Исламского государства». Эксперты говорят, что в этом районе ИГИЛ нет. Там режим Асада воюет с радикальной Jaish al-Fatah, «Армией освобождения», в ряды которой входят салафитская группировка Ahrar al-Sham и связанный с «Аль-Каидой» Nusra Front. Это радикальные исламисты и джихадисты, но это не ИГИЛ, напоминает эксперт Владимир Фролов, ИГИЛ находится в 240 км к востоку.

В марте Ahrar al-Sham и Nusra Front захватили Идлиб. The Telegraphрассказывает, что российские военные давно следят за Ahrar al-Sham: год назад сразу несколько исламистских командиров были уничтожены взрывом бомбы, который, по данным газеты, сирийские военные организовали по наводке российской разведки.

Зачем бомбят?

Первая и главная задача – не допустить ливийский сценарий в Сирии, объясняет Владимир Фролов: предотвратить военное поражение и коллапс режима Асада, которые означали бы политическое унижение для Кремля. Поэтому российские военные блокируют возможные операции против режима Асада, на что указывает состав российской группировки и развертывание средств ПВО.

Вторая задача, продолжает Фролов, – продать военную помощь Асаду под флагом крестового похода на ИГИЛ и тем самым легитимировать Асада как партнера и участника переговорного процесса. Отчасти эта задача решена или решается: практически одновременно с началом бомбардировок глава Госдепа Джон Керри заявил, что США настаивают не на немедленном уходе Асада как необходимом условии умиротворения в Сирии (как ранее), а на его уходе в процессе «планомерного переходного периода». Разумеется, Керри поменял позицию под воздействием встречи с Путиным в Нью-Йорке, поясняет военный обозреватель Александр Гольц.

Третья задача, говорит Фролов, – попытаться изменить баланс сил на Ближнем Востоке: сформировать с Ираном коалицию, которая стала бы противовесом США и Саудитам в регионе.

Каковы риски?

Основные риски заключаются в том, что фактически таким образом формируется «союз России и шиитов против суннитского большинства», если пользоваться формулировкой военного эксперта Павла Фельгенгауэра. Российские мусульмане – тоже сунниты. «Предположим, США ничего не будут делать и просто позволят Путину бомбить ИГИЛ и поддерживать Асада, – слегка саркастически пишет обозреватель Томас Фридман в своей колонке в The New York Times. – Сколько пройдет времени, пока все сунниты Ближнего Востока, не говоря уж о джихадистах, не заведут себе изображения мишеней с Путиным в своих мобильных телефонах?» Сунниты составляют большинство в Сирии и доминируют в арабском мире. Поддерживая Асада, военного преступника, виновного в геноциде, пишет Фридман, Путин оттолкнет от себя весь суннитский мусульманский мир, включая и российских мусульман.

Вступая в войну в Сирии Владимир Путин стремится вывести Россию из положения местечковой силы, в которую она попала, увязнув на Украине, и вернуть ее в игру на более высоком уровне, говорит председатель президиума «Совета по внешней и оборонной политике» Федор Лукьянов. Пока Путину удается сделать так, чтобы Запад забыл об Украине, добавляет Гольц: еще две недели назад Путин и Лавров были изгоями и с ними никто не хотел встречаться, а сегодня они – уважаемые лидеры, с которыми лидеры Запада общаются наравне. В этом смысле нью-йоркский визит Путина прошел успешно.

«Чтобы политическое выступление было частью военной операции, такое я видел, – говорит Гольц, – но чтобы военная операция стала частью политического выступления, с этим я сталкиваюсь впервые!»

На сегодняшний день эксперты уверены, что, вступая в войну, Москва не хочет обострять отношения с США и Западом. Мотив обратный: продемонстрировать незаменимость России в решении крупнейшей мировой проблемы, «за выполнение грязной работы выбраться из ловушки», как сформулировал один из близких к Кремлю экспертов. Считалось, что один из главных рисков военной операции в Сирии – столкновение российских войск или техники с силами, которые напрямую поддерживают Штаты. После встречи Путина с Обамой в Нью-Йорке стало понятно, что этого не произойдет. В Нью-Йорке стороны договорились не мешать друг другу и ставить друг друга в известность о том, кто что делает, объясняет Лукьянов.

Что будет дальше?

В идеале Москва вообще заблокирует полеты сирийской авиации, полагает Фролов, будет летать сама и бомбить только то, что согласовано с американцами, но это маловероятно: «По крайней мере, Москва будет стремиться избежать того, чтобы сирийцы их разводили на удары по целям, не имеющим отношения к ИГИЛ».

Если сложится международный консенсус, продолжает Фролов, США возглавят усилия по созданию зон безопасности в Сирии для гражданского населения, но пока этого консенсуса нет: Ангела Меркель выступила против, Обама тоже к нему не склонен. Скорее всего, США постараются не замечать российского присутствия в Сирии (сценарий, описываемый и Фридманом), но будут блокировать попытки Москвы в союзе с Ираном влезть еще и в Ирак. Расхождения в том, что делать с Асадом, несмотря на подвижки в американской позиции, остаются весьма серьезными.

По масштабам российского военного присутствия в Сирии видно, что Москва хочет сделать свое участие в боевых действиях минимальным, подчеркивает Гольц: 30 самолетов погоды не делают и не могут совершить военного перелома. Проблема в том, что, вступая в войну, хотя бы ненадолго и одной ногой, никто не знает, как и когда он из нее выйдет, – и таких примеров в истории XX века достаточно, от Вьетнама до Афганистана.

Факт заключается в том, что Россия добровольно и открыто стала активной воюющей стороной в крупнейшем мировом конфликте, и никому не известно, как этот конфликт будет развиваться дальше.

Источник: Slon

Рекомендуємо прочитати

Досвід українських та міжнародних компаній, що працевлаштовують людей з інвалідністю

ромадська думка щодо допомоги особам з інвалідністю не перше десятиліття схиляється до того, що таким людям потрібне не тільки і не стільки повне утримання, а нато....

Це може бути цікавим

У Києві розпочався фестиваль плавучих клумб

На воду спустили 12 "дизайнерських клумб"....

загрузка...

Схожі публікації

Дивіться, що пишуть

Ученые сделали неожиданное открытие относительно Луны

Новый анализ образцов лунных пород показал, что вероятность наличия запасов воды на Луне невелика....