В начале мая в СМИ появилась информация о том, что глава самопровозглашенной «Донецкой народной республики» Александр Захарченко начал операцию по разоружению казачьих формирований якобы за мародерство и преступность.

«ОстроВ» связался с жительницей оккупированного Донецка Натальей (имя вымышленное в целях безопасности), сын которой оказался в числе одного из таких казачьих формирований (сам он бывший член ОПГ «Оплот») и попал под эту волну. Она рассказала, как силовики ДНР издевались над ее сыном, и том, как ей живется в Донецке.

Следует отметить, что Наталья является сторонницей ДНР и уезжать из Донецка не собирается. Она понимает, что это интервью может стать последним для нее, но ради сына готова рассказать правду.

Начала она свой рассказ с фразы «так не должно быть»…

Наталья, расскажите, как был задержан Ваш сын и что с ним происходило?

Была секретная операция по Казачьему Союзу Войска Донского, где в последние два месяца находился мой сын. Он как раз готовился к параду на 9 мая, репетировал, маршировал со всеми остальными, когда их командиру позвонили и сказали, чтобы он вместе с другими казаками приехал и забрал парадную форму. Когда же они приехал по месту назначения, их тут же арестовали. Их просто выманили и забрали.

Их задержали за то, что якобы их руководство отжимало у мирных жителей квартиры, машины и другое имущество, вело себя не должным образом. В результате эти руководители сбежали, а задержали 470 обычных ребят. Держало их МГБ (Министерство государственной безопасности, — «ОстроВ) на заводе, в холодном и сыром подвале. Нужды они справляли в бочку там же, где и спали, и ели. Теперь они все кашляют и болеют. У них забрали все: телефоны, у девочек, которые работали поварами, забрали цепочки, все украшения, мобильные. Там был целый мешок с мобильными телефонами. С них сняли всю обувь, а представьте, что их держали в холодном и сыром подвале…

Там одному россиянину прострелили ногу, другому плечо, били за то, что отказывались им отдавать наручные часы, били за все.

То есть их всех арестовали?

— Эти ребята даже не были арестованы, они просто были задержаны на целых 10 суток до выяснения каких-то там обстоятельств. И никто ничего не знал, как там они, что с ними и так далее.

Кто их там держал и охранял?

— Простите, но я не могу этого сказать.

Родственники этих людей как отреагировали?

— Родители этих детей подняли бунт, скажем так, — тихий бунт. Когда они понесли в МВД Донецка заявления, ребят начали потихоньку отпускать. Напоследок они решили помыть их: облили холодной водой из шланга, как в ужасных тюрьмах заключенных поливают. Они что, фашисты, что с ними так обращаются? Они нам говорят, что в Украине сидят фашисты, а чем тогда эти лучше?

Вы куда-нибудь обращались по этому поводу?

— Куда я только не обращалась: и в Департамент по правам человека ДНР, объездила все возможные службы и инстанции, но мне никто не смог ничем помочь.

Я 11 мая бежала через все поле, чтобы Захарченко (Александр Захарченко, лидер ДНР — «ОстроВ») передать письмо. Мне пообещали, что мое обращение передадут ему, хотя, я думаю, вряд ли его передали.

Я вам могу честно сказать, что я по-прежнему за ДНР, но не за такую ДНР. Такого делать нельзя, это варварство, это неправильно. Если меня посадят за то, что я говорю, то пусть посадят, но я молчать не могу. Я говорю правду, а меня никто не хочет услышать. Не нужно говорить, что все у нас хорошо, когда такое происходит.

В итоге вашего сына отпустили?

— Его отпустили спустя 10 суток. Но на этом все не закончилось. Когда я возвратилась с работы домой, то обнаружила что 12 вооруженных мужиков выбили мне двери и обыскивают квартиру. А когда я в РОВД спросила, на каком основании у меня был обыск без разрешительных на это документов, мне сказали, что был анонимный звонок, который они пришли проверить. Ну так же нельзя!

Так вот у нас дома нашли 40 патронов от автомата Калашникова, которые мой сын привез с боевой и забыл про них, а я даже и не знала об их существовании. Ну, в конце концов, это же не граната, не взрывчатка, это всего лишь 40 патронов. Вот эти люди «оформили» эти 40 патронов, поухмылялись, мол, это ерунда, но в результате завели уголовное дело. И представьте теперь, что моего ребенка, которого сначала продержали 10 суток в подвале, отправили в РОВД, а оттуда отвезли в СИЗО.

И теперь он должен сидеть целых 3 месяца в СИЗО до суда. У него девушка беременная, он собрался жениться.

Я, когда его навещала в СИЗО, принесла сумку вещей, а он стоит и не снимает свою военную форму, стоит в наручниках… и спрашивает меня: «За что это?» Он же не предатель, не преступник, за это он воевал? Он просто морально убит.

Как Вы думаете, из-за чего возникла такая ситуация?

— Я думаю, что такая ситуация возникла из-за того, что люди, которые сначала якобы ушли из всех силовых структур, сейчас потихоньку вернулись на свои места и почувствовали власть. Это неправильно, нехорошо, несправедливо.

Я не понимаю, за что это все моему ребенку. Он чуть в Песках не погиб, как он мне рассказывал: лежал на поле боя, свистели пули, а их просто там бросили, свои же бросили.

Кому-то просто не понравились, что они оказались в казачестве. Их там много из «Оплота», много тех, кто просто воевал, но вот записались они в казачество. Получается, что только в этом их вина. Это беспредел.

Как Ваш сын оказался в казаческом войске?

— Изначально он был в «Оплоте», но под Углегорском его мотострелковое подразделение, когда было в разведке, было разбито, почти все ребята погибли. После этого его звали работать в милицию (Ворошиловское РОВД Донецка), но он мне сказал, что пойдет работать в милицию только тогда, когда закончится война. В итоге его позвали в отряд быстрого реагирования к казакам, их база была в гостинице «Прага», он никуда не выходил, он нигде и ничего не отбирал, он просто стоял в карауле и охранял атамана.

Потом у них там появился какой-то россиянин, который начал их по 16 человек тренировать, они там бегали, прыгали и тому подобное.

Но ситуация сложилась такая, что в итоге за все заслуги на ребят в один прекрасный день набросились и «Восток», и «Кальмиус», и «Сокол», в общем, все друг на друга накинулись. У них (казаков, — «ОстроВ») была еще вторая база на улице Майской, 66, я там была, там все расстреляно. Там шли свои на своих. Как же так?

А местные средства массовой информации что-то говорили по этому поводу? Вы к ним обращались?

— В местных СМИ об этой операции вообще ничего не сказали, ни словечка, как будто ничего и не произошло, хотя все об этом прекрасно знали. Вы представьте себе, что задержаны 470 человек, над которыми издевались, которых ободрали и обокрали, и тишина. В наших СМИ только слышно, что «у нас все хорошо».

Родители тех ребят, которые были в этом подвале, привозили журналистов туда, чтобы они подняли этот вопрос, но нигде эта информация не прошла. Все боятся.

Если все разрешится, и сына отпустят, Вы планируете покинуть оккупированный Донецк и переехать, например, в свободную Украину?

— Нет, я уезжать не планирую. Мне некуда ехать, у нас одна квартира, у меня сын, у меня собака и три кота, я никуда уезжать отсюда не собираюсь. Я останусь здесь, что бы ни было. Поверьте, у нас очень много таких людей. Да, раньше бомбили, я в центре Донецка сижу, нам только слышно было, а многие, конечно, потеряли дома на окраине города. Но никто не собирается уезжать, все очень любят Донецк.

И никто не против Украины. Вражды и злобы нет. Еще год назад мы все жили нормально, но вот так случилось, что теперь поделать. Уезжать точно не собираюсь. Я все переживу.

Если бы вы видели, какой красивый город. Очень чистый, свежий, моется с утра, в центре очень хорошо. На окраине Донецка, конечно, ужасно, там бомбят, там почти все разрушено.

Еще хочу сказать, что в городе стало меньше наркоманов, в Донецке теперь царит порядок. У нас же действует комендантский час, так что после 11 вечера у нас спокойно, нет шума. Все мажоры уехали, студенты стали лучше учиться, стали более ответственны, это неплохо.

А как обстоят дела с продуктами и ценами в Донецке?

— С продуктами все нормально, были бы деньги. Да, стало меньше, но появились российские продукты. На рынке все есть. Что же касается цен, — просто киевские умножайте на 2 и получите наши цены. Раньше я своим котам покупала корм по 4 гривны за упаковку, а теперь я его же покупаю за 10 гривен. Цены убивают, это правда. Я могу сказать за себя: я почти ничего не ем, не покупаю. Бывает, что ем гуманитарную овсянку, но иногда. Гуманитарную помощь, например, врачам вообще не дают. Я не прибедняюсь, поверьте мне. Мы ждем, ждем обещанную зарплату, все ждут.

— А зарплату вам платят?

— Я работаю врачом, зарплату не платят, ну и черт с ним, я как-то переживу, я и так уже забыла, когда я последний раз ела нормально. Но то, что с сыном происходит, это несправедливо, я такое терпеть не готова. Я просто хочу забрать своего сына сейчас, мне больше ничего не надо, сколько он там натерпелся, это просто ужас.

Нам сказали, что с мая у нас будет официальная зарплата, до этого была только какая-то помощь. А так нам ни за февраль, ни за март, ни за апрель не заплатили. Пока ничего нет. Врачи всегда были терпеливыми, вот мы и терпим. Знаю, что пенсии платят, и все.

Ну нет у нас денег, ничего страшного, переживем, это не проблема. Мы стараемся с юмором и оптимизмом на это смотреть и не унывать.



загрузка...

Читайте також

Коментарі